Обретая себя (СИ)

– Вот она наша пташка. Еще одна – из перелетных. – довольно протянул Хорн, а в комнату вошел мужчина, явно занимающий более высокое положение и однозначно он был мне знаком. Вот… дьявол!
Отчетливо услышала, как сердце бахнуло о грудную клетку и, кажется, это была моя. Потому что я не уверена. Звук был такой, будто стукнули в стену молотком. Прошло семь лет. Так много и одновременно мало. Думала достаточно, чтобы забыть и стереть начисто из памяти парня, в которого я втрескалась по самую последнюю единицу магии, что есть в моих жилах, а затем низкодушно предала за свою свободу. Так мне казалось… тогда…
За это время я достаточно истязала себя, наращивая все толще слои защиты, заклиная, что больше никогда так не вляпаюсь – в это безумное чувство, что сносит крышу почище грибов, силинита и магических порошков грез.
Не осознано звякнула мерилом по железной столешнице и задержала дыхание от этого звука, а когда взглянула на мужчину вновь, то кинула нарочито скучающий, безразличный взгляд. Не дай Стихии он меня узнает. Это будет фиаско!
Рейдар Лайонел Фрейгъерд возвышался почти на семь футов в строгой аспидной форме без опознавательных знаков и заполнял собой все пространство. По-военному короткая стрижка с четко обстриженными висками. На шею выходил кончик какого-то рисунка со стороны спины, что был заметен даже из-под кителя. Глаза остались такими же яркими, пронзительно ледяными, как я помню. Только тогда меня грел этот лед, а сейчас он обжигал неистовым холодом Северного моря. Над левой бровью прибавился глубокий шрам черточкой, словно перечеркивающий предыдущий. Помню. Не ужели я все это помню? Он изменился. И я больше не видела той усмешки в уголке губ. Полоска рта была ровной. Что скрывается за этой маской ледяного спокойствия и отстраненности было трудно угадать. Он не узнал меня. Украдкой, я выдохнула. Еще бы, ведь на мне профессиональный грим и ни капли магии. Как говорила Зирайн – мастер маскировки: «Достаточно изменить достоверно пару черт, и родная мама не узнает».
– …на площади Серебряной Чаши. – Хорн зачитывал дело, а я не отказала себе в удовольствии рассмотреть мужчину, из-за которого моя жизнь пошла совсем по-другому сценарию, нежели я рисовала себе на холсте будущего. А кто-то бы даже сказал бы «пошла под откос». Винила ли я его? Наверное, нет. Я была из тех людей, что отдают себе отчет в том, какой выбор они делают. И не бранила его за то, что он влез в окно моей жизни, заставив забыть обо всем.
– Браслеты. – громом прокатился по комнатушке голос Фрейгъерда. Почему-то от произнесенного слова я замерла.
– Что? – не понял страж.
– Снимите браслеты с женщины.
Признаюсь, невольно мои брови двинулись вверх. Неужели Рэйдар великодушен к арестантам? На этой ноте я звонко чихнула, звякнув еще раз мерилом, и чуть было не выругнулась в слух, потому что Фрейгъерд прищурился, точно углядев что-то. Да нет, вряд ли. Показалось.
– Дэрн Фрейгъерд, при всем уважении, девушка обладает даром мага и ограничитель не поставлен. – на его слова мне захотелось усмехнуться. Уж кто-кто а Рейдар Лайонел Фрейгъерд был одим из тех, кто мог уложить роту среднячков-магов, не сильно потратившись резервом.
– Снимай. – ровно повторил он.
Четыре широких полумесяца, шмякнулись о столешницу как о железную кастрюлю. Я не сдержала вздоха облегчения и отвела взгляд первая, растирая запястья. На меня нахлынуло первичное видение мага. Воздух ринулся в легкие глубже, словно из-под воды вынырнула. Волосы упали небрежно вперед, так что пришлось всю эту белесую красоту откинуть вновь. И для меня не осталось незамеченным, как за действием очень внимательно проследил мой бывший супруг. Кто он тут и зачем пришел на допрос неизвестной?
– Оставь нас. – велел мужчина и Хорн, собрав ценный реквизит, закрыл дверь с той стороны. А меня пронзил фирменный взгляд семейства Фрейгъерд: холодный, снисходительный и злой. Или я придумываю? Физиономия у дэрна осталась невозмутимо каменной как у бюста императора Дэрнии на главной Дворцовой площади. А затем он двинулся против часовой медленно, вбивая тяжелой обувью мою выдержку в пол. Признаюсь, было не по себе. Хотя повидала я всякого.
