Юрта красного ворона (СИ)

- Сдала! И профессор Асмундин сказал, что будет рекомендовать мою кандидатуру в Магистериум. Я смогу подать туда документы и держать экзамены. Представляешь? – и я крепко пожала руку другу.
- И тебя возьмут! Я уверен! Я уверен, что ты будешь первой женщиной закончивший его! – воскликнул друг.
- Ну, до поступления еще полгода. Нужно получить диплом об окончании Университета через четыре месяца и тогда уже думать о Магистериуме. А уж об окончании его я пока даже и не загадываю.
- У нас все получится! – и друг сжал в ответ мою ладонь.
- Я побегу – отняла я свою руку.
- Ты сейчас куда? – стал серьезным друг.
- В особняк «Юрта ворона». Викто́р обещал мне сюрприз в честь удачной сдачи последнего экзамена – и я немного смутилась.
Мы старались не обсуждать с Френсисом мои отношения, но все же иногда проскальзывало.
- Он так же как и я в тебе не сомневается. Викто́р уже сделал предложение? – спокойно отреагировал друг.
- Нет. Мы пока не говорили на эту тему – отвела я взгляд.
- Зря он тянет с этим. Тебя и увести могут – хмыкнул Френсис.
- От Викто́ра? – и я заливисто расхохоталась, потому что представить себе такого не могла.
Викто́р Марк Гальвангар был высок, красив, силен. В нем было столько чисто мужского обаяния и харизмы, что женщины вздыхали и оборачивались когда он просто выходил из машины. Викто́р был легистом или по новому юристом - так иногда сейчас начинали говорить. У него были все задатки через несколько лет стать Высшим Легистом и возглавить департамент. Викто́р был умен, образован, а его широкий кругозор поражал и восхищал. С ним можно было говорить на совершенно разные темы. Начиная от древних кочевников и заканчивая последними новостями из Магистериума.
Мы познакомились на очередном приеме, куда пригласили всю семью Вантервиль, и мамочка настоятельно велела мне там быть. Я скучала и злилась, потому что находила совершенно утомительными пустые разговоры и бесполезные сплетни, которыми тут любили обмениваться дамы моего круга.
У меня экзамены в Университете. Мне учиться нужно, первый курс это вам не шутки. И вылететь я могла легко и непринужденно. В Университете не посмотрели бы на древность моего рода и знатность фамилии. Их не интересовал вес фамилии Вантервиль в обществе. Там ценились знания и отчисляли с первого курса легко и непринужденно. Так легко как развивается газовый шарфик, прикрепленный к новомодной женской шляпке под названием цилиндр. Мужчины кстати тоже носили цилиндры, только вот в отличие от дам не украшали его шарфиками, цветами и полудрагоценными камнями. Мужские цилиндры были черными и нравились мне гораздо больше женских. Только вот мамочка не за что бы не дала мне такой примерить. А потому я ограничивалась шляпками, отказываясь из упрямства от последнего новшества женской моды.
И вот я спряталась за огромной кадкой с пальмой, и, подобрав юбки, присела на довольно тонкую диванную подушку, которую незаметно стащила в гостиной. Я достала из крохотной сумочки учебник по Химии. Только он и влез в эту с позволения сказать «сумочку». У меня кошельки были большего размера. Но маман настояла именно на ней. Я вздохнула и с удовольствием погрузилась в мир формул и цифр.
- Милая сьера, а что вы тут делаете? – раздалось над моей головой.
Сначала я увидела блестящие черные ботинки, в которых можно было увидеть мое собственное отражение. Потом шли полы дорого темно синего плаща. А уже потом, я увидела руки в белых перчатках держащий шедевр шляпного искусства – черный цилиндр из бобрового фетра.
Дальше я смотреть не стала. Аккуратно пальчиками дотронулась до краев цилиндра и завороженно спросила.
- Можно я померю?
Надо мной раздался немного хрипловатый смех, и я подняла глаза на лицо мужчины. И почти мгновенно залипла. Он был красив, но при этом не той утонченной юношеской красотой, которой так восхищались мои подружки. Нет. Суровые классические черты лица, мужественный подбородок, широкий лоб и ясные голубые глаза. Я хотела что-то сказать, но он, отсмеявшись, подал мне руку помогая подняться с пола.
