Чекисты Рассказывают...

Криминалист посветил фонариком, и я увидел разрытую землю, развороченные обломки бревен.
— На почве следы калош, покрытые пленкой нефти. В переулке — отпечатки шин грузовика. Преступники опытные. Собака следы взять не может… — и криминалист беспомощно развел руками.
По дороге в гостиницу я спросил у Крылова, кого подозревают в налете на склад.
— Ничего пока мы не знаем, озабоченно отвечал майор, — ясно лишь одно — фашисты перешла в наступление. Уголовники на такое не пойдут. — И, помолчав, добавил: — Единственное, что известно, — несколько дней подряд часов в девять вечера напротив склада появлялся дворник в белом переднике и начинал мести улицу… Будем искать. Наше дело с вами, дорогой Володя, такое: искать, находить и вновь приниматься ва поиски!
V
В самом начале рабочего дня неожиданно позвонил Крылов:
— Отложите все и спускайтесь вниз. Поедете со мной.
Когда я сбежал по лестнице, Крылов сидел в машине.
Проехали через весь город. Машина остановилась возле мрачного здания городской тюрьмы. Прошли длинными коридорами, пока не оказались в кабинете следователя. Два окна, выходящие во двор, закрыты металлическими сетками. В кабинете ничего липшего. Письменный стол, несколько стульев.
— Будете вести протокол, — обратился Крылов к переводчику, — а вы, Володя, обратите внимание на внешний вид этого человека, постарайтесь хорошенько запомнить его приметы. А лучше всего — запишите их.
— Ваше имя? — спросил Крылов.
Переводчик повторил арестованному по-немецки.
— Ганс Виндлер. Я немец.
— Ганс Виндлер… Вас арестовали при переходе пограничной линии.
— Да…
— У вас были отобраны деньги — пятьдесят тысяч рублей и инструкция к диверсионным действиям. Для кого они были предназначены?
— Не знаю…
Кому вы должны их передать?
Не поднимая головы, Виндлер ответил:
— Я ничего не знаю.
— Странно. Не для себя же вы несли инструкцию, в которой даются наставления для бандитских действий?
— Нет, не для себя.
— Для кого же?
— Этого я не знаю…
Крылов глубоко затянулся папиросой.
— Такой ответ нас не устраивает. Вы имеете право отказаться от показаний, но отвечать «не знаю»… ото смешно. Веда для кого-то инструкция предназначена?
Виндлер молчал.
— Ну, так что же?
Виндлер сидел в той же позе. Плечи опущены. Волосы на лбу взмокли.
Крылов ждал. Немец должен был заговорить. Все улики налицо. Посидит, подумает и выложит все, что надо. Но в том-то и дело, что заговорить он должен не завтра и не послезавтра, а сегодня. Дорога каждая минута. Виндлер имеет прямое отношение к фашистской организации — в этом нет сомнений. Поэтому и нужно как можно скорее вытянуть из него все сведения.
— Значит, не хотите говорить? Тогда не будем терять время и прекратим допрос! — бросил Крылов.
Он встал, всем своим видом показывая, что допрос окончен.
— Объясните ему, что, отказываясь от дачи показаний, он усугубляет свою вину, тогда как откровенное признание будет принято во внимание советским судом и поможет облегчить его участь…»
Переводчик объяснил. Глаза Виндлера растерянно заметались. Он смотрел то на Крылова, то на переводчика.
— Вы говорите правду? Я получу снисхождение?
— Я вас не обманываю.
Виндлер снова опустил голову. Еще больше сгорбился. Наступило томительное молчание. Все понимали, что происходит в душе этого человека.
— Хорошо. Я верю. Деньги и инструкцию я должен вручить руководителю организации Мергелису.
— Где вы должны вручить?
— У него на квартире.
Адрес?
— Улица Франко, девять.
— Имеет ли условное название операция?
— Да, имеет. Операция называется «Фейерверк».
— Почему она получила такое название?
— Я точно не знаю. За границей стало известно, что организация раздобыла оружие. Она будет действовать.
— Так, — Крылов нахмурился. Подошел к столу, о чем-то размышляя. Положил недокуренную папиросу на край пепельницы и, подойдя почти вплотную к арестованному, спросил:
— Как вы встретитесь с Мергелисом? Знаете ли его в лицо?
