Страшные сказки на ночь (СИ)

— Чё губоньки дуешь? — бодренько спросила Vetka.
— Кочерга? Ты уверена? — спросила я не очень оптимистично.
— Кузнец заверил, что тут чистое железо, а значит, идеально подходит для наших целей. Не дрейфь, Цветочек, если что пойдет не так — опять сбежим.
— Ну… кто сбежит, а кто и задницей ступеньки пересчитает — пробурчала я.
— А ты больше так не тупи, глядишь, и без травм обойдешься — поучительно сказала эта заноза.
Пока мы шли к Собору, я увидела, что на небе поднимается круглый диск молочно-белой луны. Почти полной, совсем маленького кусочка не хватает. И вспомнила про свой сон.
— Vetka, я хотела кое-что странное рассказать — взяла я вступительное слово.
— Давай, только быстро, без разжевываний.
— Ты когда сегодня ворвалась ко мне в комнату, то разбудила меня. И мне снился очень странный сон.
— Слушай, может, давай полистаем сонник после квеста? — перебила нетерпеливая напарница.
— Пожалуйста, не прерывай меня. Я хочу СЕЙЧАС рассказать, пока помню все мелочи.
И я подробно изложила свой сон Vetkе, напоследок, поделившись подозрениями о том, что русалка, скорее всего, пыталась меня утопить, используя какую-то магию, сродни гипнозу.
— Фигасе, кошмары у тебя — изумленно проговорила напарница, даже остановившись и уставившись на меня.
— А потом, когда проснулась, я проанализировала происходящее и знаешь что подумала?
— Я догадываюсь, но хочу, чтобы ты сама озвучила, зря разве «Интеллект» себе прокачиваешь? — съязвила эта мадам Конгениальность.
— Подумала, что возможно, именно эта русалка виновна в смертях молодых девушек. Ведь они все утонули, причем ночью. Возможно, когда спали, как и я.
— В правильную сторону мыслишь, Цветочек, — похвалила Vetka — очень похоже на то, что у нас тут обитает эдакий Фредди Крюгер с рыбьим хвостом.
— Кто? — переспросила, непонимающе.
— Чувак такой, обгоревший. С ножами на пальцах. Маньяк, который убивал подростков во сне — не видя и проблеска узнавания на моем лице, Vetka закатила глаза. — Блиииин, как же с тобой, выпускницей Института Благородных девиц, тяжело. Ладно, с воблой нашей разберемся потом, а щаз давай сосредоточимся на Соборе.
Очень вовремя, потому что мы как раз к нему подошли. Стемнело, на мой взгляд, слишком быстро. Или это в глазах уже темнеет от страха? Мааама, не хочу в Собор!!!
— Не дрейфь, Цветочек, — словно услышав мои мысли, сказала напарница — мы сегодня нормально подготовились.
Хотелось бы верить, подумалось мне, когда с противным скрипом-стоном открылась дверь в Собор. Мы медленно и тихо зашли внутрь. Как и в прошлый раз, Vetka прошла вперед с горящим факелом, от него зажгла свечи по обеим сторонам от органа и на стене, вдоль рядов скамеек.
— Чё ждешь, Судный день? Закрывай дверь — скомандовала моя бесстрашная напарница.
Я судорожно сглотнула и трясущимися руками закрыла дверь, оставив все-таки малююююсенькую щель, на всякий случай.
Тем временем, Vetka вытащила мешочки из соли и принялась насыпать ее. Сначала прочертила линию на пороге, возле двери, потом вокруг органа, и в конце — очертила довольно широкий круг в центре, где стоит алтарь и большой подсвечник с горящими свечами.
— Э-э-эй, привиденииииияяяя — нараспев и громко позвала Vetka, испугав меня почти до икоты.
Тишина. Типа дома никого нет.
— Выходите, покажитесь, наглые морды — начала свирепеть напарница, проходя вдоль рядов и громко стуча мечом по скамейкам.
— «И тишина… и мертвые с косами, вдоль дороги стоят» — процитировала Vetka «Неуловимых мстителей». — Боятся чтоль? Чем же их разворошить? О! Придумала!
Подруга резко повернулась ко мне и глаза ее озорно блеснули. Ой, мамочки! Я знаю этот взгляд, ничего хорошего он не предвещает.
— Цвееетооочееек, — протянула нараспев эта хитрюга, обращаясь ко мне — ты же умеешь играть на пианино?
