Мой любимый Босс. 3. Ну здравствуй, курица! (СИ)

Помню, как досконально разглядывала себя в зеркале в тот день, пытаясь разглядеть этот самый потенциал. Только никак увидеть его не могла…
***
Владимир Петрович, отпивая глоток крепкого виски, стоял напротив окна и всматривался вдаль. Ему не хотелось ехать домой – снова возвращаться в пустую квартиру. Как ему все осточертело! На что он положил всю свою жизнь? Бизнес, деньги, уважение…
Он всегда гнался за славой, хотел занять достойное место в обществе. Шел напролом к поставленной цели, днями напролет торчал на работе. Он забыл, что дома его ждала всегда одинокая Лена… И было вполне логичным, что она бросила его, уйдя к лучшему другу…
Сквозь ночную темноту, среди немногочисленных прохожих в свете фонаря заметил знакомую фигуру. Словно не своей походкой, Егор направлялся к зданию головного офиса. На миг остановился и поднял наверх глаза. Владимир резко отпрянул от окна, не желая, чтобы сын понял, что тот наблюдал за ним.
Каменное сердце старика вздрогнуло – неужели Егорушка приехал к нему… А ему ведь совсем не хотелось уезжать, не простившись с собственным сыном. Кто знает, удастся ли им когда-нибудь снова свидеться?
Самолет через несколько часов, поэтому Владимир решил обо всем рассказать сыну, довериться ему… Подошел к собственному столу, провернул ключ верхнего шуфляда и достал из него документ с крупной надписью по центру «Завещание!».
Терпеливо дожидался сына минут 20, но тот не приходил… Его терпение лопнуло, когда набрал номер Егора и после многочисленных гудков ответа так и не последовало.
От боли и злости смял бумагу, что держал в своей руке. Хотел разорвать ее в клочья, но вовремя вспомнил, что это оригинал. Аккуратно бросил небольшой бумажный комок обратно в шуфляд.
Раздраженно поднялся и направился вниз по лифту. Надеялся найти сына хотя бы на 7 этаже, потому что был уверен, что видел именно его. Хотя… Ухмыльнулся сам себе, понимая, что галлюцинации вполне нормальны, учитывая, что в последние дни он пьет просто колоссальное количество препаратов.
Дверь в маркетинговый отдел оказалась открытой. Владимир осторожно вошел внутрь и увидел едва заметный огонек, исходящий из кабинета начальницы. Вошел и на кресле Вареньки обнаружил спящего сына. А рядом на столе светился экран его телефона. Подумать только, Егор по-прежнему боится спать в темноте. Его мальчик вырос, но так и не стал взрослым!
Воспоминания Владимира
Больше 30 лет назад его Леночка ушла к Пашке Макарову – другу детства, партнеру! С ним он начинал, только Пашка был не так помешан на работе. Зато он помешался на жене друга…
Владимир даже не сразу узнал, что его жена ушла. Он пропадал на работе, а после – всегда откупался дорогими подарками. Только понять он не мог, что женщине необходимо внимание, а не его дурацкие презенты…
Только через пару дней нашел дома записку, в которой Лена призналась в отношениях с Павлом. Взбесился, разгромил пол дома, выбросил все оставшиеся Ленины вещи. Только легче от этого не становилось. Сердце болело, а поговорить было не с кем.
Но Вова – не из тех, кто будет бегать и умолять вернуться. На следующий день подал заявление на развод, а через месяц в последний раз увидел Лену. Она отказалась от части совместно нажитого имущества и просила тихо-мирно развестись…
И он не видел ее больше никогда в жизни.
Только спустя много лет пришла весточка, но не от нее самой…
Владимира по телефону разыскал нотариус для оглашения завещания. Близких родственников, да и дальних тоже, у него не было, поэтому решил, что это афера. И слушать его не стал, даже не узнав, кто указал в завещании его имя.
Поэтому их встреча была перенесена на энное время. Пока однажды нотариус не добился личной встречи…
-Ваше имя – единственное, указанное в завещании Макаровой Е.М. – Словно кто-то вбил острие ножа прямиком в его сердце. Стало трудно дышать, а перед глазами помутнело. Он присел на край дивана в кабинете нотариуса и стал слушать.
