Кодекс Крови. Книга V (СИ)

Михельс внимательно посматривал на занятное колечко на пальце девушки. Артефакт равновесия стихий. Вещица дорогая, изготавливалась исключительно под заказ. Снимать артефакт даже не было смысла, ну если бы только князь Рюгена не решил самоубиться в землях русов. Кольцо настраивалось на одного собственника, а всех остальных считало ворами и выпивало досуха.
Злость и адреналин боя смыло сожалением, словно морской волной. Жаль, что в девочке нет стихии земли, иначе Михельс носил бы на руках такую женщину. Впервые в жизни он встретил себе ровню! Ингрид не в счёт, у неё тот же девятый уровень, и она страшна, как душа самого тёмного подземелья, а вот дикарка… В той чувствовались перспективы развития, а уж как его заинтриговала её внешность…
Он видел много отметок на телах и лицах у воинов, в конце концов, это весьма распространённый обычай в Скандинавии, но, чтобы они светились, проступали ярче от тех или иных эмоций… Словно тело давало выход внутренним силам дикарки, но сделало это столь изящно и красиво, что ни разу не испортило естественную красоту девушки.
Пройдя с три километра вглубь своих предполагаемых родовых земель, Михельс стал искать место для привала. Выходить на поверхность он не планировал, зная, что их будут искать. Пока князь Рюгена был в земле, его никто не сможет обнаружить. Кто-то, может, и испугался бы такой перспективы, но таких людей среди свиты Михельса не было.
Прокладывая подземный путь, Михельс вдруг столкнулся с препятствием. Выглядело оно как странная каменная колонна, перекрывающая проход и покрытая вязью незнакомых рун. Часть рун была похожа на те, что украшали вместилище духа земли. Неужели ему, Михельсу, наконец, удалось отыскать колыбель мира?
Не старой истеричке маразматичке, по несчастливому обстоятельству избранной духом для общения, а ему, князю Рюгена?
Михельс отклонил подземную тропу в сторону на несколько метров и с помощью магии создал временное пристанище для своих людей. Сам же князь Рюгена решил связаться с Ингрид. Ему срочно нужно было проверить свою теорию, а для этого надо было приманить старую каргу.
Краткий разговор должен был придать ей ускорения, а то она и так загостилась в Северной столице русов. Зато теперь у Михельса были время и возможность немного поиграть с новой игрушкой. Никакому духу скармливать дикарку он не собирался, но назойливая мысль попробовать заделать ей ребёнка в целях экспериментальной селекции не покидала князя. Девушка была хороша собой, сильна физически и магически, ему ничего не стоило продержать её в колодках всю оставшуюся жизнь и сделать инкубатором. Сломить непокорную дикарку, упиваться её отчаянием и рабским положением после того, как она чуть было не убила его. План Михельсу нравился.
Он вынул нож из-за голенища сапога и склонился над девушкой, желая срезать лишнюю одежду и насладиться зрелищем и вкусом молодого женского тела. О, он будет иметь её, пока она не закричит от боли или удовольствия. Упиваясь собственными фантазиями, Михельс внезапно почувствовал чужой взгляд. Он резко отстранился и заозирался по сторонам. Невозможно. Это его подземные тропы, их может отыскать только Ингрид, но она была ещё далеко. Михельс чувствовал её где-то северней, за полсотни километров от него.
Ощущение чужого взгляда исчезло так же быстро, как и появилось. Решив, что ему показалось, Михельс вернулся к своему прерванному занятию. Тьма тропы надёжно скрывала все его движения, но не была преградой для ночного зрения высокорангового мага. Он лоскут за лоскутом, шкуру за шкурой срезал с дикарки одежду, растягивая собственное удовольствие и не прикасаясь к ней. Нет. Он войдёт в неё без подготовки, раз и навсегда сделает своей рабыней, а с рабынями не пристало нежничать.
Князь отстранённо заметил на теле дикарки обилие шрамов, закрашенных татуировками. Атлетическая тренированная фигура была едва ли не лучше, чем у рюгенца, но проблески здравого смысла уже вовсю перекрывались нетерпеливой похотью.
Торопливо расстегивая пуговицы на брюках, князь навис над распростёртой девушкой, но стоило ему лишь прикоснуться к её коже, пытаясь развести ноги пошире, как по коже девушки побежали разноцветные огоньки. Алые и синие всполохи вспыхивали и исчезали хаотично, словно играли в салочки друг с другом.
