Доспех духа. Том 10 (СИ)

И всё-таки Сяочжэй гений, когда дело касается внутренней энергии. Она сперва посмотрела вопросительно на меня, затем на Сабину и только потом почувствовала утечку энергии из разрушенного внутреннего моря девушки. Почти сразу вокруг нас вспыхнуло настолько мощное кинетическое поле, что из студентов только Чжэнь и Морока смогли удержать силу, правильно сжав собственную защиту, как я им показывал. А вот остальные контроль потеряли.
— Как-то так, — сказал я Сяочжэй, когда глаза у неё слегка округлились.
Давлением собственного кинетического поля она пыталась остановить утечку силы из внутреннего моря Сабины. Получалось не очень.
— Кузьма! — Сяочжэй гневно посмотрела на меня, понимая, что не справляется.
— А что Кузьма? Я тоже не всё умею и не всё знаю. Что-то приходится придумывать на ходу. Хорошо, если это получается сразу и не нужно ломать голову целую неделю. Ты поле начни закручивать и давление силы убавь, легче станет.
Поле вокруг нас начало двигаться против часовой стрелки. Не сразу, где-то за минуту оно стало значительно слабее, но по размерам было ещё слишком большим, из-за чего энергия из разбитого внутреннего моря продолжала выливаться. Чтобы Сабине не пришлось пить ещё один энергетический коктейль, я взял её за вторую руку, помогая полю Сяочжэй стать ещё меньше. Спустя ещё пару минут кинетическое поле стало незаметно для окружающих, создавая нестабильный, но правильный вихрь вокруг ледяного лотоса в центре внутреннего моря Сабины.
— Отсюда у меня две хорошие новости и одна сомнительная, — сказал я. — В моём внутреннем море появилось несколько семян лотоса. Могу тебе одно вернуть и ещё Чжэнь, когда она станет мастером. Сейчас у неё контроля не хватит, чтобы лотос удержать. А ещё я придумал отличную технику по контролю силы. Кстати, как она тебе?
— Хорошая техника, — хмуро отозвалась принцесса, пытаясь сосредоточиться на водовороте сил. Добавила что-то на китайском.
— Сестра Сяочжэй говорит, что техника удивительная, — перевела Чжэнь, — как и все, что ты придумываешь. И ещё, что лотос очень голодный и охотно поглощает силу. Если бы он был таким жадным, когда дедушка отдал его Сяочжэй, она бы не заболела. Но это тема не для открытого разговора. Это большой секрет.
Сяочжэй едва заметно показала взглядом на студентов, которые снова создавали кинетическое поле для экзамена.
— А что за сомнительная новость? — спросила Чжэнь, снова переведя вопрос сестры.
— Сяочжэй её уже озвучила. С одной стороны, хорошо, что лотос оказался таким прожорливым и собирает вокруг себя энергию, даже когда внутреннее море разрушено. С другой стороны, я не знаю, как он будет вести себя дальше. У меня он тоже был жадным и вечно голодным, а сейчас вроде бы успокоился. Может, потому, что расти дальше некуда. Зато семена появились. Разница в том, что я был мастером и мог его контролировать, в отличие от Сабины. Сяочжэй может отпускать силу, я подхвачу.
— Так нужно постоянно делать? — спросила Сяочжэй уже на русском.
— Нет, раз в три дня. Когда он сытый, то энергия вокруг не рассеивается. Поэтому его нужно энергетиками подкармливать.
— Да, я подумала об этом же, — закивала она. — Ох, Кузьма, заставляешь моё сердце болеть…Женись на сестрице Сяочжэй.
— Чжэнь, хочу похвалить тебя за контроль, — сказал я, сделав вид, что не заметил последнее высказывание. — Теперь, когда столкнёшься с не очень сильным мастером, и если он тебя недооценит, сможешь его удивить. Шпильку ему в глаз воткнуть неожиданно, например.
— Кузьма плохой, — недовольно сказала Сяочжэй, потянулась и ткнула меня пальцем в бок. — Я помогу твоей знакомой. Есть техника, чтобы контролировать баланс. Несложное упражнение.
— Спасибо. Да, вспомнил только что. Зачем ваш отец мне такую дорогую штуку подарил? Имею в виду Спящего дракона, нефритовую статуэтку. Это же большая историческая ценность.
— Не знаю, — она покачала головой. — Он ничего не сказал.
— Там внутри скрыто послание от мудреца, который эту фигурку то ли сделал, то ли доделал. Так что её можно считать настоящим артефактом.
 
— Да? — она удивилась. — И что внутри?
