"Фантастика 2023-185". Компиляция. Книги 1-17 (СИ)
— Точно! Точно! Ура-ура! Я вспомнил, теперь я всё вспомнил! — заплясал вокруг дочери Брок. — Ай да умница ты у меня!
Тамара, наблюдавшая эту сцену, лишь скорбно покрутила у виска.
Глава 4
Пролет с борщом, новые сомнения, три шестерки и счастливая дюжина
Сашенька расставила посуду, разложила ложки-вилки проворно, словно опытный халдей. Буль-буль — борщ уже исходит паром в тарелках! Шмяк-шмяк — источают одуряющий запах котлеты. Шлеп-шлеп — вздымаются желтые горки пюре… Себе тоже всего — по чуть-чуть.
Тамара набросилась на борщик пикирующим бомбардировщиком. Точнее, истребителем. Поскольку истребила содержимое тарелки со сверхзвуковой скоростью. Брок не успел еще это осознать, как и котлетки с пюре в Тамариной тарелке постигла та же участь. Сыщик поспешно отодвинулся и чуть пригнулся, поглядывая на живот мадам Хитрюгиной. Лишь вспомнив, что никаких пуговиц на «одежде» посетительницы нет, он позволил себе немного расслабиться. Самую-самую малость.
От Сашенькиных глаз не ускользнули маневры отца.
— Папа! — фыркнула она. — Что за манеры? Вертишься за столом, как дитя малое!
— Может, он не голоден? — спросила Тамара Хитрюгина, пожирая глазами — так, что стало убывать — содержимое тарелок сыщика. Тот резво дернулся к столу и схватил тарелку с котлетами.
— Борщиком могу поделиться! — широко улыбнулся он. Его губы еще не успели сомкнуться, как пустая тарелка из-под борща брякнула о стол.
— Между прочим, зря ты, папа, отказался от борщика, — сказала Сашенька, доедая свою порцию. — Мама сегодня постаралась на славу!
— Как «мама»?! — ахнул Брок и схватился за сердце, тут же переместив руку к заурчавшему желудку.
— Мамочке сегодня лучше. Она поднялась, сварила борщик и пожарила котлетки!
— Что же ты раньше!.. — застонал сыщик и поспешно зачавкал котлетами, чтобы хоть они не исчезли в необъятном чреве Тамары.
Компот сыщик выпил совсем без настроения, не почувствовав даже вкуса. Зато Хитрюгина и здесь проявила себя — хлопнув один за другим три стакана подряд и заплевав косточками от сухофруктов стол.
Брок смотрел на посетительницу с нескрываемой тоской. К тому же, неразъясненные детали странного дела начинали жечь его всё сильнее, причем — в том самом месте, на котором он сидел. И «дама из помойки» ему сейчас только мешала, потому что в его подозрениях она стала играть всё большую роль…
— Э-э-э… мадам! — сказал наконец сыщик. — А не пойти ли вам… домой? Что вы, в самом деле, тратите здесь свое время? Вашим делом мы займемся, будьте уверены! Дайте нам свои координаты — и ступайте себе, ступайте… Да ступайте же, вам говорят!
— Куда мне ступать-то?
— Домой! Есть у вас дом?
— Дом у меня есть. То есть, квартира. У меня нет ключей от нее. Они в другом теле остались.
— Вы храните ключи в теле? — покраснела Сашенька.
— Ага. Очень надежное место!
— Ну, смотря какое именно, — еще сильней зарделась девушка.
— Так! — хлопнул по столу Брок, который почувствовал, что и сам краснеет. — Не задавай глупые вопросы, Саша! Тамара имела в виду карманы. И вот вам универсальный набор ключей, — достал он из ящика и звякнул о стол тяжелой связкой отмычек. — Только сразу же верните назад, это рабочий инструмент!
— Ну вот, через весь город тащиться! — буркнула Тамара.
— Так, дочка, — нашел вдруг выход сыщик. — Тебе срочное задание: проводить госпожу Хитрюгину до дому, помочь открыть дверь, ну, там, если что надо еще, и вернуть инструмент в офис. Всё ясно?
— А как же мама? — вскинула бровки Сашенька.
— С мамой всё будет в порядке. Ты же сказала, что ей лучше? Сейчас я ей позвоню и узнаю, как она… — Брок взял трубку, пиликнул клавишами и, неразборчиво помурлыкав с минуту, нажал кнопку отбоя. — С мамой нормально, она сказала, что отдохнет от тебя пару часиков.
— Целых два часа?!
