Хозяйка бобового стебля (СИ)

Конечно, не мог, никак не мог сгорбленный худощавый старик зайти сюда случайно! Наверняка пришёл за золотом, которого у великана в избытке.
Значит, не зря он обидел мага, поймав его за шиворот и встряхнув над землёй. Великан на этой мысли усмехается — хах, забавно ведь, что действительно над землёй! Он свесил рыжего за самый край белой плотной пелены облаков, обвиняя того в воровстве.
Всё случилось неожиданно. Для них обоих. Но великан, в отличие от мага, находился на своей территории, и сориентироваться сумел быстрее. Да и магия на такого, как он, действует гораздо хуже, чем на обычных людей. И магу ничего не оставалось, как молить о пощаде.
— Я просто бедный странник, — скрипел его голос, пока он хватался за сильные и мускулистые руки великана, пытаясь удержаться над пропастью. — И не знал, что здесь кто-то живёт!
— Целый замок на облаках, — прогремел в ответ великан. — Всё такое красивое. Богатое! И, по твоему, без хозяина?!
— В любом случае, я ничего не взял!
— Или не успел взять… — угрожающе сузил великан свои маленькие, небесно-голубые глазки.
— Нет-нет, — принялся лепетать рыжий, — что вы! Разве же я похож на вора?
— На мошенника, на старого тёмного колдуна, на плута и обманщика, вот, на кого похож! — в очередной раз встряхнул он его, и потёртый тёмный плащ мага едва не разошёлся по швам.
Он вскрикнул и прекратил извиваться в воздухе. Лишь крепче вцепился в руку великана и попытался взглянуть в его грубое, будто вытесанное из камня, лицо.
— В любом случае, я не причинил тебе вреда, хозяин надземнего царства! А за беспокойство я обязательно отвечу!
Но продолжить спокойно великан ему не дал, едва не разжав пальцы.
— Ещё как ответишь! — согласился он.
— Нет-нет! — взвизгнул маг. — Стой! У меня есть предложение… Я заплачу тебе за беспокойство.
— Заплатишь? — ещё больше сощурился он, отчего глаза его практически исчезли с лица, превратившись в две узких щелки. — Но у меня всё есть, я самый богатый на свете.
— Да-да, конечно, — не стал он спорить, хотя во взгляде и промелькнула некая… гадливость. — Но нет жены! А дом без женщины всегда беден, — и он поспешил слегка сгладить сказанное: — Не в обиду сказано, прошу простить меня.
— Жены? — слегка опешил он в ту минуту и отступил от края.
Однако мага отпускать не торопился.
— Ага, — протянул рыжий тем временем. — Жены… Приведу тебе на днях такую красавицу и умницу с земли, что всё здесь засияет ещё ярче!
— О да, — горячо забилось его сердце и помутнело в глазах от наплыва мыслей и предвкушения. И великан указал пальцем куда-то вниз. — Разглядел я однажды там, среди леса, ведьму одну. Красивая, и голос у неё красив, и видно сразу, что умница.
Каким-то образом рыжий понял, о какой именно ведьме шла речь. И это ему явно пришлось не по нраву.
— Я, — он покашлял, прочищая горло, — не хочу тебя разозлить, но… Ведьму трогать нельзя.
— Это почему же? — присел он на землю, чтобы иметь возможность смотреть на мага, не поднимая его к своему лицу.
— Она… Занята она.
— Так прихлопнуть, — он отпустил его, чтобы оглушительно ударить в ладоши, от чего магу пришлось зажать себе уши, — гадёныша, и дело с концом! Или как там говорят… Не странно ли, что у конца есть дело? Хотя, стой, — протянул он, направляя вдаль задумчивый взгляд, — кажется я понял… У каждого дела есть свои концы. Всё верно.
Маг смотрел на него, в недоумении склонив голову набок и морщась.
— Ага… Но нет. В смысле, тогда я не смогу привести тебе жену.
— А?
— Если ты прихлопнешь меня, — подсказал он.
Великан всё равно не понял. Но раз рыжий сказал, что в таком случае не сможет, он мог бы отказаться от ведьмы.
Впрочем, стоит ли оно того? Не лучше ли тогда и правду прихлопнуть наглеца? И получить удовольствие, забаву здесь и сейчас.
Маг словно прочёл его мысли, апотому отступил в сторону.
