Доспех духа. Том 10 (СИ)

— Пора мою подругу навестить и поговорить насчёт приглашений, — сказала Сабина. — Давай прогуляемся, она живёт недалеко.
Погода в Брюсселе в конце декабря выдалась дождливая, с неприятным ледяным ветром. Богатая улица, на которой стоял особняк друзей семьи Бурбонов, продувалась так, что становилось не по себе. Пришлось поставить барьер, а то было совсем неприятно. Сабина прогулке радовалась, загадочно улыбалась, держа меня под руку и немного прижимаясь к плечу.
— Может, не стоило говорить твоему отцу о наших планах? — спросил я, разглядывая витрины только открывающихся дорогих бутиков.
— Зря переживаешь. Времени было слишком мало, чтобы успеть самим подготовиться. Не думал же ты, что лучше пойти на бал к князю в маске, купленной за два евро в местном супермаркете? Нас быстро поднимут на смех, что привлечёт ненужное внимание. Обычно к таким мероприятиям готовятся заранее, за месяц и даже за два. Чтобы дамы могли весь следующий год обсуждать наряды друг друга, они заказывают по несколько платьев у самых знаменитых кутюрье Европы. А мужчины должны подготовиться к интригам и блеснуть осведомлённостью о проблемах друзей и тем более врагов. К внезапным же гостям относятся настороженно, поэтому мы будем изображать богатых молодых людей, увлечённых лишь модой, дорогими вещами, спортивными машинами и балами. На таких, как правило, внимания не обращают.
Мы свернули на ещё одну улицу, похожую на предыдущую витринами бутиков и кафе. Дома в городе стояли сплошной стеной, из-за чего иногда складывалось впечатление, что ты находишься в большом лабиринте. Узкие каменные улицы лишь усиливали этот эффект. При этом красивых фасадов мало, а яркие рекламные вывески только портят впечатление о городе. Санкт-Петербург мне в этом плане нравился больше.
Прохожих на улицах было много, молодёжи и взрослых, но я вылавливал среди них арабов и чернокожих. Если в Варшаве нужно было постараться, чтобы увидеть хотя бы одного плохо одетого или неряшливого беженца, то здесь они встречались повсюду. Представляю, что происходило на окраинах города, если в центре их было так много. Сабина это тоже заметила, показав мне взглядом на группу молодых чернокожих людей самой бандитской наружности. Местные жители на другую сторону дороги переходили, чтобы не сталкиваться с ними. Дом же, у которого они стояли, был украшен нечитаемыми чёрными надписями граффити.
— Всё дело в законе, который нам навязали, — негромко сказала Сабина. — Любой беженец, ступивший на землю Европы, может и должен получить убежище. А Италия ближе всего к ним. Но я не ожидала, что они будут даже здесь. Точнее, что их так много.
Пройдя ещё пару кварталов, мы остановились у парадного входа в небольшой трёхэтажный дом. Всего два окна в ширину, он совершенно не выделялся в шеренге точно таких же невзрачных домов.
— Думал, что твоя подруга живёт в особняке, — сказал я, когда Сабина позвонила в дверь.
— Диана не любит большие дома. Живёт одна, если не считать престарелую служанку. Для всех она двоюродная племянница князя, которую он очень любит, поэтому содержит. Но родства между ними нет.
— Супруга князя об этом знает?
— Я не интересовалась, — Сабина развела руками. — Но если учесть, что Фредерик каждый год приглашает её на бал, то вряд ли.
Входная дверь распахнулась, явив нам красивую женщину лет двадцати шести. Длинные чёрные волосы, выразительные голубые глаза и полные губки. Она обрадовалась, вышла, чтобы заключить Сабину в объятия.
— Я так рада, что ты приехала! — голос у Дианы тоже оказался приятным. — Сколько мы не виделись, больше года?
— С моего дня рождения, — Сабина слегка отстранилась, чтобы показать на меня. — Мой кузен Марко, о котором я говорила. Будущий врач.
— Рада знакомству, — Диана кивнула. — Проходите, не стойте на улице.
Она обвела улицу взглядом и, как мне показалось, поспешила быстрее нас впустить и закрыть дверь.
— Проходите в гостиную на втором этаже. Я уже распорядилась насчёт кофе.
— Скажите, Диана, даже в центре города сейчас неспокойно из-за мигрантов? — спросил я, помогая Сабине снять куртку.