— Управишься быстрей — еще лучше, — сказал Брок и, поднявшись из кресла, принялся подталкивать дочь к посетительнице. — Давайте, давайте! Мне пора работать!
Когда за Тамарой Хитрюгиной и Сашенькой захлопнулась дверь и смолк устало звякнувший колокольчик, сыщик Брок не менее устало выдохнул и вновь повалился в кресло.
Он сидел неподвижно минуты три-четыре. Одному, в тишине, думалось гораздо лучше. И он наконец понял, что мучило его в Тамарином рассказе больше всего. Отрезанные головы! То есть, это-то как раз ерунда… А вот то, как легко они меняли хозяев! Такое ведь в принципе невозможно! Или возможно? Ведь в той книжке, что вспомнила Саша, почти всё так и было. Но то в книжке! А в реальной жизни? Чудес не бывает — не его ли это кредо?
Конечно, не бывает! Значит, «дама из помойки» всё ему наврала? Но зачем? Лавры Беляева покоя не дают? В чем потаенный смысл ее странного поведения?
— О! — хлопнул Брок по лбу и принялся суетливо осматривать кабинет. Минут через десять он вновь опустился в кресло, недоуменно пожимая плечами. В офисе всё вроде бы осталось на месте. «Кроме борща!» — вспомнил сыщик и застонал от досады и собственной глупости. Впрочем, вряд ли странная посетительница приходила именно за ним. Да и на момент ее прихода борща в агентстве еще не было.
Брок постарался успокоиться и привести мысли в порядок.
«Итак, что мы имеем? — подумал он и принялся мысленно перечислять: — Смерть профессора Дурилкина — неоспоримый факт. Доктор медицины Хитрюгин — факт легко проверяемый. С этого и стоит начать!»
Когда цель поставлена — остановить Брока было уже сложно. Главное, чтобы он знал, что нужно делать! А сейчас он это знал.
Найти в справочнике телефон НИИ медицины — восемь секунд, набрать номер — еще две…
— Здравствуйте, девушка! Могу я услышать профессора Хитрюгина?.. Где-где? В Берне?! Вы уверены?.. Спасибо… Извините, пожалуйста.
Брок откинулся в кресле и забарабанил пальцами по подлокотникам. Так-так-та-а-ак… Хитрюгин на симпозиуме в Швейцарии, а вовсе не на каком-то там шестке в виде отрезанной головы, как утверждала та полоумная! Может, и всё? Дело закрыто за неимением такового?
Но всё же что-то продолжало точить душу сыщика… Что-то во всей этой истории казалось ему неправильным, противоестественным, нелепым! Он вспомнил прекрасное, хоть и грязное, лицо Тамары, ее большие серые глаза… А потом перед внутренним взором возникло коническое тело с коротенькими толстыми ножками-бутылками… Брока затошнило, и этот физиологический позыв дал неожиданный толчок мозгу.
«Вот именно! — чуть не закричал сыщик. — Не может такая ангельская голова принадлежать такому дьявольскому телу! Значит, Тамара Хитрюгина всё-таки говорила правду! Или хотя бы часть правды… Нет, дело закрывать нельзя! Надо искать четвертую участницу этой истории — Татьяну Дурынду!»
Брок вспомнил, что Татьяна, со слов Тамары, работала то ли санитаркой, то ли лаборанткой у доктора Хитрюгина. Стало быть, ее следы можно было найти в том же НИИ.
Он нажал кнопку вызова последнего набранного номера.
— Девушка, простите еще раз. А Татьяну Дурынду вы не могли бы пригласить, или она тоже уехала с профессором в Берн? Куда-куда? На… а-а-а разве есть такой город? Простите-простите, не бросайте трубку, я из службы спасения животных! — почему-то соврал он. — У нас пропадает крокодил, принадлежащий гражданке Дурынде! Что?.. Это она и есть?.. Нет, он говорит, что… то есть, на нем написано… на ошейнике написано, что его хозяйка — Татьяна Дурында. И телефон рабочий — этот вот самый… Можете вы ее позвать? Не выходила на работу?.. Вот как! А ее домашний адрес вы не подскажете? А то ведь подохнет крокодил — не жрет ничего, кроме борща, без хозяйки… Так-так!.. Записываю… Ага… Ага… Угу! Спасибо, девушка! Вам привет от спасенного крокодила!
Прежде чем зайти в подъезд Дурындиного дома, Брок обошел вокруг него несколько раз — сказывалась старая сыщицкая привычка: всё примечать, замечать, изучать и отмечать. От мелочей зависит очень многое — это сыщик знал как из книг, так и из собственного опыта.