«Я, Макарова Е.С., находясь в добром здравии и твердой памяти настоящим завещанием делаю следующее заявление: Все мое имущество, которое окажется мне принадлежащим, завещаю Вересову В.П.».
 
- И еще, она передала Вам это письмо! Вы можете прочитать его позже! – нотариус протянул тоненький белоснежный конверт, на котором синим цветом Леночкиной рукой были выведены инициалы Владимира.
-Прошу расписаться! – Владимир поставил подпись, а после вышел и на автомате прошел к авто.
Трясущимися руками нетерпеливо открыл конверт, вытащил письмо и бегло прочитал написанное…
«Дорогой Володенька! Сердечно прошу меня простить… Я очень виновата перед тобой, но я солгала. Я не предавала тебя, не тогда. Узнав о беременности, думала только о нашем сыне и понимала, что не хочу для него такой жизни. Ты бы сделал из него такого же трудоголика, каким был сам. Уверенна, ты и сейчас такой же. Пашка мне помог сбежать, потом помогал нам, и все закрутилось. Но ты должен знать, Володенька! Я всегда любила тебя одного!» - на последней фразе мужчина раскис.
Как он мог настолько забросить свою жену, что она решилась на такое? Из-за его амбициозности и алчности он потерял самое дорогое – семью.
Грудь сковала адская боль… Он не мог дочитать письмо Лены, но должен был.
«Надеюсь, ты никогда не получишь это письмо… Но если сейчас ты читаешь его, значит, меня и Паши уже нет в живых. Позаботься о нашем сыне, прошу!».
Владимир перечитывал письмо снова и снова. Он не мог поверить, что у него есть сын. Сомневался! А вдруг Лена просто решила перестраховаться, чтобы их с Пашкой отпрыск ни в чем не нуждался в случае чего…
Но даже так Владимир был готов его воспитывать. Потому что и Лена, и Пашка – не чужие для него люди, в одном детдоме росли. Хоть он и старался их ненавидеть последние годы. Старался, но не получалось, он ужасно скучал по ним и даже был готов простить обоих.
По своим связям выяснил, что Лена с Пашей разбились на машине. И самое ужасное – мальчик тоже был в том авто. Его спасло только то, что он сидел на заднем сиденье, а удар пришелся на переднюю часть автомобиля…
Купил дурацкий игрушечный грузовик и поехал в больницу, где лежал ребенок. Не учел, что мальчик уже довольно взрослый и в такие игры давно не играет. Выглядел глупо, глядя на собственную копию, только на 30 лет младше.
Егор лежал неподвижно, движения шеи сковывал шейный фиксатор, а на ноге был гипс. Смотрел на одну точку на потолке и не обратил внимания на вошедшего.
-Здравствуй! – Владимир на всякий случай поставил коробку с игрушкой на пол и ближе подошел к подростку. Тот отвлекся от своего важного занятия по рассматриванию невидимого объекта. Их взгляды пересеклись, и из глаз подростка хлынули слезы.
-Так я и знал! – от безысходности простонал Егор. Он подозревал, что с мамой и дядей Пашей что-то случилось, ведь иначе они бы уже давно сидели у койки сына. А визит отца только подтвердил его догадку.
-Я твой отец! – сказал с уверенностью, потому что знал, ошибки быть не может – Егор его. И как он мог даже предположить, что Лена станет врать…
-Я знаю… - от Егора никогда не скрывали, кто его настоящий отец. Показывали фотографии, так что он знал, как выглядит папа. Но поначалу мама лгала, что он их бросит… Однажды услышал ее разговор с дядей Пашей и понял, что все было с точностью до наоборот…
Вот так началась их история…
Егор никогда не был трудным подростком – усердно учился в школе и радовал мать своей успеваемостью, делал успехи в спорте.
А теперь из-за травм требовалось время для восстановления, но Владимир уже гордился своим сыном. Лена его правильно воспитала.
Мужчина забрал мальчика домой. Но Егор ежедневно просыпался по ночам из-за одного и того же сна – машина, авария и последний вздох матери. Мальчик начал бояться темноты и всегда спал со светильником и включенным светом.
Володя старался быть хорошим отцом. По крайней мере, сначала… А дальше – все завертелось, закрутилось, пошло своим чередом и… Он снова стал непробиваемым трудоголиком.