 
- Сьера, никогда еще восхищения не вызывал мой головной убор. Сначала все дамы восторгаются мной, а уже потом…хм… всем остальным – и он мне улыбнулся.
А вот я от его улыбки пропала, и вынырнула из этого водоворота чувств, только когда он взял из моих безвольных плацев томик по «Химии».
- Сьера увлекается науками? Необычно для девушки нашего круга.
- Я учусь на первом курсе в Магическом Университете. Это учебник – ответила я.
Как при этом мне удавалось сохранять спокойствие рядом с ним мне до сих пор не известно. Наверное просто ступор или столбняк вдруг напал не с того не с сего.
- У сьеры еще и магический потенциал высок? – приподнял он брови, возвращая мне учебник.
- А разве других берут учиться в Университет? – отмерла я.
Он снова мне улыбнулся и, протянув драгоценный цилиндр, белые перчатки и плащ слуге, маячившему у него за спиной, сказал:
- Разрешите представиться, юная сьера. Викто́р Марк Гальвангар.
- Конкордия Зирелла Вантервиль – ответила я, протягивая ему руку для поцелуя.
- Ваш отец профессор математики Винсент Вантервиль? – приподнял брови он.
Я кивнула.
- Ну что ж, это многое объясняет сьера Вантервиль. Вы разрешите составить вам компанию на сегодняшний вечер?
- Буду очень рада – с трепетом согласилась я.
Вечер прошел просто волшебно. Я никогда так много не улыбалась, не танцевала и не общалась. Оказывается, на подобных приемах бывают не только кумушки, думающие только о новых платьях, цвете волос жены канцлера и последних сплетнях. На них ходят умные и интересные люди. И рядом с Виктором они были. Уходила я с приема в приподнятом настроении, и даже брюзжание матушки меня не расстраивало.
А на следующее утро мне доставили с посыльным большую шляпную коробку, в которой лежал мужской черный цилиндр, который я наотрез отказалась отправлять обратно адресату. С цилиндром шла коротенькая записка, приглашающая меня на ужин сегодня вечером в один самых лучших ресторанов города.
Я вышла из машины и осторожно поправила свой новый головной убор. Цилиндров в этом дорогом ресторане на девушках еще не видели. Ну что ж, я буду первой.
Я прошествовала внутрь, и как выяснилось, Виктор ждал меня у входа, а не за столиком.
- Хотел убедиться, что вы и в самом деле придете в нем – с улыбкой сказал он, целуя мою руку.
- А вы знаете, что при изготовлении цилиндров используют ртуть?
- Химия? – приподнял он брови, принимая у меня мой головной убор и плащ, а затем передавая их слуге.
- И если вовремя не принять меры, то шляпник получит отравление. А отравление ртутью это в том числе и галлюцинации.
- Да. Именно из–за цилиндров мы получили прекрасного «Безумного шляпника» - расхохотался он.
Мы смеялись и болтали весь вечер. Нам было очень хорошо вдвоем, и разговор не прекращался ни на минуту. Не было ни неловких пауз, ни натянутых улыбок. Мы наслаждались друг другом. И я была по-настоящему счастлива в тот вечер.
И я влюбилась. Влюбилась сильно, сумасшедше, страстно и безудержно. Маман падала в обморок, пыталась воззвать к моему разуму, но отец снял очки, и внимательно посмотрев на меня просто кивнул.
- Дочь, только учебу не бросай – вот и всё что он сказал на причитания мамы.
Бросить учебу? Да я была лучшей студенткой на нашем курсе!
Виктор брал меня с собой на все приемы и собрания, что посещал. В театре мы появлялись вместе. Вместе посещали все выставки, премьеры, вернисажи и крупные культурные события. Все привыкли, что рядом с молодым и очень перспективным магом и легистом Виктором Гальвангар всегда можно увидеть дочь Вантервилей. И вскоре все в свете воспринимали нас как пару. Сплетницы перемывали нам косточки и с каждым разом слухи только множились. У нас уже была и тайная помолвка и даже секретная свадьба. Только вот в реальности Виктор предложения мне не делал. Мы с ним не опровергали, но и не поддерживали эти слухи. Для всех я была его невестой. И только нескольким близким ко мне друзьям и родным была известна правда.