Красный мир (СИ)

— Откопать себе надежное убежище и уснуть лет на триста, — буркнул маг, — Впрочем, планы на то и существуют, чтобы они ломались вдребезги. Из-за похищения девчонки я был вынужден поделиться с Домом Роволло тем, что давать им в руки точно не стоило.
— Чем именно? — спросил я.
— Как ты возможно, догадываешься, — холодно произнес Анаак, — Все маги первого поколения в этом мире уже давно мертвы…
— Кроме тебя, — озвучил я очевидное, заслужив поощрительный кивок.
— В связи с этим, магическая наука здесь несколько захирела, — заметил Анаак, — Многие техники и артефакты былого оказались утрачены. И что ещё хуже, со временем было утрачено даже представление о многих концепция, что мешало их воспроизвести заново.
Я обратился во слух. Что-то мне подсказывало, что с моим возвращением домой будет всё не так гладко. И дело было даже не в том, что Анаак может что-то потребовать за услуги. Или впишет меня в какие-то свои интриги, как это, судя по всему, уже произошло.
— Когда я передавал Дому Роволло Пространственный камень, то делал это с расчетом на то, что они восхищенно поцокают языком, но примут решение его не использовать, — начал рассказ древний маг, и тут же разочарованно развел руками, — Мой главный просчет.
— Что такое Пространственный камень? — закономерно спросил я, услышав незнакомое название.
— Артефакт для синхронной записи межмировых координат пространства-времени и их передачи на Портальную арку, — сжато пояснил Анаак. Мои последующие вопросы упредила Нора, внезапно встрепенувшись.
— Виктор, — медленно заметила она, — Если я правильно понимаю, эту штуку можно подключить к какому-нибудь стационарному порталу, после чего я смогу передавать через камень точные координаты Земли в любой момент времени. Даже если смещение координат происходит непрерывно. Как в нашем случае.
— Эта вещь — ключ для создания постоянного Портала в пространство Союза миров, даже из закрытого мира, — продолжил Анаак, — Артефакт великой ценности, для понимающего мага. Вполне стоит того, чтобы удовлетворить небольшую просьбу выжившего из ума старика, как ты думаешь?
Я осторожно кивнул. Похоже, именно этим Анаак расплатился за то, чтобы Дом Роволло закрепил дворянское достоинство за семьей Сюнру, и даже отправил вызволять её из плена покойного Велериса. В итоге, прихватив в качестве бонуса, и меня.
— В любом случае, камень бесполезен без ещё одного элемента, — заметил Анаак, — А именно, постоянно действующего маяка на той стороне, который будет передавать данные на Пространственный камень. Как я ожидал, Дом Роволло начнет многолетние, бесплодные исследования с целью решить эту проблему.
— Этим маяком могу служить я, — скромно шепнула мне на ухо Нора, — Удачно всё складывается, не так ли?
— Я не предусмотрел единственной вещи, — признался мне маг, — Дом Роволло, как оказалось, все же имеет некий артефакт, обеспечивающий связь с пространством Союза. Вот это оказалось для меня неожиданностью.
— Это же хорошо? — автоматически предположил я, — Они смогут открыть стационарный Портал и вернуться домой.
— Загвоздка в том, что артефакт обеспечивает лишь прерывистую, «импульсную» связь, — поджав губы, бросил Анаак, — Для такой штуки, как Портал, этого совершенно недостаточно. Даже после этого я ещё надеялся на то, что Дом Роволло оставит затею. Однако я не имел представления, насколько изощренные планы по возвращению домой, давно уже посещают сумрачный разум этих оголтелых экспериментаторов.
— В плане?
— Они не собираются создавать «мигающий» Портал, Виктор, — отчего-то рассмеялся Анаак, — Они планируют вернуть домой всю планету. Весь этот мир! Ты можешь себе это представить?!
— Ого! — вслух удивилась Нора, пока я переваривал утверждение собеседника, — Они собираются как-то воздействовать на пространственно-временные координаты этого мира изнутри?
Радуясь, что у меня в голове живет советчик со светлой головой, я озвучил её последние догадки магу.
— А ты не такой бестолковый, каким силишься казаться, — одобрительно отозвался Анаак, бросив на меня быстрый, проницательный взгляд, — Иного от метаморфа я и не ожидал.
