Испорченная безумием (ЛП)

Его брови нахмурились, челюсть сжалась в жесткую линию.
— Я просто восхищаюсь идеальными чертами ее лица. Природа редко использует идеальные геометрические узоры, чтобы создать что-то настолько приятное глазу.
Я мог бы признать, что Карлотта была хорошенькой, но Аврора была в своей собственной лиге. Там, где Карлотта была милой, Аврора была потрясающей в незабываемом смысле.
— Неважно. Ты не можешь трахнуть ее до свадьбы, и тебе придется венчаться в церкви, если ты хочешь проколоть ее девственную плеву, так что лучше найди кого-нибудь другого с хорошими геометрическими узорами.
— В большинстве случаев проколоть девственную плеву невозможно…
Он оборвал себя, увидев выражение моего лица.
— Нелогично откладывать секс до брака.
— Ты не обязан мне говорить. — Я ничего так не хотел, как переспать с Авророй, но часть меня задавалась вопросом, не делаю ли я все хуже. Я не мог встречаться с Авророй. Это обязательство приходить ежедневно уже ощущалось как нахождение на поводке. Каморра и моя семья уже ограничили мою свободу. Я не был уверен, что мой взбешенный мозг выдержит большего.
Аврора
За пять дней, последовавших за неожиданным визитом Массимо и Алессио, я быстро поняла, что мало что изменилось. Мне удалось избежать встречи с Невио наедине в тот единственный раз, когда он пришел помочь с Баттистой. Хотя на самом деле его помощь заключалась только в том, что он покупал все необходимое Баттисте и приносил еду на вынос.
Когда на третий день меня пригласили к Фальконе на ужин с моей семьей, я подумывала рассказать им, но просто не могла заставить себя нарушить доверие Невио, что даже не имело смысла, учитывая, сколько суматохи он внес в мою жизнь после нашей ночи на вечеринке.
И у папы, и у Невио все еще были синяки. Алессио намекнул, что их тренировочный бой был чересчур увлеченным. Но папа больше не расспрашивал меня о Невио. Только мама еще раз подчеркнула, что я могу поговорить с ней обо всем, и это заставило меня чувствовать себя еще более ужасно из-за того, что я лгала им.
Во время ужина я демонстративно игнорировала Невио, хотя он несколько раз пытался поймать мой взгляд. Я едва могла перестать краснеть от стыда, когда думала о том, что мы натворили, и взгляд на него только ухудшил бы мою реакцию. Мне не нужно было давать папе еще один повод для подозрений.
Я хотела бы, чтобы мое тело не горело от желания всякий раз, когда я думала о том, как Невио заявлял на меня права рукояткой своего ножа. Даже просто мысль об этом снова заставила мои бедра напрячься, а внутренности сжаться.
Когда Киара и Серафина встали, чтобы помыть посуду и отнести ее на кухню, я сделала то же самое. Я была рада отвлечься, помогая им.
Я загрузила посудомоечную машину, пока Киара наполняла раковину горячей водой, чтобы вымыть сковородки.
— Я люблю своего сына, но я знаю, что с ним трудно, и это еще мягко сказано, — внезапно сказала Серафина из-за моей спины, отчего у меня чуть не случился сердечный приступ.
Я выпрямилась с натянутой улыбкой.
— Я знаю его всю свою жизнь. Я знаю, кто он. — И все же я должна была признать, что частично мое прежнее представление о Невио было основано на страстном увлечении. В отличие от моих фантазий, Невио чудесным образом не превратился в заботливого и любящего парня. Он стал настойчивым, одержимым охотником, более соответствующим его характеру.
Киара вытерла руки и подошла к Серафине, они обе одарили меня понимающими улыбками.
— Мы это знаем. Мы просто хотим убедиться, что ты знаешь, что мы не будем осуждать тебя, если захочешь немного отдалиться от Невио.
Я тяжело сглотнула, задаваясь вопросом, знают ли они, что произошло. Серафина тронула меня за плечо. Я кивнула.
— Я в порядке, правда. — Я снова сосредоточилась на тарелках. Они, вероятно, не судили бы меня так доброжелательно, если бы узнали, что я помогала Невио скрывать от них его ребенка неделями или, возможно, месяцами.
