Среда (ЛП)

Кого я обманываю? Единственный известный мне способ заставить его почувствовать себя лучше — протянуть руку, сжать ладонью его стояк, прошептав, что он мне нужен.
Я хотела, чтобы он исцелился, чтобы с ним все было в порядке. И каждую неделю, в эти несколько часов, была счастлива услужить ему, потому что он мог растворить свою печаль во мне.
* * *
— Хорошая работа, — пробормотал Джейсон, откусывая кусок сэндвича с ростбифом.
— Ты о чем? — спросила я, наливая себе вторую чашку кофе. Было два часа дня, но теперь, когда мы с Джейсоном стали совладельцами бизнеса, после обеда мы только просыпались, зато часто работали до позднего вечера. Мы знали, какой график лучше всего подходит для нас.
— О том, что ты заставила Шоу вывезти этих туристов на прогулку на личной лодке.
— Всегда рада помочь. — Я налила изрядное количество сливок в кружку, придав своему кофе приятный медовый оттенок. Именно так, как мне нравилось.
— Что ты сделала взамен? Отсосала ему? — спросил он.
Мой взгляд метнулся к нему, а сердце бешено заколотилось. Может, он что-то заподозрил?
Джейсон ухмыльнулся мне, затем откусил еще один кусок от своего сэндвича. Я выдохнула воздух, который сдерживала. Черт, он почти угадал. Если бы он только знал.
— Может, Шоу, наконец, оправился, — сказала я, делая глоток кофе.
Он пожал плечами.
— Возможно.
— Прошло восемь месяцев, — добавила я. Восемь долгих месяцев погружения все глубже и глубже в порочную связь с моим лучшим другом. Я не могла позволить себе думать о любви. Не сейчас. А может, и вовсе никогда.
Насколько я знала, Шоу был влюблен всего один раз, в свою жену Саманту, и посмотрите, как трагично это закончилось для него. Я не собиралась напирать и требовать то, чего он не мог мне дать.
— Боже, ты сегодня такая нервная, — сказал Джейсон, вырывая меня из моих мыслей.
Я посмотрела на него снизу вверх. Он положил сэндвич на тарелку и уставился на меня.
— Да что с тобой такое? — спросил он.
Сегодня среда.
— Ничего. У меня просто много дел. Поговорим позже.
Схватив свою кружку, я направилась обратно в офис. Я знала, что мне нужно сосредоточиться, чтобы как можно быстрее разобраться с большим количеством счетов, прежде чем произойдет неизбежное — ритуал среды, который я соблюдала на протяжении последних восьми месяцев.
Я знала расписание Шоу наизусть. Его рабочий день заканчивался около пяти. После ужина он принимал душ, переодевался и проводил час за ноутбуком, наверстывая упущенное за весь день, проведенный на пристани. Иногда выпивал кружку-другую пива, пока смотрел игру по телевизору. Потом, около восьми, он стучал в мою дверь. Это был наш еженедельный ритуал, и я с нетерпением ждала его всю неделю.
Наши рандеву были несколько рискованными, потому что моя тесная однокомнатная квартира расположена на верхнем этаже нашей семейной гостиницы. Джейсон жил на нижнем этаже в главном доме, где располагались наши офисы, которые были просто парой переделанных спален в задней части дома.
Так что, если бы Джейсон обратил внимание, он мог бы увидеть, как Шоу пробирается через разросшиеся деревья и кусты, а затем поднимается ко мне по лестнице. Я все еще не знала, приходил ли он ко мне пешком или приезжал на машине. Знала лишь, что его грузовика не было видно. И что нас до сих пор не поймали.
После двух часов работы Джейсон принес мне бутылку воды и сэндвич, который я съела, пока сверяла квитанции за прошлый месяц. Затем поднялась наверх, так как стрелка часов уже перевалила за шесть.
Войдя в квартиру, проследовала в ванную и включила душ на полную мощность. Это был адский день, и я нуждалась в освобождении. Прозвучало двусмысленно. Я собрала волосы в беспорядочный пучок и разделась, когда маленькая комната наполнилась паром. Встала под струи воды, стараясь, чтобы мои длинные волосы не промокли. Сушка займет несколько часов, и если я не использую кучу средств для волос и утюжок, то на голове будет ужасное кудрявое месиво. Нет уж, увольте.
 
