Кодекс Крови. Книга V (СИ)

Зная, что как будущая глава клана, она не имеет права на личное счастье, Тэймэй использовала собственный дар, чтобы побыть с любимым. Каково же было её удивление, когда в одну из ночей Богиня явилась ей во сне и дала разрешение претворить самую смелую и желанную мечту в реальность с условием срочного возвращения домой. В стране назревали беспорядки, а род находился на пороге гражданской войны. Без неё и Акиро другие семьи стали рассматривать земли Инари как лёгкую добычу. Этого нельзя было допустить.
Столичный дирижабль прибыл в Киото. Столица изменилась. Разглядывая её с высоты воздушного порта, Тэймэй не узнавала ничего. А ведь они были с матерью здесь, когда девочке исполнилось тринадцать полных лет. Тогда Тэймэй казалось, что она не сможет забыть эту наполненную детским восторгом поездку. И ничего. Пусто. Память подкидывала кривящиеся губы служащего императорской канцелярии, который за весьма солидный кошель зарегистрировал Тэймэй в качестве одной из претенденток на главенство в клане Инари на основании проведённых замеров личной силы.
Как давно это было. Это событие стало отправной точкой многих лет несчастий и горестей. Тогда они с матерью свято верили, что имя её погибшего отца князя Ацухиро Инари и одного из лучших военных стратегов страны, что-то да значит. Но они ошиблись. Человеческая память изменчива, она прекрасно помнит деньги, а не добрые поступки. А потому даже удивительно, что местный служащий всё-таки внёс имя Тэймэй в золотую книгу сильнейших молодых магов империи с пометкой о претензии на главенство в клане Инари. Что, конечно же, не отменило отправки весточки Ацунаго Инари, младшему брату отца и ещё одному претенденту на главенство в клане. Хотя какое-там главенство. С его четвёркой в магии иллюзий на подобное рассчитывать было бы дуростью, но Ацунаго не унывал, ведь его старший сын Акиро имел потенциал в полноценную семёрку и номинально считался основным претендентом на главенство в клане.
На пути младшей ветви клана Инари к власти стояли лишь Тэймэй и её мать Исико, взявшая на себя обязанности регента при малолетней дочери. Первый замер потенциала силы в империи производится в полных тринадцать лет, а потому Ацунаго и Акиро ждали этого дня, дабы официально объявить о смещении Исико.
Воспоминания Тэймэй прервал тихий сухой голос сгорбленной старушки, просящей милостыню в воздушном порту:
— Цветок сакуры, сорванный на чужбине, найдёт покой лишь в безлюдных горах Такесимы, куда занесёт его ветер перемен.
Тэймэй безразлично вынула из кошеля монету и опустила в раскрытую ладонь старухи. Кто-то из проходящих мимо пассажиров дирижабля случайно толкнул девушку в спину, и она качнулась в сторону попрошайки, невольно касаясь её удивительной мягкой и нежной ладони, никак не подходящей старой сгорбленной старухе-крестьянке.
«А ты всё так же плохо прорабатываешь детали, мама», — мысленно улыбнулась Тэймэй.
Миг, и иллюзионист девятого ранга мог бы заметить, как личины женщин поменялись местами. Но таковых в этот день в воздушном порту Киото не оказалось. Через секунду обе женщины растворились в толпе.
* * *
Виноград злился. Его лозы трепетали мясистыми зелёными листьями, когда он в очередной раз выговаривал своему товарищу:
— Обратились? Обратились они к нам за помощью? Мы чуть не потеряли два рода из-за твоих амбиций! Два! Я же говорил, нужно было честно признаться, что мы не можем помочь! А ты «прижмёт», «обратятся»! Хер тебе, а не доверие! Хер тебе, а не благодать!
— Успокойся, а то орёшь, словно истеричная баба на рынке! — огрызнулся Комаро, его и самого посещали подобные мысли, но он держал себя в руках. В сущности, ничего непоправимого не случилось. Всё ещё можно исправить. — Да, они сами выкрутились! Ну зона там такая, хер его знает, кто им помог, но кто-то, наверняка, помог. А чтобы вернуть доверие особо и напрягаться не придётся. Ты в девчонке дар родовой пробудишь какой-нибудь, и она до потолка прыгать будет, а я своему расскажу новость, от которой он просто так не сможет отвертеться! Так что не ори, а лучше подумай, чем одаривать будешь.
   
