Вздох

– Лиза, – серьёзно произнёс я, взглянув на неё. – Я рад, что мы друзья, а не враги. С такой милой и умной барышней, как ты, однозначно стоит дружить.
От чистого сердца, между прочим, сказал.
– Приму за комплимент, – улыбнулась она. – Так что ты собираешься делать?
– Побью противника его же оружием, – заявил я и, пройдя к раздаче, поставил на поднос суп и компот, а затем отправился прямиком к месту ссоры.
Невольные свидетели обратили на меня внимание и стали расходиться, сообразив, что является конечной точкой моего маршрута. К блондину я подходил со спины, оставшись незамеченным, и неосторожным, но тщательно рассчитанным мной движением край подноса задел его локоть, и суп с компотом пролились на обидчика, заставив его отшатнуться. И никаких способностей применять не нужно, банальная ловкость.
– Эй, что за… Ты! Ты ещё кто такой! – возмущённо вскричал блондин.
– Ой, прошу прощения за неловкость. Меня зовут Леонид Кошкин, я сын боярина Виктора Геннадьевича Кошкина. Право, мне так неудобно, – широко улыбнулся я ему. – Я направлялся к своему другу Сергею, желая пригласить его разделить со мной трапезу, и совершенно вас не заметил. А вы… мм… Кто вы? – прищёлкнул я пальцами и наморщил лоб в попытке вспомнить.
Неприлично, совершенно неприлично. Преподаватель по этикету меня за такое выпорол бы даже сейчас, будь он свидетелем случившегося безобразия, хотя он же и показывал мне, как ставить на место распоясавшегося собеседника. Так что, думаю, сначала выпорол бы, а потом похвалил. Тут же стоит понимать контекст, а он после моей выходки всем свидетелям будет ясен как божий день.
– Я… – пустил он петуха. – Ваша светлость, меня зовут баронет Рикардо Поленский.
А вот взгляд злой-презлой. Понял, гад, чей камень за пазухой толще и чей суп нажористее.
– Полноте вам, сударь, какое в стенах лицея сословное почитание. Да, конечно, не стоит забывать, кто мы есть, но и только по этой причине отказывать себе в удовольствии от общения с интересными людьми, право же, не стоит. Попасть в Царскосельский лицей – дело непростое, будь ты хоть боярин, хоть граф, хоть князь. И тем удивительнее простые люди, способные преодолеть такую разницу. Вы знаете, что лицей принимает людей любого сословия, буде они того достойны, а вот выпускает только благородных. Так задумайтесь: почему? Неужто вы думаете, что всех мещан, крестьян и разночинцев отчисляют? Боюсь, мой отец был бы категорически против такой растраты. Умные люди как алмаз: неважно, где ты его найдёшь, после огранки сиять он будет ярче прочих камней.
С каждой фразой Рикардо всё больше темнел лицом, а под конец вдруг побледнел и склонился в поклоне.
– Прошу простить! – пробормотал он и ретировался.
– Сергей, – развернулся я к одногруппнику, – добрый вечер. Как вы, наверное, слышали, я хотел пригласить вас поужинать с нами.
– С вами? – заторможенно отозвался одногруппник.
Внезапно захотелось пощелкать у него перед лицом пальцами, проверяя реакцию. Ну чего ты тормозишь, все же смотрят.
– Да, с Лео и со мной. Ты же не против? – пришла на помощь возникшая рядом Лиза.
– Ваше сиятельство, я… – замялся он, не зная, что сказать.
– Постой, никаких титулов. Я зря, что ли, тут распинался? Давай возьмём что-нибудь и присядем.
– Ну ты, конечно, выдал… Это было жестоко, – заявила Лиза, когда мы уселись.
– Не напоминай, сам такое не люблю. Но иногда (подчёркиваю!), – я даже поднял палец, показывая насколько, – иногда это необходимо. – А потом обратился к парню: – Предлагаю сразу перейти на «ты». Не против?
– Да всё нормально…
Чего-то он какой-то снулый.
– Ты же читал правила? Тут чины мало что значат. Чего не осадил негодяя? – спросил я парня, неловко мнущего салфетку.
– Не привык я к такому. Если честно, у нас в детдоме, если что кому не нравилось, ребята на кулачках разбирались. Я, правда, и там не блистал, но хотя бы понятно, что к чему. А тут как? Что отвечать? А вдруг нанесу смертельную обиду? Я этого всего не знаю, – через силу признался он. – Зря я, наверно, сюда поступил.
