Доспех духа. Том 10 (СИ)

— В двух будет сложно описать, — он на секунду задумался. — Когда концентрирую силу перед ударом, она дрожит.
— Возникает чувство, что если потеряешь концентрацию или передержишь, то она взорвётся и оторвёт тебе руки?
— Точно, — он закивал. — Не понимаю, как её стабилизировать.
— Проблема решаема, но нужен полигон, чтобы показать и объяснить, что к чему. А в черте города такое показывать вообще опасно. После праздников найди меня в институте, где-то за час до обеда.
— То есть, ты с таким сталкивался? — удивился он.
— Кто, по-твоему, эту технику придумал? Только у меня такой проблемы не было из-за крепкого доспеха духа. После праздников. Кстати, не уходи пока, будет к вам большой вопрос. Но сначала вот…
Я достал нож, который сделал мастер Конте, и протянул Карпову.
— Что скажете? — спросил я.
Он бегло осмотрел клинок, пропустил немного силы, но что именно сделал, я не смог разобрать.
— Хорошее оружие, — кивнул Карпов. — Можно железо резать, как папиросную бумагу. С таким сейфы вскрывать удобно.
Достав из кармана большую монету, несколькими быстрыми движениями срезал с торца несколько ломтиков, похожих на спички.
— Первый мой эксперимент по созданию оружия, — сказал я. — Из заготовок только ножик был, а хотелось полноценный меч сделать.
— Читал об этом, — сказал Василий. — Громкая новость. Вроде бы Ханты планируют аукцион провести у нас, выставят много разного оружия.
— Об этом как раз речь и пойдёт, но чуть позже, — сказал я. — Сначала о важном. Если опять коронацию Николая Ивановича не передвинут, то он очень скоро станет императором. Я планирую сразу же попросить у него разрешение основать род Матчиных и, уверен, получу его. Деньги у нашей семьи есть, как и способы заработка, а вот доверенных людей мало. При основании рода нужно будет указать семьи, которые в него войдут, помимо Матчиных. Хочу предложить семьям Никитиных и Карповых стать частью моего рода. Договор пока не составлял, но обещаю, что он будет максимально лаконичным.
На минуту в помещении повисла тишина. Я взял чашку с чаем, отпил немного.
— Хорошее начинание, — сказал Василий и толкнул в плечо Никиту. — Соглашайся.
— Род Матчиных только появится, и первое время будет непросто, — сказал я. — Пока мы займём свою нишу, пока определимся, чем будем заниматься, может пройти год или даже больше. Поэтому каждой семье, в которой есть мастер, я открою счёт в банке на один миллион рублей. Исключительно на семейные нужды, улучшить жилищный вопрос, по кредитам расплатиться или просто чтобы с уверенностью смотреть в будущее. Тем мастерам, у кого своего бизнеса нет, буду платить по пятнадцать тысяч в месяц. Такие у меня мысли и планы на первое время. Что скажете?
— Я согласен, — поднял руку Никита. — И даже без учёта этого аттракциона неслыханной щедрости.
— Это просто вы пока не знаете, сколько мы заработаем на предстоящем аукционе, — сказал я. — Григорий Михайлович?
Мы все посмотрели на Карпова.
— Согласен, — кивнул он.
— Ну вот, — я улыбнулся, — самое главное на сегодня мы решили. Кстати, нож можете себе оставить. Мне всё равно некому его отдать, а я оружием не пользуюсь. Он, конечно, хорош, чтобы богатых людей перед аукционом впечатлить, но лучше пару полноценных мечей сделать. Отсюда вытекает главный вопрос, вы знаете кузнеца, который делает хорошее оружие? У нас неделя впереди, а привлекать иностранцев к этому я не хочу.
— У меня есть знакомый, — сказал Карпов. — Хороший специалист, но занят обычно ерундой. У него кузница в промзоне, рядом с Москвой. Такого качества нож сделает, только без проводника внутри.
— А меч или что-нибудь необычное, копьё, наваху? — уточнил я.
— Сделает, — уверенно кивнул Григорий Михайлович. — Если заплатить, он и косу боевую для мастера сделает.
— Можете сейчас с ним связаться? Как я уже сказал, времени у нас мало, нужно проверить, могу ли я с ним работать. За семь дней нам нужно сделать три или четыре меча. Можно и больше, но тогда много за каждый клинок не заплатят.
