Тень империи (СИ)
Несколько человек из её делегации также были живы, а потом её взгляд попал на Григория, который стоял в дверях кабинета коменданта весь мокрый от крови. Вот только это была не его кровь, а за его спиной словно клубилась кроваво чёрная тень.
По щекам Александры потекли слёзы, а через пару секунд капитан первого ранга и Григорий протянули к ней каждый свою руку.
Тело само дёрнулось к опрятно одетому капитану, но в этот же момент, её тело охватил, словно кладбищенский озноб, и она шарахнулась в сторону, испуганно протягивая руку Григорию.
Молодой унтер-офицер сжал кисть девушки, и её кожа стала приобретать живой оттенок, а раны на теле и горле затягиваться. Но не успела Александра этому даже обрадоваться, как чёрно багровая тень, что была у Григория за спиной, поглотила их с головой.
Раскаты пушечных выстрелов и сотни криков оглушил девушку, и она поняла, что стоит на крепостной стене. Видя, как выстраиваются в боевом построении сотни солдат, которые кашляли кровью и склонялись к земле, находя опору в упирающихся прикладах ружей об землю, а возглавлял их человек, который был как две капли воды похож на Григория, только старше. Рядом с ним стояла белокурая и стройная как рапира женщина в военной одежде.
Не понимая, что происходит,Александра смотрела во все глаза как, пошли в атаку солдаты, неся вперёд знамёна и смерть врагам, что безрассудно пошли на них штурмом.
Ужасающая события предстала перед глазами девушки, которая видала словно картины из самых недр ада.
Всё смешалось в калейдоскопе образов, которые закручивались и представали перед глазами аристократки.
Разрывающиеся и реющие знамена на ветру, и нескончаемые смерти солдат, что даже лёжа ползли в атаку за тем, кто был точной копией знакомого её молодого унтер-офицера, которого называли мясником.
А потом круговорот битвы прекратился, и она увидела, как умирал тот, кто обрушил, словно сам гнев ада на своих врагов, заставив в страхе бежать те малые остатки войск, которые чудом выжили в этой бойне.
Слепой и обессиленный он шёл тропой из трупов в преисподнюю, а его солдаты следовали за ним даже после смерти, а воротами туда ему стали, одно единственное обгорелое женское тело.
И вновь тьма, и всполохи невероятно красочных образов.
Вот Григорий кружится в вальсе с утончённой белокурой девушкой в обворожительном танце, а над ними летают десятки глаз пристально смотрящих на их вальс, а из теней к ним тянутся скрюченные в пальцах руки.
Но стоило музыке прекратиться, как он отстраняется, и она видит распахнутую змеиную пасть, в которой виднелись многочисленные картины драк в помещениях и тёмных подворотнях. А уже через секунду пасть змеи, словно проглотив ее, перенося на улицы Петербурга, где текут реки крови, под музыку которую насвистывает Григорий, перед которым пляшет обезумевший мужчина, раскидывая при этом деньги, а толпы безликих людей стоя в стороне, также слегка пританцовывают под его мотив.
А через секунду ночное небо разрывается десятками, а то и сотнями выстрелов салютов и повсюду начинают слышаться звуки вылетающих пробок из бутылок шампанского, после чего Александру накрывает волна игристого напитка, унося прочь по улице.
Картина изменилась, и она стоит на перроне в толпе людей, которые смотрят, как тушат пожар в одном из вагонов, на крыше которого стояли волки и собаки. Рядом с ней беря её за руку, стоит Григорий, который через секунду увлекает её за собой к непонятно как оказавшемуся тут экипажу, после залезания в который, она уже стоит у дверей родного особняка.
Глава 12
Каждый играет в свои игры. Часть №2
На часах было шесть вечера, когда мой экипаж подъехал к южной императорской резиденции города.
Погода в этот день выдалась пасмурной и дождливой. Чёрные тучи плотно затянули небо над столицей империи, окатывая ее, не прекращающимся весь день дождём, от чего на улице было практически, как ночью темно и только многочисленные фонари разгоняли мрак перед невероятно большим и красивым зданием, который мог сойти за дворец.