 
– Ну, зря или не зря, покажет время. А ты действительно сюда из детдома поступил? – заинтересовалась Лиза. – Прости, если лишнее спрашиваю…
– Ничего страшного. Я из рязанского детдома. Наши в соседнюю школу ходят, ну и я, соответственно, ходил. Вот только где остальным обычная учёба, мне – лишняя морока. Я с детства самолётами увлекался, книги читал, модели собирал и, чтобы не отвлекаться на школу, решил сдать все экзамены досрочно. Раз сдал, два сдал, а потом понял, что это не совсем то, что я представлял. Вместо того чтобы дать мне время, меня отправляют в класс старше, и так будет, пока я не окончу школу. Но пусть даже так, надо просто постараться чуть больше. За три года я сдал всю школьную программу и продолжил заниматься моделями самолётов, как раз перешёл на летающие модели, благо физику я уже знал достаточно.
А тут директор мне сказала, что моими успехами заинтересовалось её начальство. И меня отправили на экзамен, где никого, кроме меня, не было, и в конце концов отправили сюда. А тут всё сразу сдать нельзя. Да и программа куда как серьёзнее, хочешь не хочешь, а придётся идти в ногу со всеми все три года. Правда, стипендию хорошую дали. Но куда её тут тратить, кроме как на еду? Я заказал было себе пару сборных моделей, но пока даже не приступал. Так что ни свободы, ни хотя бы свободного времени, да и вот, сами видели, задирать начали. Не то чтобы я жаловался, но обидно.
– И тем не менее ты жалуешься, – заключила Лиза. – Я не в обиду тебе, просто ты не совсем понял, куда попал, и малость потерялся. Но в этом нет ничего страшного, ты ведь можешь всё изменить. Знаешь, а подойди к нашему куратору и расскажи о своей проблеме; уверена, она сможет тебе помочь. Так и скажи: староста тебе посоветовала обратиться к ней за помощью. Пусть не сразу, но это тебе точно поможет. Тут всё зависит от тебя, но если ты действительно пробежал школьный курс за три года, то и тут должен преуспеть. Того блондина за такое поведение вряд ли накажут, тут из наказаний по большому счёту только отчисление, но, помня о будущем, которое тебе уготовано, ты хотя бы научишься вести себя достойно и не теряться в таких ситуациях.
– Вы что-то знаете о моём будущем? – с надеждой спросил Сергей.
– Не то чтобы конкретно о твоём. Лео же сказал, что отсюда не выходят простыми людьми. И раз тобой заинтересовались, позволили пройти экзамен, назначили стипендию и выделили грант, то это о чём-то да говорит. Верно? – улыбнулась она Сергею.
– Ты, если что, не тушуйся, нам с тобой ещё учиться и учиться, так что не стесняйся спрашивать совета. А мой первый совет тебе будет таким: сходи к портному и ушей форму по размеру. Поверь, косых взглядов сразу станет меньше, – вставил и я своё слово.
– Большое спасибо, ваше сият… простите, Леонид. И вам, Елизавета. И если вам потребуется моя помощь, буду только рад, – разом приободрился парень.
Ну вот, так гораздо лучше. Последнее дело – падать духом, когда выход буквально под рукой.
Оставшийся вечер я размышлял в комнате о случившемся с Мелиссой и иногда возвращался мыслями к Лизе. Зачем она меня так рассматривала? Может, что-то случилось снаружи, пока я был занят во внутреннем мире? Или всё проще? Девушка она приятная, да и лицей является отличным местом для заключения брачного союза; собственно, девушкам, не ставшим наследницами, он должен быть интересен в этом плане даже больше, чем для наработки связей или как непосредственно место учёбы. Но этот внимательный, я бы даже сказал, пристальный взгляд – это не похоже на романтический интерес.
И рогатая. Пора ей заняться более плотно. Мелькнула мысль о наёмниках. Вообще, с учётом того, сколько я им плачу, давно пора быть не просто клиентом, пусть и с приставкой «ВИП». И если не главой, то главным акционером. Может, действительно, так и сделать? Перекуплю их, и это как минимум решит вопрос с вложением свободных средств. А уж куда приложить силы небольшой, но гордой армии, думаю, найдётся.