— За неделю столько не сделать, — сказал Карпов. — Это же не пирожки печь.
 
— А мы без украшений и всего прочего. Главное, чтобы клинок силу мог проводить, как этот нож. Мастеров холодного оружия интересует только это, а не сам внешний вид. Захотят рукоять из золота и ножны с бриллиантами — пусть сами изгаляются. Ну, хотя бы пару мечей, нужно успеть, а то на смех поднимут.
— А почём такие продают и покупают? — заинтересовался Никита.
— На прошлом аукционе среднего качества мечи уходили миллионов за десять, если они могли силу проводить. А за такие, как этот, даже не знаю, может, раз в десять больше заплатят.
Мужчины уставились на меня поражёнными взглядами. Никита едва пирожное не уронил, от которого откусил кусочек. Карпов осторожно вернул нож в ножны и отодвинул от себя подальше.
— Да ладно вам, — я рассмеялся. — Есть техники, которые стоят гораздо дороже.
— Которые ты можешь один раз продать и всё, — сказал Василий. — А мечи можно делать, пока рука не устанет.
— А потом можно отдохнуть и сделать ещё несколько, — добавил я. — Дело не в деньгах, точнее, не только в них. Григорий Михайлович, звоните вашему другу, назначайте встречу. Хорошо бы сегодня этот вопрос решить.
С кузнецом нам повезло, сегодня он с утра находился в кузне, доделывал какой-то важный заказ. А ещё хорошо, что Василий приехал на своём любимом минивэне, поэтому места хватило всем. Пробиваясь через плотный поток автотранспорта, непонятно куда спешившего в праздничные дни, мы выехали на кольцевую, затем по очень знакомой дороге промчались мимо арены, где проводились бои без правил. Кузнечил знакомый Карпова в неприметном здании, окружённом складскими помещениями, по соседству с каким-то шумным цехом. Я бы нужное здание в жизни не нашёл без проводника, а вот Григорий Михайлович здесь неплохо ориентировался.
— Подрабатывал в кузне недолго, — ответил он на мой вопрос. — А потом случился кризис, и заказов стало очень мало. Лучше внутри ничего не трогать, чтобы не испачкаться. Проще одежду выкинуть, чем от масла пытаться отстирать.
Последнее он сказал Сабине, решившей пойти на прогулку в дорогой белой шубе.
— Ваш знакомый — мастер?
— Эксперт. Его кроме железа ничего не интересует, может, поэтому и не прорвался ещё.
Мы как раз дошли до нужного промышленного строения. Высокое здание с толстыми окнами под крышей и большой металлической раздвижной дверью, которую переделали, вырезав в ней маленькую и аккуратную калитку. Дверь украшали железные завитки, скобки и штыри, складывающиеся в затейливый узор. Издалека выглядело красиво, но стоило подойти ближе, и магия сразу рассеивалась. Внутри горел свет и работал пневматический молот, время от времени выдавая серию ударов.
Карпов сдвинул один из крупных металлических завитков, открывая дверь в кузню и заходя первым.
— Необычное место, — сказал Никита, оглядываясь. Судя по тону, он хотел применить совсем другой эпитет.
Внутри ожидаемо пахло машинным маслом, горячим металлом и ещё какой-то химией. В отличие от кузницы мастера Конте, здесь царил беспорядок, но, скорее, творческий. Когда заходишь, внимание сразу привлекает отполированный едва ли не до зеркального блеска доспех средневекового рыцаря. Установили его специально так, чтобы в глаза бросался. Рядом большой двуручный меч, кажущийся неудобным и неповоротливым.
Знакомого Карпова звали Михаилом. Высокий жилистый мужчина лет тридцати пяти, угольно-чёрные волосы, короткие борода и усы, правая бровь перечёркнута грубым старым шрамом. Он ждал нас, но всё же был удивлён количеством гостей. На Сабину в дорогой шубе он вообще смотрел так, словно подобные гости к нему никогда в жизни ещё не заходили. До нашего появления Михаил ковал что-то небольшое, припаянное к длинному железному штырю, чтобы удобнее работать с пневматическим молотом. Судя по форме заготовки, должен был получиться большой, слегка изогнутый нож.