 
– Ты не умерла… – слова точно пихнули меня в спину, в прошлое… и непроизвольно внутри я вздрогнула, дыхание замерло, как если бы мне дали под дых или я провалилась под лед. Но как…? Чих? Нет, бред. Может, он регулярно бредит и ему везде мерещится бывшая супруга? Думает, так я ему и признаюсь. Нет уж. Буду играть до конца.
– Не понимаю, о чем вы. – ровным тоном ответила ему. Пусть сначала что-либо докажет. Неужели все-таки чих? Смешно.
Северянин прищурился, снял кожаную черную перчатку с правой руки, чуть подался вперед и медленно потянулся к моему лицу. Рефлекторно отклонилась и стукнула нахала по ладони.
– Да что вы себе позволяете?! – произнесла я на дэрнском, состроив возмущенный вид, даже притворяться не пришлось.
– Как ярлхольд2, под ведомством которого находится этот сектор, я в праве проверить подозреваемого любыми способами. Или хотите надеть обратно мерил? – подыграл мне гад.
– Любыми говорите… – Я насупилась. Мимикой он спросил в этот раз разрешение. Но что я могла? Лишь неопределенно дернула плечами и уставилась вперед, разглядывая еле заметную трещину на стене.
Горячие пальцы тронули грим и медленно, но очень точно зацепились за край материала, отклеили накладные губы и нос с горбинкой. Я вскинула на него взгляд, и увидела стылый леденящий душу взор. А затем неожиданно мужчина чему-то усмехнулся или удивился? Трудно было разобрать. Он медленно обошёл меня, рука поддела локон, словно с издевкой.
– И этим ты хотела обмануть пограничников? – ан нет, усмешка в голосе все же сквозит даже без мимического сопровождения. Локон соскользнул мне на плечо.
– Не знаю, что вы имеете в виду. – ответила ему, играя в дурочку. Цвет волос мог сыграть на руку. Все же блондинка. А девушка со столь светлой копной и тонкой душевной организацией могла позволить себе выглядеть, как угодно, на тему интеллекта по одному лишь шевелюрному статусу.
– Что ты здесь забыла? – резко развернул мой стул, громко проскрежетав по каменному полу железякой и звонко звякнув цепями. Сердце ушло в пятки. Глаза его метали молнии, точно я разрушила его планы своим вторжением. И я четко почувствовала, как на меня давит его магия. Но меня такие трюки не испугают, чтобы так глупо признаться. Семь лет назад, возможно. Но не сейчас. Я приподняла бровь, смотря в упор на человека, что горячо клялся мне в любви. Когда-то. В прошлой жизни. Но в его глазах сейчас я видела заматерелую ненависть к воскресшей бывшей супруге. А говорят время лечит. Врут. Откровенно врут.
– Вы меня с кем-то путаете. – продолжала, не меняя линии поведения, ведь открой я рот по-другому сюжету и все будет записано.
Мужчина склонился и резко расстегнул манжет моей рубашки. На что я изогнула бровь. Удивление имитировать даже не пришлось. Прошло столько лет, а порывистость так и осталась.
– Решили раздеть меня прямо в допросной? Хороши же методы… – не без ехидства проговорила мужчине, но тот не ответил.
Смешанные чувства окатили меня с головой, когда теплые пальцы огладили точное место брачной метки, заставив волоски на предплечье подняться. Проклятье! Или я просто замерзла? Его брови дернулись вверх, а пальцы потерли место сильнее. Ничего не выйдет у тебя. Это тебе не накладные штучки и не простой грим. Он произнес заклятие «открытия секретов», но магия не могла распознать зелье.
– Ты как-то… свела ее. – констатировал факт.
Конечно, он не видел знак, ведь на метке не было и грамму волшебства, это было простое косметическое зелье. С поправкой на «очень хорошее» косметическое зелье.
Мой взгляд упирался в китель и дорогие пуговицы с эмблемой скрещенных мечей, а затем я медленно запрокинула голову, чтобы увидеть лицо. Синева глаз замораживала.
– Мои документы потеряны, дэрн. Я уже говорила это вашему… коллеге. – Хотелось сказать: «козлу, что пихал меня в спину», но вспомнила, что все же статус вежливой дэрнийской блондинки должен поддерживаться. Так проще. Просто повторяй одно и тоже. И, как говорят, на борту дирижаблей «…дышите нормально».