Испорченная безумием (ЛП)

Невио с довольной ухмылкой скрестил руки за головой.
— Разве ты не догадываешься?
— Ну, учитывая время нашего полета и пейзаж внизу, я бы предположила, что мы где-то в Европе, скорее всего, на севере.
— Отличная детективная работа, Шерлок.
Я подошла к нему и села к нему на колени.
— Мы должны оставаться пристегнутыми, — сказал он, подняв брови, но его руки схватили меня за бедра, когда я оседлала его бедра.
— Тогда тебе следует подумать о том, чтобы рассказать мне или рискнуть моим здоровьем.
— Мне нравится, когда ты сидишь у меня на коленях. Что за жизнь без небольшой опасности? — Он поцеловал меня, его пальцы запутались в моих волосах.
Я погрузилась в поцелуй, когда снова загорелся знак «пристегнуться». Невио со вздохом отодвинулся.
Я вернулась на свое место с выжидающим выражением лица.
— Хорошо. Лапландия.
Мои глаза расширились.
— Мы здесь, чтобы наблюдать северное сияние?
Из-за одержимости Невио сиянием я начала изучать его, и фотографии, которые я увидела, вызвали у меня желание испытать их в реальной жизни.
— Я подумал, что это был бы идеальный способ провести наш второй день Святого Валентина вдвоем.
— Так и есть!
* * *
Отель, который выбрал для нас Невио, находился в Северной Лапландии и состоял из маленьких круглых домиков со стеклянной крышей над кроватью. Во внутреннем дворике нашего коттеджа даже было джакузи. Все было покрыто снегом, отчего местность выглядела еще более волшебной. Я провела большую часть жизни в Лас-Вегасе, и местная температура была шоком для моего организма, но Невио купил для нас обоих зимние костюмы, готовясь к поездке.
— Признайся, тебе помогли с моей одеждой.
Невио даже не пытался отрицать это.
— Киара помогла мне.
Несмотря на смену часовых поясов и усталость, я упросила Невио прокатиться на собачьих упряжках по заснеженному ландшафту. В моих толстых слоях одежды я не смогла бы долго ходить по этому району, не упав, как фигура Мишлена.
Кинолог показал нам, как управлять санями, но собаки вокруг Невио нервничали, их вой и лай разносились высоко над кронами елей вокруг нас. Я понимала их слишком хорошо. Невио был силой природы, сам по себе хищник, тот, кто долгое время преследовал меня по ночам — кошмары и сны, одинаково наполненные страстью. Когда мы с Невио оба заняли места в санях, причем руки Невио обвились вокруг меня, пока мы держались за ручку. Невио издал сигнал, приказывающий собакам бежать. Я бы опрокинулась назад, если бы Невио не был у меня за спиной. Собаки мчались мимо деревьев, взметая снег, как будто за ними гнался дьявол.
Это было невероятно, и я не могла перестать смеяться от абсолютной радости.
* * *
Той ночью и в последующие мы с Невио наблюдали северное сияние из нашей постели, обнявшись, и это зрелище совсем не надоедало. Всякий раз, когда мне казалось, что я уже видела каждую цветовую гамму, природа снова удивляла меня. Ночное небо вспыхнуло светящимися волнами, бирюзовыми и бледно-голубыми, розовыми и огненно-оранжевыми. У меня перехватило дыхание, когда я с благоговением наблюдала, как темнота осветилась над нашими головами. Это было завораживающее зрелище, свидетелем которого я никогда не мечтала стать, но здесь я была с мужчиной, который не позволил мне убежать от него. Я почувствовала на себе пристальный взгляд Невио, как будто я была интереснее северного сияния.
Невио
Разноцветные огни северного сияния отражались в глазах Авроры, освещая ее волосы и благоговейное лицо.
— Ты должен следить за звездами, а не за мной! Ты можешь следить за мной все время! — Возмущенно воскликнула Аврора, не отрывая глаз от неба.
Я понимал ее. Было трудно отвести взгляд от чего-то столь прекрасного. Однако для меня небо было только на втором месте. Тем не менее, я, наконец, запрокинул голову, чтобы полюбоваться зрелищем природы. Аврора прижалась головой к моему плечу и выдавила легкую довольную улыбку.
Я наклонился к тумбочке и достал коробочку, которую носил с собой с тех пор, как мы покинули Лас-Вегас. Сейчас был идеальный момент подарить его Авроре.