— Умею — подтвердила я, еще не совсем понимая, куда она клонит.
— Отличненько! Тогда садись за орган и сбацай нам что-нибудь — скомандовала Vetka.
— Орган — это не фортепиано! — возмутилась я. — Тут все гораздо сложнее…
 
— Пофиг, — прервала мои жалкие попытки возразить напарница — мы не на концерте в Большом театре. Как сыграешь, так и будет.
Я обреченно кивнула и присела на краешек стула. Едва смогла открыть крышку и уставилась на ряды клавиш.
— Что играть то? — решила уточнить на всякий случай.
— Да что хочешь, — отмахнулась Vetka, но потом передумала — а хотя… давай разбудим и возмутим до глубины их заблудшие души! Сбацай «Мурку».
— Что? — переспросила я, вообще не понимая, что она просит.
И тут подруга запела. Сильным и приятным голосом, но совершенно ужасную песню.
— 'Прибыла в Одессу банда из Амура,
В банде были урки, шулера'.
— Цветочек, подхватывай мелодию! — это уже мне, а дальше опять во все горло для публики:
— 'Банда заправляла черными делами,
И за ней следила Губчека.
В банде была баба, звали ее Мурка,
Сильная и ловкая была.
Даже злые урки — все боялись Мурки,
Воровскую жизнь она вела'.
Боже! И я, внутренне содрогаясь, играла в Соборе на органе эту блатную песню! Слышали бы меня сейчас родители, слегли бы с сердечным приступом.
— Больше куража, Цветочек! — веселилась Vetka, пританцовывая и отбивая ритм мечом о деревянные спинки скамеек.
И этот беспредел сработал!
Сначала резко похолодало. Я почувствовала, как начали мерзнуть мои пальцы, бегающие по клавишам уже не так быстро. Затем подул ветер, задув те свечи, которые не были обведены кругом из соли.
Vetka резво вскочила ко мне в круг и сообщила:
— Готовность номер один.
Очень вовремя. Потому что через секунду крышка органа резко упала, едва не прищемив мне пальцы, и во внезапной тишине прозвучал заунывный стон.
— Ой, давай уже без дешевого драматизма — прервала напарница попытку привидений напугать нас. — Если есть, что сказать — вылезай, не обидим. Выслушаем и поможем. А если будешь кочевряжиться и вредить — сожжем к Едрене Фене все останки, какие найдем!
Вот такой вот ультиматум от Vetki. После слов напарницы замогильные стоны резко прервались. На короткое время воцарилась тишина, а потом послышался звук волочащихся цепей, который явно приближался к нам. Я внутренне напряглась, готовая в любой момент дать дёру, главное — не забыть, что дверь открывается наружу!
Звук становился все ближе. И когда я уже была готова завизжать, рядом с нами нарисовался полупрозрачный силуэт.
— Мама! — пропищала я тихо, как мышка.
— Шшшш, — зашипела на меня Vetka — не спугни контакт с потусторонним миром.
А представитель этого самого мира подошел вплотную к солевой границе и остановился, проявляясь более четко. Стало видно, что это девушка.
— О, как — прокомментировала напарница сей факт и подпихнула меня локтем, видимо, ожидая, что я начну переговоры.
И я, стуча зубами от страха, начала переговоры:
— Мммы хотим ппппомочь.
Vetka ткнула меня уже ощутимее. Даже без слов поняла, что она хочет, чтобы я перестала трястись и начала вести себя, как воительница, а не как припадочный суслик.
— Если вам нужна помощь — сообщите нам, любым доступным способом — выдала я на сверхзвуковой скорости, но зато не заикаясь.
И тут на противоположной стене, куда падал свет свечей, стали появляться картинки. Надо же… призрак нам театр теней показывает. Мы с напарницей не отрывали глаз от представления.
Вот на троне сидит король с короной на голове. Рядом в длинной накидке и высокой шапке, скорее всего, епископ. К ним приводят согбенных в своем смирении людей. Король что-то кричит, машет руками, толкает несчастных. Короче, ведет себя совсем не по-королевски. Потом он машет рукой, и стражники уводят людей, за ними следом идет и Антуан Праведный, епископ.
Наш импровизированный театр на несколько секунд затемняется. Наверное, чтобы поменять декорации. Ха! Так и есть. На свету возникают легко узнаваемые высокие шпили Собора. Вся толпа, во главе с епископом, входит внутрь.