После этого разговора я была рада, когда мои родители, мой брат и я покинули особняк Фальконе. Мы пересекли территорию, так как между нашей землей и их не было забора, но я была слишком взволнована, чтобы зайти внутрь.
 
— Я бы хотела немного побыть снаружи, — сказала я.
Папа взглянул на часы.
— Уже поздно. Тебе следует остаться на ночь, а утром я отвезу тебя домой.
Я не могла так поступить с Карлоттой. Режим сна Баттисты по-прежнему был неустойчивым.
— Нет, я обещала Карлотте, что буду дома. Она все еще немного сомневается, стоит ли оставаться одной в квартире на ночь.
— Я мог бы позвонить Диего.
— Нет, пожалуйста, не надо. Он и так слишком заботлив. Карлотта убила бы меня. — Она определенно убила бы, потому что у нее не было проблем оставаться в квартире одной.
Мама улыбнулась мне.
— Я не против отвести тебя позже домой. Будь здесь столько, сколько тебе нужно.
Папа бросил на нее взгляд, ясно дававший понять, что он этого не допустит.
— Я не позволю тебе одной ездить по городу ночью.
— Все знают мою машину и меня саму. Я сильно сомневаюсь, что кто-то собирается доставлять мне неприятности.
— Все бывает в первый раз, — он повернулся ко мне. — Я отвезу тебя домой через час.
— Спасибо, папа, — сказала я с улыбкой и встала на цыпочки, чтобы поцеловать его в щеку.
— Вы с твоей мамой обвели меня вокруг пальца.
Давиде закатил глаза.
— Теперь мы можем зайти внутрь? Я приостановил игру на ужин и хочу закончить до полуночи.
— Тебе повезло, что я не конфисковал твой Свитч.
Папа и Давиде зашли в дом, споря о глупых играх, которые нравились моему брату, в то время как мама осталась со мной. Она коснулась моей щеки.
— Я действительно хочу, чтобы ты мне доверилась. Я вижу, тебя что-то беспокоит.
То, что сейчас беспокоило меня, определенно было не тем, о чем я когда-либо говорила с мамой.
— Прости, мам.
Она кивнула и тоже вошла в дом. Я направилась к бассейну и опустилась на один из шезлонгов, уставившись на светящуюся водную гладь. Я погрузилась в вихревые мысли о моих запутанных отношениях с Невио, о множестве лжи, которую мне приходилось вспоминать, и о моих растущих чувствах к маленькому мальчику, с которым я согласилась нянчиться.
Когда я в следующий раз посмотрела на часы, прошло сорок минут. Я поднялась со стула и направилась к дому моих родителей, когда позади меня сломалась ветка. Я знала, кто за мной следит. Наблюдал ли он за мной у бассейна? Я ускорила шаг, отчаянно желая попасть в дом до того, как он доберется до меня. Я сомневалась, что Невио последует за мной внутрь. Даже у него должно было быть чувство самосохранения, потому что мой отец убил бы его, если бы застал нас в компрометирующем положении. Когда я почти добралась до нашей террасы, пальцы сомкнулись на моем запястье, меня дернули назад и потащили прочь. Окружение на мгновение расплылось передо мной, затем я ударилась спиной о стену дома, и передо мной возник Невио.
ГЛАВА 30
Аврора
Прижавшись спиной к стене напротив тела Невио, я запрокинула голову, чтобы посмотреть ему в лицо. Мы находились в темной части дома. Свет проникал к нам только из-за угла, где освещал внутренний дворик и гостиную.
Лицо Невио казалось зловещим даже в извивающихся тенях.
— Ты избегаешь меня.
Он был прав. После инцидента с ножом, который все еще вызывал во мне такое же количество стыда и желания, я больше не могла находиться рядом с ним. Наши отношения развивались не в том направлении, которое я представляла в своих фантазиях, и я боялась, что на этом пути потеряю себя и то, чего действительно хотела.
— Мне нужно было время подумать. И я все еще думаю, — вырвалось у меня.
Невио наклонился, притягивая меня еще ближе. От него приятно пахло грехом и искушением. Мускус и свежесть. На нем не было рубашки, только тренировочные брюки с низкой посадкой. Он, должно быть, направлялся в спортзал, когда увидел меня на улице. Мои ночи были наполнены фантазиями о Невио, о том, что я хотела сделать с ним и хотела, чтобы он сделал со мной, обо всем, что я пыталась подавить в течение дня.