Покинув экипаж, я сразу угодил под проливной ливень, после чего за несколько шагов очутился на мраморных ступенях величественного строения, и уже через несколько секунд показывал пригласительную бумагу на этот званый вечер под взгляды лакеев и охраны.
Когда мне же открыли дверь, я шагнул в ярко освещённый холл одной из резиденций императора, наблюдая там огромное количество разодетых людей.
Стоило мне миновать порог холла, как ко мне сразу подскочил лакей, слегка склоняясь в поклоне принимая у меня пальто, под многочисленные взгляды собравшихся тут разных слоёв общества, перед которыми я предстал в парадной военной форме с орденом на груди и погонами лейтенанта.
Признаться честно, я ожидал, куда меньшее количество приглашённых гостей.
В моих рассуждениях, тут должны были присутствовать только определённые люди. Но смотря сейчас перед собой, я понимал, что сюда явились все, кто только мог.
— Григорий Александрович, — вышел ко мне из ближайшей кучки людей полный мужчина с седыми бакенбардами и такими же волосами. — Рад видеть вас в полном здравии и вновь на коне, — улыбнулся мне банкир. — Признаюсь честно. Я считаю, что ваше наказание было завышено. Хорошо, что светлый князь Романин вернул вас.
Кстати я хотел бы узнать, коли вы вновь в столице, не планируется ли открытие чего-либо или расширение, с инвестиционной программой. Может даже разовой?
Мои губы слегка дрогнули в улыбке, после чего я произнёс:
— Антон Семенович, я тоже рад вас видеть. На данный момент сами можете видеть, нам объявлена война. Новые начинания в такое неспокойное время для империи чреваты. Да и моё наказание не истекло. Но будьте уверены, мне есть, что вам предложить. Однако чуть позже.
— Конечно- конечно, — кивнул головой банкир. — Буду с нетерпением ждать.
— Князь, — подошёл к нам пожилой мужчина в парадном мундире, на плечах которого красовались погоны генерала от инфантерии. — Разрешите, я уведу у вас Григория Александровича.
Полный банкир слегка поклонился подошедшему мужчине со словами приветствия, после чего поспешно оставил нас, вернувшись туда, откуда пришёл.
— Григорий Александрович, мы пока ещё лично не знакомы, — улыбнулся мне пожилой военный, чья физическая форма внушала уважение. — Я князь Полугинский Олег Васильевич, можно сказать отец основатель Романовского полка.
— Честь имею, — произнёс я, выпрямляясь по стойке смирно перед своим прямым руководством.
Мужчина улыбнулся, и хлопнул меня по плечу.
— Да брось, мы с тобой чай не на плацу. Пойдем, выпьем, да поговорим, пока основная часть не началась.
Я кивнул, и мы пошли к центру огромного холла под сотни заинтересованных глаз, беря с подносов всюду снующих лакеев фужеры с шампанским.
Так потянулось время до официального начала вечера, где мы с Олегом Васильевичем неспешно блуждали по холлу, разговаривая не только на военные темы, но и на простые житейские, при этом то и дело, здороваясь с гостями этого вечера.
Меж тем народ всё прибывал и прибывал, и вот я уже замечал в прибывших немало известных мне людей, среди которых были и Полозовы, которые появились в одно время с Горлицыными.
— А сколько планируется батальонов? — Произнёс я, смотря, как в мою сторону косился князь Полозов со своей женой.
Отставной генерал, поджав губы, слегка задумчиво и удрученно выдохнул, беря очередной фужер с подноса лакея.
— Батальонов говоришь, — протянул он, словно подбирая дальнейшие слова. — Тут пока всё сложно. Началась война. Из действующих формирований никто не даст нам офицеров и солдат, а с учетом, что за прошедший месяц мы также понесли потери, как рядового, так и офицерского состава, все стало ещё сложнее. Романовский полк только формируется, а солдаты и офицеры нужны уже сейчас на передовой, дабы заменить погибших, или взятых в плен. Вот и получается, что первыми на очереди действующие полки.