— Жену приведу лучше ведьмы! А хочешь, даже ведьму найду? Только другую. Посмотрим, как выйдет. Приведу, слово даю!
— Ведьму хочу! — воскликнул великан. — И не хуже той, — снова ткнул он куда-то вниз. — А не приведёшь если в ближайшее время, так и знай, я сам способ найду спуститься за тобой, отыщу тебя, и… — понизил он голос, с улыбкой произнеся, смагуя это слово: — съем.
 
И вот прошло столько дней, а ест великан рис с куриным мясом. Негусто. И жены нет. И в доме тихо.
А он, гора мышц, три метра ростом, ясноглазый, загорелый под лучами солнца, что и сейчас ласкают его льняные, заплетённые во множество мелких колосков волосы, одинок. По-прежнему одинок.
Доест свой рис, и всё-таки, видимо, придётся и правда рисковать сорваться вниз и как-то спускаться на землю.
Но от размышлений этих отвлекает великана чьё-то… тявканье?
Он с грохотом откладывает от себя ложку, что размером с лопату, какими людишки вскапывают грядки и рывком поднимается из-за стола.
— Животное, — удивляется великан, и губы его растягиваются в кривоватой, жуткой улыбке. — Животное наземное здесь! Поймаю! Я тебя поймаю! — выбегает он из веранды, где находился, на широкое крыльцо. — Наконец-то развлекусь. Наконец-то!
Глава 36. Жена 
— О, нет, нет, нет, — шепчет Женя вслед удаляющемуся Джеку. В конце концов лис становится лишь чёртовой чёрной точкой. — Так и знала, что не нужно было тебя брать с собой!
Хочется разреветься от досады. Ведь она ужасно устала и в какой-то момент даже едва ли не потеряла сознание от высоты. Проголодалась, продрогла, перенапряглась, переволновалась. Пере-пере-пере-что-угодно, а тут ещё и мало того, что вправду какая-то страна великанов, так ещё и бедный Джек совсем спятил.
А что если всё, время вышло, его нельзя будет обратить назад в человека?
Впрочем, если он сейчас пропадёт, в любом случае колдовать не над кем будет!
И плакать времени нет!
Женя смело ступает на облачную землю, но тут же вскрикивает и едва не валится вниз — настолько ощущения необычные, настолько всё кажется ненадёжным…
Это Джек-то маленький, не упал, а она весит килограмм шестьдесят, наверное…
— Но великан, — Женя сглатывает и хмурится, — скорее всего ещё больше.
Так что не стоит переживать. Не стоит и выбора нет. Ведь не стоять же столбом. Женя обнаруживает в сумке целых два ножа, хватает их в обе руки и бежит со всех ног, словно ассасин.
С ма-а-аленькими такими клинками.
За огромными деревьями, налитыми плодами виднеется огромный дом. Больше похожий на замок, но всё же дом. Просто очень большой. С соответствующими окнами и дверными проёмами.
Джека нигде нет… неужели он умудрился в первые же минуты оказаться в логове великана?
— Чёрт, чёрт, чёрт… Ну ты у меня получишь! — топнув ногой и тут же испугавшись, что это приведёт к дыре в «земле», Женя проходит через огромную каменную арку.
Джек тем временем повисает в руке великана безвольной тёмной тряпочкой. Он краем глаза, через окно, в которое Женя может заметить его, глядит на неё безучастным взглядом. Неосознанным взглядом. Взглядом затравленного зверя. И как-то лениво скалится великану, прижимая к голове уши так плотно, что начинает казаться, будто их и вовсе нет.
Они в просторном зале, или скорее на террасе, что находится между коридоров и высоких окон, часть из которых витражные.
На первый взгляд, сидит великан под открытым небом. Но то лишь иллюзия, просто стеклянный, куполообразный потолок очень чистый и солнечные лучи проходят сквозь, не задевая ни одной пылинки или пятнышка. Янтарный пол тоже блестит от чистоты, и свет будто плавит его.
Великан сидит в позе лотоса и на вытянутой руке рассматривает свою добычу, готовясь то ли сожрать Джека сразу, то ли, всё-таки, закрыть его в плетёной корзине-бочке, что стоит рядом.
Женя решает, что трусить, как и плакать, времени нет тоже. Джек столько раз уже кидался при первой же возможности прикрыть её, несмотря на то, что именно она его заколдовала и втянула в опасные приключения.