 
— За последние три месяца их стало очень много, — кивнула она с таким видом, словно это самая настоящая проблема. — Магазин по соседству разгромили ночью. Рене, мой сосед, говорит, что двух человек убили на общем участке нашего заднего двора. Фредерик обещал со всем разобраться, в крайнем случае прислать кого-то для охраны.
Для чаепития хозяйка накрыла стол на втором этаже, расставив самые разные пирожные на блюдцах. На отдельном столике в углу жужжала необычная кофеварка. Разговор девушек почти сразу переключился на моду и обсуждение какого-то связанного с этим мероприятия, проходящего в Риме как раз в эти дни. Я выпил чашечку кофе с пирожным, особо не прислушиваясь к разговору. Время от времени ловил на себе взгляды хозяйки дома. Она мило улыбалась и осторожно строила глазки.
— Может, останетесь на Новый год? — спросила Диана, когда разговор зашёл на тему приезда Сабины.
Диана не пыталась выведать, зачем дочка герцога приехала в Бельгию, но наводящие вопросы задавала. Сабина же стойко держала оборону, не говоря ничего лишнего. Со стороны действительно казалось, что это обычный разговор двух старых подружек, давно не видевших друг друга.
— Нам надо вернуться в Рим, — в голосе Сабины промелькнуло огорчение. — Князь не слишком удивился нашему внезапному визиту?
— Ну что ты, — Диана покачала головой, затем улыбнулась. — Фредерик обрадовался, когда узнал, что вы решили посетить бал. В этом году он готовит что-то грандиозное. Девушки только об этом и сплетничают последний месяц. Вы ведь у Беллини остановились? Как только будут готовы пригласительные, я сама отнесу их. Или подождите немного, курьер должен приехать где-то через час.
— У нас ещё были дела, — сказала Сабина. — Мы прогуляемся по городу и зайдём к тебе после полудня.
Диана огорчилась, но уговаривать не стала. На улице к этому времени совсем немного распогодилось. Стоило холодному сквозняку стихнуть, и сразу потеплело градусов на пять. Сабина уверенно выбрала направление вниз по улице, держа меня под руку и наслаждаясь прогулкой.
— Как вы умудрились познакомиться? — спросил я, имея в виду Диану.
— На дне рождения Софии Луизы. А уже потом папа рассказал о её секрете. Потом мы встречались в Риме на каком-то мероприятии, куда был приглашён сам де Мерод. Не всё, чем он занимается, законно. Папа говорил, что если нужно срочно связаться с князем, не привлекая много внимания, то лучше это сделать через его мнимую племянницу. Как видишь, работает.
— Странно это…
На моё замечание Сабина улыбнулась, показывая на вывеску салона красоты.
— В путеводителе сказано, что это одно из немногих заведений, где можно сделать причёску и маникюр.
— Доверять путеводителям — это как верить торговцу бытовой техники, что стучится в твою дверь?
— Ты прав, — она кивнула. — Но это особый путеводитель, который работает только с клубной картой. Мне нужно сделать причёску для бала, и это займёт какое-то время.
— До вечера я абсолютно свободен, поэтому подожду, не переживай.
— Может, тебе тоже подстричься? Или уложить волосы помадкой?
— Мне нравится быть лохматым.
В салоне красоты Сабина действительно продемонстрировала золотую карточку администратору, и вокруг сразу забегали, засуетились. Кто-то даже поспешил повесить табличку «закрыто» на двери салона, чтобы никто не мешал. Я переставил небольшое кресло к окошку и вооружился модным журналом, делая вид, что коротаю время. На самом деле, я внимательно разглядывал перекрёсток и прилегающую улицу, по которой прошла группа чернокожих. Пятеро парней лет двадцати и двое мужчин гораздо старше. Последние либо были слабенькими мастерами, либо неумело пытались прятать силу. Это уже вторая группа. С первой мы разминулись на предыдущем перекрёстке. Среди них тоже было два мастера и как минимум четверо экспертов.
Один из мастеров, проходящий недалеко от салона красоты, прятал лицо под низким капюшоном куртки и медицинской маской. Но я знал, что под ними скрываются особые татуировки, покрывающие всё тело. Таким образом разукрашивали себя мастера центральной части Африки, компенсирующие небольшую силу лютой злобой. Наша фирма чаще всего сталкивалась с жителями западной или восточной части Африки, а в центр материка мы заходили всего пару раз. Жителей Европы чернокожее население там крайне не любило, особенно Бельгию и их короля. Насколько я знаю, за последние двадцать лет население бывшей колонии Бельгии выросло больше чем в два раза, до ста с лишним миллионов человек. И те, кого я сейчас наблюдаю, выходили как раз оттуда.