Намылила кожу лавандово-мятным гелем для душа, который купила во время последней поездки в торговый центр в Майами, и позволила чувственным ощущениям окутать меня. Я чувствовала себя легко и свободно, почти благоговейно, стоя под струями воды. Предвкушение вечера с Шоу было почти таким же приятным, как и само событие.
Вскоре я вышла из душа, вытерлась полотенцем и нанесла немного кунжутного лосьона на тело. Затем надела белые трусики с высокой талией, свободную футболку и любимые штаны для йоги.
Не было смысла надевать кружевное белье для Шоу — обычно он быстро раздевал меня. И если бы я не настаивала, то он вряд ли снимал бы с себя хотя бы половину своей одежды.
Хорошо, что я настаивала. У него невероятное тело. К тому же, заниматься сексом с тем, кто все еще одет в футболку и спущенные до колен джинсы, было для меня недостаточно интимным.
Я высвободила волосы из пучка и расчесала их, когда услышала его тихий стук в дверь. Три легких быстрых удара. Сегодня он рано.
Мое сердце забилось быстрее. Я обошла кровать и почти вприпрыжку бросилась к двери. Это был один из плюсов жизни в крошечной студии — всё от спальни до кухни и гостиной было в пределах трех шагов.
Как только я подошла к двери, она открылась. Шоу знал, что я никогда ее не запираю. Побочным эффектом взросления на крошечном острове было то, что все всегда чувствовали себя в безопасности и редко запирали двери.
Он стоял передо мной с угрюмым и напряженным видом. Красивые, точеные черты лица. Четко очерченная челюсть. Пухлые губы. Его идеальные волосы меняли цвет от светло-песочного на солнце, до светло-каштанового в темноте. А глаза были ярко-зелеными.
— Судя по всему, ты ждала меня. — Он одарил меня редкой дьявольской усмешкой.
Засранец. Конечно, я ждала его. Я игриво толкнула его в грудь, но вместо того, чтобы оттолкнуть меня, он шагнул ближе, пересек порог и вторгся в мое личное пространство. В предвкушении сердце снова забилось быстрее.
Он был моим наркотиком. Сильным. Опьяняющим. Вызывающим привыкание.
— Как прошел твой день? — спросила я, стараясь, чтобы это звучало непринужденно.
Шоу одарил меня хищной улыбкой, и я поняла, что сегодня не будет никаких нежностей. Я это предполагала. Пару дней назад он пытался трахнуть меня в своем кабинете, чем сильно удивил. Должно быть, он действительно взвинчен.
— У меня был прекрасный день, солнце. А теперь иди сюда.
Он протянул мне руку, и я взяла ее. Обхватив меня за запястье, он притянул ближе, и я оказалась вплотную прижата к его груди. Интересно, чувствует ли он, как сильно бьется мое сердце? Его собственное сердцебиение было ровным и спокойным.
— Ты дразнила меня на днях, — сказал он, проводя кончиком пальца по моей щеке. — В том милом сарафанчике. Я хотел схватить тебя за бедра и посмотреть, как ты оседлаешь мое лицо.
Я задрожала в его объятиях.
— Если ты ждешь моих извинений, то этого не будет.
Он мрачно усмехнулся.
— Сегодня я собираюсь наверстать упущенное, если ты понимаешь, о чем я.
Я кивнула, не сводя с него взгляда. Мне нравилась эта часть недели. В течение нескольких часов я была важна для кого-то. Была желанной, и доводила удивительного мужчину почти до безумия. Это чувство было сильным, особенно, учитывая, что остальная часть моей жизни была скучной, бессмысленной комбинацией работы и семейных обязанностей. Я жила ради этого темного, голодного взгляда в его глазах.
Он смотрел на мои губы, грудь, тело так, словно хотел проглотить. Он был голодным, изголодавшимся по любви, привязанности и сексу. Смотрел на меня так, словно это могла дать ему только я. С радостью, мой дорогой, милый, потерянный мужчина.
 
— Тогда тебе лучше снять эти узкие штанишки для йоги, чтобы я мог попробовать тебя на вкус, — пробормотал он, касаясь губами моей шеи.
Я сделала шаг назад, и Шоу присел на край моей кровати, чтобы посмотреть представление.