— Кто его знает, — я пожал плечами. — Опять загадка, ради которой нужно поломать голову, а мне лень. Может, там рецепт яичницы спрятан, или пожелание с днём рождения. Я понимаю, что подарок и всё такое, но если император не знал, что это сокровище, я верну. И никаких обид, так как я это сам предложил.
— Спрошу, — кивнула Сяочжэй. — Это символичный подарок, со спрятанным смыслом.
— Так и понял. И ещё, я не знал, что ты стала уже настолько сильной, что такое кинетическое поле можешь создать. Честно скажу, впечатляет.
— Раньше я могла сделать его ещё сильнее и больше, — скромно призналась она с улыбкой на лице.
— Насколько? — я удивился, так как то, что она продемонстрировала, вряд ли сможет повторить обычный мастер второй ступени. Может, только Никита способен, но он укрепление тела практикует, так что это не считается.
Сяочжэй задумалась, оглянулась вокруг.
— Намного больше. Покажу, когда в следующий раз приедешь ко мне в гости. Может, смогу повторить то, что было доступно раньше. Или сделать его ещё сильнее.
— Хитрая лиса, — я рассмеялся. — Посмотрим.
— У меня хорошая мысль, — добавила она. — Эта техника, новая, очень полезная. Надо написать статью, и ты снова получишь премию Гарри Финикса.
— Вроде бы Феникс он, — поправил я. — Не, мне этим заниматься некогда. К тому же не ты ли говорила, что тема ледяного лотоса секретная?
— Я сама напишу, — сказала она. — И лотос тут не нужен. Важен принцип. Он может помочь, когда у человека небольшие повреждения внутреннего моря. Чтобы мастер силу не потерял, когда ранен.
Я на это лишь махнул рукой. Чтобы меня потом не обвинили в раскрытии тайны рода, откуда выходит Сяочжэй, пусть сама этим занимается. Может, она планирует сделать так, чтобы замести следы и любые намёки на ледяной лотос.
— Оставлю вас на пару минут, — сказал я.
Встав, мы с Сабиной прошли по залу, перехватив Ивара.
— Как успехи? — спросил я.
— Если бы сказал, на что именно нужно обращать внимание, то было бы проще, — ответил он, показывая в дальний угол зала. — Вон тот парень выбивается из общего ритма.
— Принц из Таиланда, — кивнул я. — Он слишком усердствует. Я ему об этом уже говорил.
— И ещё девушка, — Ивар перевёл взгляд на группу парней и девушек из Европы.
— Тоже отличный и показательный пример, — согласился я, глядя на скромную, невысокую девушку из Франции. Крайне немногословная, с виду хрупкая, но если начинает драться, то быстро теряет голову. — Вот вам с братом и задача на ближайшую неделю. Надо им показать, что они делают неправильно. Справитесь?
— Конечно, — он кивнул и показал взглядом на группу из Шотландии. — Что скажешь о наших?
— Пока рано судить. Посмотрим, что будет к концу года. Да, вам ещё одного лентяя нужно найти. Талант у него есть, как и нужный объём внутренних сил, но он то ли ленится, то ли не занимается совсем. Формально сейчас он экзамен пройдёт, но следующий уже вряд ли, если продолжит заниматься в таком же духе.
— Может, он и к следующему подготовится так, чтобы пройти по самому краю, — предположил Ивар. — Я с такими сталкивался. Когда талант есть, но напрягаться больше, чем нужно на данный момент, они не хотят. Дескать, зачем рвать жилы, если нет достойного стимула. С такими просто надо поговорить и замотивировать.
— Нет, этого мы не умеем, — поморщился я. — Я никого не собираюсь учить насильно. И гнать пинками в сторону счастья тоже. Тут психолог нужен, а это не ко мне.
— Я с ним поговорю, — он кивнул. — Печально, если талант пропадёт зря. Если найду, конечно.
— Да это легко, — хмыкнул я. — Просто нужно посмотреть внимательно, и сразу видно станет того, кто не напрягается.
Ивар только вздохнул, как бы говоря, что это ни разу не легко, и направился дальше по залу, вглядываясь в лица парней и девушек, сосредоточенно создающих кинетическое поле. Может, он прав, и парню просто не хватает мотивации. Если спросить моё мнение, то, когда есть сила и потенциал, нужно использовать их на максимум. Потому что какой-нибудь менее талантливый, но более трудолюбивый парень сможет обойти тебя. И хорошо, если вы просто соревнуетесь, а не сражаетесь насмерть. Как раз к одному такому трудолюбивому парню я и подошёл следующим.