Глава 6
 
Утро началось с вызова от невесты. Она с тревогой в голосе поинтересовалась, всё ли у меня в порядке. Оказалось, что кольцо-артефакт к утру разогрелось и разбудило её.
— Я так испугалась! Думала, что с тобой что-то случилось! — завершила она свой поток страхов и тревог.
— В целом, жив, но вот по поводу здоровья хотел бы, чтобы ты прибыла в Хмарёво, сначала одна, а потом уже и Славу вызовем. Нужна твоя помощь лично мне, да и Ариса согласилась участвовать в операции по пересадке кокона из Нарвы в другого донора.
— Это же прекрасно! Это станет такой замечательной темой для курсовой работы! — радостно щебетала Светлана. — Да что там, я и дипломную на основании такого уникального случая смогу защитить.
— Дорогая, не хочу тебя расстраивать, но данная операция сугубо секретна, — терпеливо объяснял я ситуацию этой энтузиастке медицины. — Нарва — жительница обитаемой изнанки, нынче находящейся под опекой императора. Ты когда-то слышала о чём-то подобном? Я — нет! Отсюда вывод: секретность сведений и клятва о неразглашении идут рука об руку с такой информацией.
— Э-э-эх! — тяжело вздохнула девушка. — Вот так всегда! Совершишь эпохальное свершение и даже похвастаться не сможешь!
— Дорогая, эпохальные свершения накладывают эпохальную ответственность. А оно тебе надо?
— Так, стоп! — вдруг спохватилась лекарка. — Какая помощь нужна лично тебе?
— Самая что ни на есть профессиональная! Подлечи любимого и единственного жениха, а? До свадьбы, конечно, заживёт, но хотелось бы чуть пораньше!
— Комарин, ты во что успел вляпаться за двое суток с момента завтрака у нас дома? Тогда ты был здоров абсолютно! Уж я-то знаю! Я теперь постоянно тебя проверяю при встрече.
— Кажется, вляпался в какое-то проклятие, — решил относительно честно ответить невесте, памятуя об обещании быть чуть более открытым. — Вроде бы, не смертельно, лекари наши говорят, что жить буду и даже вдовой тебя не оставлю, если сама не прибьёшь! Но я бы хотел, чтобы и ты проверила.
— Завтра утром жди! Мне пропуск на лицо только на завтра смогут согласовать, быстрее никак. Я же теперь студентка, — то ли со вздохом, то ли со смешком ответила лекарка. — Но, если хочешь, могу Славу попросить…
— Благодарю, но лучше дождусь тебя, — зарубил я на корню инициативу невесты, — вроде бы не при смерти. — И тут же сменил тему, чтобы отвлечь Свету, — как обосновалась?
После размолвки с Борисом Сергеевичем мы со Светой не общались. Она, видимо, боялась быть назойливой и решила всё же отправиться в академию. Её обучение я полностью оплатил, кроме того, Агафья-таки приставила к ней телохранительницу, как и обещала перед поездкой в Дербент. С «Тенью на пенсии», как выразилась с усмешкой вампирша, она познакомит меня при случае, когда мне не придётся куда-то нестись сломя голову, как это было последние несколько месяцев.
— Спасибо, нормально! Успела получить план обучения и стала готовиться к экспресс-зачётам по известным мне дисциплинам. Пока всё вокруг новое и интересное, но, честно говоря, после вашей школы в Карелии здесь оказалось скучно! — пожаловалась Света.
— Дорогая, когда тебя ежедневно не пытаются убить или изнасиловать, когда не гоняют до полусмерти и не отправляют на закрытие прорывов изнанки, это не скучно, а нормально и безопасно.
Света расхохоталась.
— Наверное, ты прав, просто без тебя темп моей жизни замедлился до уровня черепахи, а с тобой я словно в скачках участвовала. Смотри, жених, сделаешь из меня адреналиновую наркоманку! Мало потом не покажется!
Теперь уже я рассмеялся. Была у Светы особенность. С ней было легко и светло на душе. Видимо, имя всё же накладывало отпечаток на характер.
— Хорошо, дорогая, постараюсь! А ты уж постарайся в академии себе жениха нового не сыскать, а то знаю я этих молодых да шустрых аристократов, такой красотке и шагу не дадут ступить!