Встреча (СИ)

– Юль, я поеду. Это, скорее всего, насчёт Паши. – озвучила ей своё предположение.
– Тогда я с тобой! – не унималась подруга.
– У меня четкое поручение доставить только Киру Игоревну. Пройдёмте. – мужчина указал рукой в сторону машины.
– Кир, ты реально одна поедешь? – глаза у Юли в этот момент были по пятаку.
– Поеду. – громко сглотнув, серьёзно посмотрела на подругу. – Ты только телефон держи при себе и будь на связи, хорошо?
– Да это само собой. Но стрёмно всё как-то. – конечно, стрёмно. Я сама соглашаюсь, а поджилки трясутся. Но если это действительно касается Паши, то страх – это пустяк. Уж переборю как-нибудь. Ну не в лес же меня повезут, в самом-то деле.
Подруга приняла моё решение о поездке с явным недовольством и опасением во взгляде. Номера машины она переписала, дала пару напутственных слов мужчине, которому на них явно было до лампочки, и осталась стоять на улице, провожая меня встревоженными глазами.
Ехали мы относительно не долго. Оказывается, адрес, по которому было велено меня доставить, находился практически в центре города. Я молчала и не задавала вопросов. Да и смысл? Прекрасно поняла, что отвечать на них никто не будет. По крайней мере сейчас.
Так же молча мы вышли из машины возле высотного здания и прошли внутрь. Поднявшись в лифте на двадцать шестой этаж, вошли в светлую и просторную приёмную. Девушка, по всей видимости, секретарь, сообщила, что меня уже ожидают.
Перед тем, как толкнуть дверь и пройти в кабинет, несколько раз сжала и разжала ладони. Если до этого я старалась не паниковать, то сейчас было волнительно. Но перестав себя тормозить, постучала и решительно вошла в кабинет.
– Здравствуйте. – собраться получилось, даже голос не дрожал.
– Кира Игоревна? Проходите, я вас ждал. Меня зовут Купцов Даниил Алексеевич, я…
– Я прекрасно знаю, кто вы. – немного бесцеремонно перебила мужчину. Всё же внутренняя пружина, готовая в любой момент выстрелить, давала о себе знать.
Мужчина на мой подобный выпад только снисходительно ухмыльнулся. Всё в нём кричало, что я для него мелкая букашка. Начиная от позы и заканчивая колючим взглядом. Он хоть и старался быть доброжелательным, но глаза-то не замажешь.
– Тем проще. Присаживайся. – указал рукой на кресло напротив себя. – Думаю, ничего страшного, если я перейду на «ты».
– Ничего. – нехотя, но прошла вперёд и присела на кресло.
– Раз ты, Кира, уже поняла, кто я, то, думаю, и догадываешься, по какому вопросу ты здесь находишься.
– Не совсем понимаю зачем именно, но тему разговора примерно представляю. – ответила гладя в глаза.
– Сколько тебе нужно, чтоб держала язык за зубами и не лезла, куда не нужно со своей правдой? – без лишних предисловий мужчина сразу перешёл к делу.
Сказать по правде, не думала, что разговор примет подобное русло. Я много вариантов перебрала в голове, пока ехала сюда, но точно не думала, что всё будет именно так.
– Простите, что?! – спросила, слегка повысив голос. Эмоции внутри меня подняли целую бурю, но я старалась держать их в узде.
– Сумму назови? Сколько нужно, чтоб перестала бить себя в грудь и мотаться к следователю со своими показаниями? Дело всё равно примет тот оборот, который нужен мне, но лишние помехи в виде амбиций сопливой девчонки, мне тоже ни к чему. Предпочитаю устранять помехи на этапе их появления. Так сколько?
– Вы хоть слышите, что говорите? Вы так просто готовы сломать жизнь простому парню в угоду своему сыну? Да вы б лучше его воспитанием занимались, а не вешали последствия его распущенности и вседозволенности на других людей. – от вырвавшихся наружу эмоций, подскочила с места, крепко сжимая ладони в кулаки.
– Я прекрасно знаю своего сына. И так же знаю всё, на что он способен. Но ты же понимаешь, что он мой сын и так просто пустить на самотёк эту ситуацию я не могу. Итог известен нам обоим: твой защитник получит срок. И этого не избежать. Просто давай не будем усложнять друг другу жизнь.
