Кодекс Крови. Книга V (СИ)

Кирана подвесила несколько огненных светлячков перед собой и лишь затем вошла следом. Каменная плита неслышно затворилась за спиной, а на стенах на уровне плеча засветились бледным голубоватым сиянием тонкие стрелки, указывающие дорогу в противоположную от пещеры сторону.
— Это запасный выход?
— Он самый, — подтвердил незнакомец и бодрым шагом двинулся по указателям. — Топать придётся прилично, зато сосунам сюда хода нет. И как тебя только угораздило-то? Везде же объявили, что у тварей период трансформации, и поселение запрещено покидать. На спор что ли полезла?
— Почему сразу на спор? — удивилась Кирана, рассматривая широкую спину незнакомца, — услышала призыв о помощи и…
Закончить фразу она не успела, так как воин резко развернулся и принялся ощупывать её голову, приговаривая:
— Так, проломов вроде бы нет, шишек тоже, значит, не от удара бредишь, — он приложил ладонь ко лбу охотницы, которая к этому моменту уже начала раздражаться, и татуировка на скуле полыхнула пламенем. — Точно! Температура! Тогда понятно. Но кто тебя из деревни выпустил? И ведь одежду же качественную не пожалели, как будто в жертву принести хотели. И оружие при тебе, и магия…Странно, очень странно. Как будто старые карги решили избавиться от единственной конкурентки за власть в поселении. Да и вид… И шрамы, под татуировки переделанные… Девонька, скажи, тебя пытали?
— Н-нет! — чуть запнулась Кирана, мысленно выбирая стратегию поведения с воином. Сперва она подумала, что тот безумный, бормочет что-то себе под нос, а затем сообразила, что он пытается интерпретировать непонятные факты её появления с точки зрения местной обстановки. И нужно отвечать честно, не очень развёрнуто, дабы самой выудить как можно больше информации. Можно, наверно, и потерю памяти разыграть.
— Ты не бойся, я тебя не обижу. Я чуть меньше года назад из Виноградовки ушёл на дальние рубежи. Охотник я, а когда возвращался, магия моя почувствовала огонь под лабораторией, вот решил сходить проверить, что за новую тварь сосуны приманили. А там ты. Кстати, как звать тебя, красна девица?
«Ясно, что ничего непонятно. Значит, будем потерю памяти разыгрывать».
— Кирана, а тебя?
— Ксандр. Будем знакомы. Ты из чьей семьи в Виноградовке? Что-то я там таких сильных подростков не припомню.
— И я не помню, — Кирана состроила максимально честное лицо, — ни Виноградовку, ни местность вокруг, ничего.
— Как так? — охотник остановился и снова принялся сверлить девушку взглядом. — Совсем?
— Совсем. Очнулась на площадке возле большой арки с разноцветными камнями. Забралась на дерево, осмотрелась. Увидела более-менее целое здание и пошла туда. На подходе настиг плач, и я решила спуститься в провал, вдруг кому-то нужна помощь.
— Беда… — было видно, что охотник не особо поверил её рассказу, но какие-то свои выводы сделал. — Ладно, отведу тебя пока на базу охотников, она чуть в стороне от поселения. А дальше я схожу наведу справки, пропадал кто-то в деревне или нет. У тебя какая животная ипостась? Хоть принадлежность к семье узнаю.
Кирана уставилась на охотника в недоумении:
— Я — человек! А ты разве нет?
После этих слов Ксандр шарахнулся от неё на пару метров.
— Нет! — его ответ был жёстким и бескомпромиссным. — И тебе советую не говорить об этом. В крайнем случае говори, что ещё не доросла до смены ипостаси.
— Ну да, конечно! Эрги вон с пятого-шестого уровня меняют облик, а я давно эти ранги переплюнула. Если у вас такая же градация, то твоя легенда шита белыми нитками.
— И как тебя только с твоим-то рангом сосуны потеряли? — рассуждал вслух Ксандр. — Хотя, может, они специально тебя выращивали, как свинью на убой, чтобы потом новорождённому сосунку на корм пустить? А тут я помешал.
Кирана ничего не понимала в его рассуждениях, но разбираться нужно было обязательно. Не зря же её сюда забросило? В совпадения она не верила.
— Давай с самого начала. Что это за мир? Кто его населяет? Кто вы? Что вы знаете о Виноградовых и почему боитесь людей?
