Испорченная безумием (ЛП)

— Что говорит обо мне факт, что я влюбилась в монстра?
Я обхватил ладонями ее щеки и поцеловал.
— Если бы ты знала, как я без ума от тебя, ты бы сбежала, Рори.
— Думаю, я знаю. Ты убил человека за то, что он флиртовал со мной.
— И я сделаю это снова. У тебя мое гребаное сердце, а к такому дерьмовому подарку прилагается большой багаж.
Аврора рассмеялась. Я снова поцеловал ее.
— Знаешь, что самое худшее в том, чтобы любить тебя?
Она покачала головой, широко раскрыв глаза в ожидании.
— Впервые в жизни я боюсь смерти, потому что это означает, что я потеряю тебя.
— Тогда тебе лучше постараться не погибнуть в одном из своих безумных приключений.
ГЛАВА 45
Аврора
— Как она? — спросила я Диего, следуя за ним наверх, в комнату Карлотты. Я не верила ее утверждениям, что с ней все в порядке.
— Ее сердце дает нам повод для беспокойства. Вероятно, ей нужна еще одна пересадка.
Я медленно кивнула. Я боялась, что это так. Возможно, рассказывать ей о нас с Невио было не лучшей идеей, но она была моей лучшей подругой, и я хотела, чтобы она знала.
Я постучала в ее дверь и вошла внутрь. Она сидела за своим столом, вероятно, готовясь к занятиям в колледже. Она выглядела бледной, даже ее обычно розовые губы были бледными, как будто с них смыли краску.
Я подошла к ней.
— Как ты себя чувствуешь? — спросила я.
Она бросила на Диего хмурый взгляд.
— Надеюсь, он не преувеличил. Я в порядке. — Она повернулась ко мне с тем же хмурым видом. — Не смотри так взволнованно.
Я попыталась расслабить мышцы лица, но это было трудно. Когда Диего закрыл дверь, я сказала:
— Я пришла сюда, чтобы сказать тебе кое-что, но сейчас я не уверена, что должна.
Она пихнула меня ногой.
— Прекрати. — Она вгляделась в мое лицо. — Ты и Невио, верно?
Я кивнула.
— Мы встречаемся. Я знаю, что он тебе не нравится…
Карлотта вскочила на ноги и положила руки мне на плечи.
— Мне не нравится, как он с тобой обращался.
— Он изменился, Лотта. Он действительно показал мне, что хочет быть со мной.
— Если он и дальше будет относиться к тебе так, как ты того заслуживаешь, то я не против.
Я улыбнулась и обняла ее.
— Теперь я просто должна сказать своим родителям…
Карлотта усмехнулась.
— Удачи. Твой отец — самый крепкий орешек, который можно расколоть.
— Нет, это была ты.
Мы обе рассмеялись.
* * *
— Могу я с вами поговорить? — спросила я, входя на кухню с Баттистой на бедре, где мама, папа и Давиде ждали меня завтракать. Прошло две недели с тех пор, как Невио признался мне в своих чувствах, и с тех пор он пробирался в мою спальню почти каждую ночь. Никто ничего не знал. Они думали, что мы с Баттистой проводим время с ним только днем.
Давиде откинулся назад, скрестив руки на груди. Впервые я поняла, насколько он вырос и насколько он был похож на папу. Если бы только он не был такой занозой в моей заднице.
— Это будет весело. Она выглядит чертовски виноватой.
— Язык, — предупредила мама, забирая у меня Баттисту и сажая его на высокий стульчик. Я опустилась рядом с ним. Я хотела одобрения мамы и папы, но сомневалась, что получу его, особенно от папы.
Папа отхлебнул кофе и приподнял светлую бровь.
— Да?
Мама ободряюще улыбнулась мне. Возможно, мне следовало начать с нее и рассказать о своих отношениях с Невио.
— Кофе? — спросила мама, поднимая термос.
Я коротко кивнула.
— Ты знаешь, что я люблю тебя, и я все еще чувствую вину за то, что действовала за твоей спиной…
— Значит, ты снова решила действовать за нашими спинами? — спросил папа, прищурившись.
Я уставилась на него.
— Нет! Я имею в виду… На самом деле я не действовала за вашими спинами. — Знали ли они о ночных визитах Невио? Я не могла представить, что папа был бы так спокоен, если бы это было так.