– Да вы… – резко махнув рукой, мужчина жестом указал прикрыть мне рот. Я даже опешила немного.
 
– Так же, я прекрасно знаю, что его мать спускает кучу бабок на адвоката, что ты моталась к своему крёстному с просьбами вытащить своего мальчика. И признаться честно, он постарался, но и ему мы хвост прищемили. Поэтому будь умницей и просто назови сумму.
– Почему нельзя просто разойтись с миром? Почему нельзя не губить жизнь человеку? Я не буду писать заявление на вашего сына. Я готова отозвать все свои заявления, но при условии, что вы оставите Пашу в покое и не будете целенаправленно топить!
– Нет, милая. Так дела не делаются. Что ж я за отец, если позволю всяким отморозкам безнаказанно избивать своего отпрыска?
– Да единственный отморозок – это ваш сын! Это он угрожал мне ножом и насильно пытался запихнуть в машину! Я терпела его постоянные издёвки в стенах университета, но это уже перебор! Засуньте свои деньги себе в задницу! Я показаний не изменю! И чтоб вы знали: буду все пороги обивать и добиваться правды.
На этих словах я резко развернулась и пулей вылетела из кабинета. Мужчина что-то крикнул мне в спину, но я летела со всех ног к лифту и предпочитала даже не знать, что ещё он мне говорил. Явно ведь ничего хорошего.
Как же меня раздражают такие люди. Я всё могу понять: пытается выгородить своего сына, но не такими же методами. Можно просто отмазать отморозка, но не калечить жизнь другим людям! А тут словно решили показательную порку устроить. Твари!
Меня откровенно трясло, когда я выбежала на улицу. Нервный градус зашкаливал. До этого было хреново, но сейчас совсем до ручки дошла. Пытаясь осмыслить масштаб проблемы, понимала, что это настоящая катастрофа. Полная и беспробудная жопа!
Как быть? Вот как Пашку вытаскивать? Сейчас я понятия не имела, как и что делать, но знала точно, что не отступлю. Я может и сопливая, и значимости никакой не имею, но это не значит, что буду смиренно сидеть и молчать в тряпочку.
– Садитесь, я вас отвезу. – прозвучал знакомый голос. Мужчина, что привёз меня сюда, стоял возле машины и придерживал дверь.
– Да идите вы все! – выкрикнула и пошла по тротуару. Шла быстро, толком не разбирая дороги.
Скорее всего с моей стороны было не красиво посылать этого мужчину, имени которого я и не знала. Он просто делал свою работу и к проблеме, по сути, отношения не имел. Но поделать с собой ничего не могла.
Не помню, как дошла до метро. Вся дорога прошла в прострации, чудом свою станцию не пропустила. Рой мыслей в голове не давал спокойно думать.
Единственное, к чему я пришла: это к необходимости рассказать всё Пашкиной маме. Не знаю, имеет это какое-то весомое значение, но пусть она и адвокат будут в курсе. Молчать об этом не правильно. Нужно знать откуда ветер дует и ноги растут.
В общагу вернулась полностью обессиленной скорее морально, нежели физически. Было одно желание: упасть на кровать и не вставать пару суток. Правда, такой роскоши я себе позволить не могла. Вечером ещё к Оксане Витальевне ехать.
– Ну что? Как всё прошло? С тобой всё нормально? – тут же подлетела Юля, стоило переступить порог комнаты.
– Скорее всё плохо, чем хорошо. – села на постель и, уперев локти в колени, обхватила голову.
– Ты хоть можешь сказать, что там было? О чём говорили? – подруга расхаживала из стороны в сторону, сложив руки на груди.
Немного помолчав и собравшись с мыслями вывалила ей весь разговор. Несколько раз за свой монолог восстанавливала дыхание, прежде чем продолжать дальше.
– Ну и твари! Совсем уже со своим баблом облик человеческий потеряли. – сокрушалась Юля, эмоционально размахивая руками.
– Мне кажется, этого облика изначально не было. – я в этом даже не сомневалась. Казалось, что на столько ссучиться не возможно, такими скорее рождаются, нежели становятся.
– Да плевать! Твари они! Ты, главное, не скисай. Мать твоего Пашки адвоката толкового наняла. Ну должен же он докопаться до правды.