* * *
Святилище богини Инари располагалось на острове Кутиноэрабу. Сам остров был гораздо меньше, чем Якусима, на котором пряталась вдова князя Ацухиро, но лучше обжит. Поразмышляв, Тэймэй пришла к выводу, что в храм за перстнем она отправится в одиночку. Так гораздо безопасней и проще.
 
Её старый знакомец кит доставил иллюзионистку до соседнего острова за неполных два часа. А вот дальше перед Тэймэй возникла дилемма: проскользнуть скрытно или имитировать нападение своих сторонников на ставку дяди. Решив, что с фанфарами явиться домой она всегда успеет, Тэймэй отправилась в храм скромненько под иллюзией невидимости.
Стоило признать, что дядя постарался. Вокруг святилища богини, которое, по сути, было естественным гротом, расположились тремя кольцами бывшие воины рода. Кто-то из них спал, а вот бодрствующие без остановки щипали монохорды, странные музыкальные инструменты с одной струной. Когда-то, ещё до рождения Тэймэй, её отец специально путешествовал по миру и искал средство для создания помех при использовании магии иллюзий. И ведь нашёл же.
У Ацунаги было время, чтобы подготовиться и вооружить своих людей. Вот только единственное, что страдало у Тэймэй от монохорда, это уши. Такую какофонию звуков сложно было воспринимать не морщась. Удивительно, как остальные воины умудрялись спать под такое музыкальное сопровождение. А поди ж ты, человек — такое существо, ко всему привыкает.
Осторожно пройдя сквозь оборонительные рубежи Тэймэй уже хотела проскользнуть в грот, как услышала чуть в стороне от входа голоса.
— Мы вернём тебе сына и выпытаем противоядие для него, но за это ты должен примкнуть к восстанию! — соблазнял незнакомый голос.
— Род слаб! Без признанного князя решения о военных компаниях принять невозможно! Сначала сын, затем война! Иначе никак! — оправдывался тихим шёпотом дядя. — Никто из оставшихся Инари не смог получить перстень от богини.
— Да что ты заладил со своей богиней! Закажи поддельный перстень, а как только вернётся сын, получишь подтверждение!
— Поддельный перстень не оставит оттиска на пакте о военном союзе! — возмутился дядя.
«Ну хоть какие-то мозги есть! — с облегчением пронеслась мысль у Тэймэй. — А то его втравливают и даже гарантий коллективной ответственности не дают! Это же мятеж! Свалят потом на него неудачный переворот, а сами чистенькими останутся!»
— Ты нам не доверяешь? Ты сомневаешься в князе Аканезуми? Может мы зря доверились тебе и стоит пересмотреть наши дружеские отношения? — давил неизвестный.
— Я доверяю договорам, скрепленным по всем правилам человеческим и божественным.
«Дядя, да у тебя оказывается есть яйца⁈»
Его собеседник расхохотался, а когда отсмеялся, добавил:
— И это мне говорит человек, который подсадил собственную племянницу на смертельную магическую отраву и отдал в публичный дом только за то, что девочка оказалась достойна золотой книги даймё в отличие от его собственного сына?
— Я её не убил!
— И зря! Потому как если она выжила и смогла сопоставить все факты, то твоя жизнь и жизнь твоего сына будут скоротечнее цветения сакуры, — голос незнакомца приобрёл стальные нотки, — два дня тебе на раздумья. Если мы не получим ответа, то до смерти от руки собственной племянницы ты не доживёшь.
Из тени вышли два мужчины, в одном из которых Тэймэй узнала дядю, хоть и изрядно постаревшего, а вот второй был поразительно похож на воина из рода Окойя, оставленного в рыбацкой деревушке, только лет на тридцать постарше.
«Это что же, в стране зреет военный переворот и возврат к сёгунату? А мой дядюшка собирается стоять у его истоков?»
Тэймэй проводила взглядом мужчин, практически физически ощущая зуд в руках. Ведь она могла убить их обоих. Могла. Без особых трудностей. Но Инари прямо запрещала умерщвлять своих последователей из правящего рода, иначе дядя уже давно удавил бы их с матерью. И даже то, как Акиро действовал на выставке, не обагряло кровью руки дяди и кузена. Чужими руками подвести до черты не запрещалось. Но не собственными.