 
В конце концов, она отвела взгляд от неба и лучезарно посмотрела на меня.
— Это просто невероятно. Я никогда не забуду этот момент. Спасибо, что привез меня сюда.
— Я должен был, — грубо сказал я. Брови Авроры сошлись на переносице. — Мне пришлось, потому что я хотел, чтобы ты поняла, что я чувствую, когда смотрю на тебя. Я хочу, чтобы ты поняла, что ты делаешь со мной. Это северное небо ничто по сравнению с темнотой внутри меня, но тебе все равно удается проливать на меня свой свет гораздо более впечатляющим образом, чем северное сияние.
— Невио, — прошептала Аврора, ее дыхание создавало небольшие облачка между нами.
Мои пальцы крепче сжали коробочку, и я поднял ее, чтобы Аврора могла ее увидеть.
Глаза Авроры опустились на мою руку и расширились, прежде чем снова недоверчиво уставиться мне в лицо.
— Невио?
Я выбрался из нашего теплого гнездышка и обошел кровать, затем опустился на колено со стороны Авроры и открыл коробку. В этот момент огни стали особенно яркими, как будто хотели соответствовать кольцу, которое я показал Авроре. Ювелирное изделие, на поиски которого я потратил много времени, пока все-таки не заказал ювелиру изготовить его для меня. Камень выглядел так, словно я поместил в нем северное сияние.
Аврора медленно села, ее губы сложились буквой «О», а в глазах заблестели слезы, которые только усиливали в них сияние северного неба. От нее у меня перехватило дыхание. Последние несколько дней, проведенных с ней здесь, я был чертовски доволен. Мне не нужны были острые ощущения от убийства, охоты, крови и пыток. С Авророй мои разрушительные порывы могли немного поостыть. Я знал, что они всегда будут рядом, и эти короткие передышки всегда будут просто короткими паузами в моей темной натуре, но это уже было больше, чем то, на что я считал себя способным.
Я взял ее за руку.
— Я говорил тебе раньше, но я знаю, что мне следует делать это чаще. Я люблю тебя. Светлая сторона меня, о существовании которой я никогда не знал, но также и самые темные, порочные уголки меня, любят тебя, Аврора, каждую гребаную частичку в тебе. Больше всего то, что ты продолжаешь ярко сиять, несмотря на темноту, которую я бросаю на тебя. Я не могу отпустить тебя. Я тебя не отпущу. Я хочу, чтобы ты была моей навсегда, потому что в моем сердце, в моей голове, даже в моей проклятой душе, если у меня есть что-то подобное, ты всегда будешь моей. Выходи за меня замуж.
Оставили ли мои слова Авроре выбор? Я не был уверен, что он у нее был. Я надеялся, что ей он не понадобится. Я надеялся, что она испытывала такое же болезненное желание провести свою жизнь со мной до самого последнего вздоха. Потому что ей лучше пережить меня. Я бы и мгновения не прожил без нее.
Аврора прикусила губу с мягкой улыбкой и кивнула.
— Конечно, я выйду за тебя замуж!
Прежде чем я успел подняться на ноги, Аврора соскользнула с кровати и упала мне на колени, обвив руками мою шею, прижавшись губами к моим губам. Она прильнула ко мне, когда я полностью опустился на теплую овчину, и прижал ее к себе, отвечая на ее поцелуй со всей любовью, которую я чувствовал.
Вскоре ее слезы намочили мое лицо, и я отстранился, чтобы вытереть их.
Идея о слезах счастья всегда была для меня загадкой. Черт, я даже не плакал слезами печали, насколько мог вспомнить, но, увидев очевидную радость Авроры, я наконец-то понял, что такое слезы счастья, даже если сам никогда не плакал.
— Полагаю, на этот раз ты не злишься на меня за то, что я заставил тебя плакать?
Аврора сдавленно рассмеялась.
— Нет!
Я взял ее за руку и надел кольцо ей на палец. Аврора покачала головой, как будто не могла в это поверить.
— Что изменило твое мнение о браке?
— Каждый день, проведенный с тобой. Может, брак и не является необходимостью, но многое в жизни таково. Я просто хотел назвать тебя своей женой. Все чертовски просто. И твое имя будет звучать сказочно. Аврора Фальконе.