 
Я пожал плечами, ничего не ответив, и мой собеседник поспешил вернуться к прежней теме. По старому магу было видно, насколько он восхищен затеей Дома Роволло. Его глаза горели пугающим черным огнем, хотя сердце продолжало биться в ровном, непоколебимом ритме.
— Именно так происходит «закрытие» мира, — уверенно отрубил Анаак, — Его сбивают с некоей пространственно-временной орбиты, и дальше проникнуть в него извне невероятно сложно. Используя прерывистый маяк вместе с Пространственным камнем, они намереваются совершить прямо противоположное — короткими импульсами сдвигать этот мир до тех пор, пока он не вернется в общую сеть Союза миров.
— Это так просто? — удивился я тому, как буднично маг рассуждает о манипуляциях в пределах целого мира.
Я пока ещё не до конца уложил в голове такое понятие, как «миръ». Включает ли он в себя бесконечное космическое пространство и за пределами этой планеты? Или же тут есть «небосвод», в буквальном смысле этого слова, к которому прибиты звезды? В любом случае, всё выглядело пока слишком монументально, чтобы как-то сразу уложить в голове.
— Правильно догадываешься, не так просто, — усмехнулся Анаак, — И здесь начинается наша с тобой проблема, Виктор. Давай сядем, и вместе попробуем отгадать, найдется ли у Дома Роволло столько маны, чтобы безопасно «подвинуть» мир, словно книжку на полке?
— Судя по тому, как ты это говоришь, наверное, нет, — осторожно предположил я.
— Естественно, — бросил маг, и тут же задал мне наводящий вопрос, — Знаешь ли ты, откуда изначально берется мана, метаморф?
— Это побочный эффект от выброса энтропии, — насколько я понимал из рассказов Сюнру, всё было именно так.
Анаак задумчиво пожевал губы, раздумывая над моим ответом. Наконец, он медленно кивнул.
— Наличие энтропии — это признак разрыва ткани мира, — сказал он, — Вселенная стремится зарастить нанесенные ей раны, и увеличивает ток собственной энергии, противоположный энтропии. Уж поверь мне, — заметил он, — Те крохи маны, которые осыпаются и попадают в руки простых смертных — ничто по сравнению с масштабом задействованных подковерных сил, что действуют вне наших глаз.
— Они собираются открыть масштабный Разлом? — догадался я, — Огромный прорыв энтропии в этом мире?
— Не просто прорыв, — лицо Анаака слегка дернулось от приступа едва сдерживаемого смеха, — Они собираются открыть, провались они все в Бездну, мать всех прорывов! Через него можно будет просунуть в измерение энтропии весь этот остров, и ещё останется! Недоумки. Проклятые кретины! Ты можешь себе представить все безумие их плана?!
— Наверняка это делается не для одного только сбора маны, — вопреки моим ожиданиям, Нора выглядела ничуть не обеспокоенной услышанным, — Иначе бы они просто попытались запастись маной обычными способами. Десять, двадцать, или даже больше лет бы на это ушло — в чём смысл такого радикального подхода, как сейчас?
Я озвучил её рассуждения, в ответ на что древний маг понимающе усмехнулся.
— Думаешь, это всё из-за спешки амбициозных дурачков? — спросил он, — Ты почти угадал. Впрочем, истинный смысл создания Разлома — в другом.
— В чём же?
— Если дестабилизировать мир, то его проще сдвинуть, — пожал плечами Анаак, — Они хотят действовать наверняка. Невзирая на последствия. В конце концов, им главное открыть мир, а дальше, хоть трава не расти. Сбежать из открытого, пусть и коллапсирующего мира, гораздо проще чем из закрытого.
— Я так и не понял, в чём тут наша с тобой проблема, и как это связано с путешествием в Нострикаам? — встряхнувшись, я заставил себя вернуться к изначальной теме разговора.
— В том, что Пространственный камень наличествует в единственном экземпляре, — чему-то усмехнувшись, ответил Анаак, — Если ты хочешь воспользоваться Порталом домой, у тебя есть только один вариант — пройти на полигон на острове Нострикаам. Конечно, связь с пространством Союза миров будет в тот момент нестабильна, так что ты попадешь туда не одним куском. Впрочем, не думаю, что это для тебя проблема, метаморф. Твоя проблема в другом…