— Нет.
 
— А он вас?
Тоже не знает.
Крылов почему-то посмотрел в мою сторону. Чуть- чуть усмехнулся.
— Значит, должен быть пароль?
У меня нет пароля.
— Послушайте, мы с вами условились говорить начистоту. Пароль должен быть.
Виндлер растерянно моргал. Пот катился по его лицу.
— Они меня уничтожат…
— Вот оно что! — рассмеялся Крылов… — Пока вы у нас, бояться вам нечего.
Виндлер усмехнулся.
— Был пароль?
— Да…
— Назовите!
— «Вам привет из Мюнхена».
— Что должен ответить Мергелис?
— «В Мюнхене я знаю только Вернера».
— Где вы должны жить?
— Это решит Мергелис.
— Сколько дней здесь пробудете?
— Девять или десять. С 29 апреля меня будут ждать па границе.
— Что вы должны доставить туда от Мергелиса?
Пакет с образцами советских документов.
— Когда вам его вручат?
— В день моего ухода…
Крылов бегло просмотрел протокол допроса.
— Я думаю, на сегодня достаточно. — И обратился к Виндлеру: — Как вас кормят?
Немец сначала не понял. Потом вдруг расцвел в смущенной улыбке, забормотал слова благодарности, закивал головой:
— Гут, гут…
— Ну гут, так гут. Кстати, есть в этом городе у вас знакомые?
— Я здесь впервые. Никого не знаю.
— Хорошо.
Крылов вызвал конвоиров. Увидев их, Виндлер вдруг торопливо заговорил. Крылов дал знак конвоирам выйти.
— Он говорит, что имеет для вас еще некоторые ценные сведения, — сказал переводчик, — только это большой секрет. Очень большой секрет. Он хочет говорить с вами наедине.
Скажите ему, пусть не опасается.
Скоро будет война… — сказал Виндлер.
— Война?
— Гитлер стягивает войска. У нас в штабе говорят, что летом начнется война…
— Вы военный?
— Да, я окончил специальную школу.
— Рано оборвалась ваша карьера, — усмехнулся Крылов.
Виндлер в знак согласия уныло покачал головой.
Когда Виндлера увели, Крылов долго ходил по кабинету. По временам стягивал к переносице брови. Так он делал всегда, когда обдумывал решающий шаг… Я начал смутно догадываться о его планах, когда он попросил пригласить коменданта тюрьмы.
— Где одежда Виндлера? — спросил он коменданта.
На складе. Мы оприходовали все его вещи.
— Распорядитесь, чтобы ее хорошенько продезинфицировали и почистили. Завтра все должно быть готово.
—’ Будет сделано. — Комендант откозырял и вышел.
Крылов остановился рядом со мной. Прикурил от зажигалки потухшую папиросу.
— Значит, операция «Фейерверк»? Отлично. А мы назовем ее по-своему. Как, Володя, подойдет название «Операция «Янтарь»?
— Пошлем к Мергелнсу «курьера»… Посмотрим, как он примет гостя…
VI
Я проснулся, как от толчка. Взглянул на часы и разозлился. Спал, оказывается, всего три часа. Закрыл глаза. Принялся ровно дышать по системе йогов, но все напрасно — заснуть больше не мог.
Вчерашний день прошел в мучительных поисках. Вместе с «курьером» перебрали десятки вариантов. Отбрасывали один, придумывали другой, снова отбрасывали.
Для начала предположили, что «курьер» останется жить у Мергелиса. Как должен он вести себя в такой обстановке? Во-первых, его могут изолировать. Тогда придется искать сложные пути связи. Это был наихудший вариант, и его обсудили во всех подробностях. Расчет, однако, строился на том, что «курьер» будет чувствовать себя свободным и сможет совершать кратковременные прогулки по городу. Значит, с ним можно встретиться. Лучшее место встречи — магазин. Съездили в район проживания Мергелиса, не выходя из автомобиля, облюбовали две бакалейные лавки. Договорились о месте нескольких тайников.
Дом Мергелиса взяли под наблюдение, чтобы в случае перевода «курьера» на ночлег в другое место, наши работники знали, где он находится.