— Мы с твоим отцом знаем, что ты встречаешься с Невио, — сказала мама.
Папа поморщился.
— Мой худший кошмар стал явью.
Давиде рассмеялся, явно обрадованный.
— Как? — спросила я.
— Давиде видел, как ты целовалась с Невио в саду несколько дней назад.
 
Я сердито посмотрела на брата.
— И тебе не оставалось ничего другого, как донести на меня?
— Я мог бы надрать задницу Невио за то, что он прикасался к тебе, но он мне нравится. И сначала я пошел к маме. Если бы я хотел причинить тебе неприятности, я бы пошел к папе. Тогда мама не смогла бы держать его в узде.
Папа нахмурился.
— Твоя мама не держит меня в узде.
Мы с Давиде переглянулись, потому что она определенно так и делает. Мама откашлялась, пытаясь скрыть улыбку.
— Мы знаем, что ты встречаешься с Невио, но нам бы хотелось, чтобы на этот раз ты сказала нам об этом сразу.
— Сначала нам с Невио нужно было во всем разобраться, — сказала я. — Ты не будешь возражать? Мне действительно нужна твоя поддержка.
— Мы всегда тебя поддерживаем, — сказала мама.
Я взглянула на папу. Он был единственным, о ком я действительно беспокоилась.
Он кивнул и взял меня за руку.
— Я всегда буду поддерживать тебя, даже если я не совсем доволен твоим решением.
— Но тебе ведь нравится Невио, верно?
— До того, как он начал что-то с тобой, он мне нравился больше.
Я рассмеялась.
— Он действительно очень старался сделать меня счастливой с тех пор, как вернулся из Италии.
— Я буду впечатлен, если он продолжит в том же духе через год. Я очень надеюсь, что он серьезно относится к тебе.
Я улыбнулась.
— Так и есть. Он попросил меня жить вместе, чтобы мы могли стать семьей для Баттисты.
Мама и папа посмотрели друг на друга с явным удивлением.
— Ты съезжаешь? — спросила мама. — Обратно в квартиру?
Я покачала головой.
— Мы с Невио решили, что лучше всего будет жить с нашими семьями. Мы оба молоды и нуждаемся во всей возможной помощи Баттисте, и мы хотим, чтобы он испытал такую же большую семейную поддержку и безумие, какие были у нас.
Невио
Я отправился на поиски своих родителей и обнаружил их обоих в комнате Джулио, делающих с ним домашнее задание. Если они оба объединили усилия, то у Джулио серьезные неприятности. Никто не смог бы сыграть хорошего/плохого полицейского лучше, чем мама и папа. Когда дело доходило до школьных занятий, мама обычно была плохим полицейским. Папа, вероятно, не понял ценности математического анализа, когда Джулио стал членом мафии.
Они подняли головы, когда я вошел. Лицо Джулио озарилось облегчением.
— Мне нужно с вами поговорить, — сказал я. Я уже рассказал Грете о своих отношениях с Авророй, и она была рада за меня. Она, вероятно, подумала, что это судьба. С тех пор как она узнала Амо, вера в судьбу была самой раздражающей чертой ее характера. Хотя часть меня должна была признать, что Аврора чувствовала себя моей избранницей. Черт.
Джулио вскочил со своего рабочего кресла.
— Я оставлю вас наедине.
Папа схватил его за плечо и толкнул обратно.
— Оставайся на месте. Еще одно отстранение, и у нас не останется другого выбора, кроме как обучать тебя на дому, и поверь мне, когда я говорю, что никто в этом доме этого не хочет.
Джулио надулся, но больше не протестовал. Мама и папа вышли за мной из его комнаты и закрыли дверь.
Как только мы оказались в коридоре, я сказал:
— Я встречаюсь с Авророй и хочу, чтобы все знали.
— Это замечательно, — воскликнула мама, обнимая меня так, словно я получил Нобелевскую премию. Рори стоила намного больше, чем шведский трофей.
Папа хлопнул меня по плечу с суровым выражением лица.
— Не облажайся. Найти хорошую женщину — все равно что выиграть в лотерею, особенно для таких мужчин, как мы.
— Я знаю, папа, не волнуйся. Именно поэтому я хочу показать Авроре, что вложился на 100 процентов. Мы решили съехаться.
— Куда? — спросила мама. Вероятно, она боялась потерять внука и сына одновременно.