 
«Невозможно! — мелькнуло недоверие в мыслях у Михельса, — Она же отрезана от магии!»
Но стоило ему об этом подумать, как с двух сосков в ложбинку между грудей скатились алая и сапфировая капли, сливаясь в единое целое. И грянул взрыв.
* * *
Агафья спинным мозгом чувствовала, как приближаются неприятности. И на сей раз ранг их был значительно выше, чем барон Крысин со своей наёмной армией. А ведь прошло всего ничего с момента окончания клановой войны. И снова Хмарево сотрясают неприятности. Земля под ногами качнулась, вторя мыслям вампирши. Сперва несмело, а затем всё сильнее и сильнее трясло всё вокруг.
— Какого хера! — воскликнула Агафья, и не только она. Здесь отродясь не было землетрясений. Старый барон проверял даже тектонику собственных родовых земель. Уж на что была дотошная сволочь.
В поместье затрубили сигнал тревоги. Долгий, протяжный. А земля под ногами пошла волнами, словно от брошенного в воду камня.
— На три часа от Хмарева патруль заметил что-то странное! — неуверенно доложил Паук Агафье.
— А подробнее⁈ — рыкнула вампирша теряя терпение. Обычно Паук всегда докладывал максимально сжато, точно и по делу.
— Под землёй в нашу сторону движется нечто, отчего земля на полметра вспухает гребнем, — попытался предметно сформулировать донесение командир.
— Похоже, к нам в гости решил пожаловать князь Рюгена, дамы и господа, — поставила всех в известность Агафья, — ещё и со свитой.
За прошедший час она внимательно ознакомилась с перечнем высокоранговых заклинаний земли, подготовленным по заданию Михаила. Описанный эффект давал земляной голем, создаваемый и управляемый магом на расстоянии, чтобы не вмешиваться в бой.
Благо, голем имел ранг в половину ниже ранга его создателя, иначе кровникам нечего было бы ему противопоставить.
А так, против големов у них были сформированы команды огневиков и водников, которые поочерёдно должны были устранять эту ходячую напасть. Одни превращать в застывшие обожжённые статуи, а другие — в грязь.
Вообще, маг-девятка был крепким орешком даже для Тени. Если рюгенец упрячется в каменный доспех, его она не пробьёт, а банальные лёд, огонь и прочее просто не возьмут. Проще говоря, чтобы убить высокорангового нужно самому быть таковым. Доступные же в роду маги были не выше шестёрки, не считая Кираны и, скорее всего, Михаила. Но оба представителя рода Комариных были вне доступа, и защитникам Хмарево приходилось справляться самостоятельно.
— Объект изменил траекторию! — услышала Агафья донесение по рации, адресованное Пауку, но буквально следом прозвучало встревоженное: Объект захватил заложниц из деревни. Преследуем цель.
— Магия воды четвёртого уровня не действует!
— Магия огня пятого уровня не действует!
— Магия воздуха пятого уровня не действует!
Донесения от патруля сыпались сплошным потоком.
В голове вампирши всё отчётливее формировалась мысль, что это не голем. Даже если бы Михельс был десяткой, его голема пятого уровня взяли бы огонь или воздух! А здесь мимо!
Это был не голем, но что тогда за заклинание использовать рюгенец и зачем ему заложники? На эти вопросы у Агафьи не было ответов.
К ней подошёл Эон, всегда молчаливый друг Тильды старался не вмешиваться в их дела, дожидаясь эргу. Но сейчас он был встревожен:
— Я поговорил с эргами. Они готовы биться плечом к плечу с вами, в случае, если этот маг нападёт на поместье. Какой-то магический урон мы ему вряд ли нанесём, среди нас самый высокий ранг седьмой. Но сможем побороться грубой физической силой, сменив ипостась на животную.
— Спасибо, — искренне поблагодарила Агафья.
Ей предстояло принять решение, пытаться ли спасти заложников или сидеть в осаде и использовать эргов в обороне. А вампирша не хотела этого делать. По своей сути она была разведчицей, шпионкой, убийцей. Она всегда несла ответственность только за себя и свои действия. Она добывала информацию и максимум давала рекомендации, но решать? Нет! Это делали другие люди, и весь груз ответственности ложился на их плечи. Не её.