Подонок (ЛП)

— Я не упоминал об этом, потому что ещё не понимал, насколько полезной станет Делани, — отвечает Бо. — Кроме того, будет много опытных людей — представитель компании и персонал Гейджа.
Чего? У Гейджа есть персонал?
— Но я не понимаю, — отвечаю я. Вся эта ситуация никак не умещается в моей голове.
— Зачем я тебе нужна?
Гейдж тихо шепчет.
— Ты не поняла? Ты будешь моей чёртовой нянькой.
— Ты говоришь по-японски, — говорит Бо.
— Но есть и более опытные переводчики.
— Нет никого, кому бы я доверял так же, как и тебе, — отвечает он.
— Точно, — говорит Гейдж. Затем он встаёт. — Твой отец хочет договориться со мной, чтобы я стал лицом компании Marlowe Oil, но он не думает, что я готов делать именно то, что нужно.
Я смотрю на Гейджа, внезапно разрываясь между чувством совершенно странным и неловким в этой ситуации — мне хочется защитить своего отца.
— Я уверен, что это не то, что он говорит. Правильно, пап?
Но мой отец слишком долго колеблется, и Гейдж отталкивается от стола.
— Это именно то, что он говорит. Поехали, Делани. Это отличная возможность для тебя. Когда ещё ты сможешь проявить навыки няни, как не на раздолбае, Гейдже О’Ниле?
Гейдж ничего не отвечает, пулей вылетает из комнаты, а я остаюсь сидеть за столом с отцом, и воздух в комнате напряжён.
— Пап, — начинаю я. — Я что, правда, буду няней звезды? Думаю, кто-то другой бы справился с этим получше, чем его собственная сводная сестра. Что насчёт его менеджера или кого-то такого.
— Я не хотел расстраивать его, — отвечает он. — Но …
— Но это правда, — я не могу скрыть стон разочарования. — Перестань, пап …
— Гейдж будет творить новое лицо компании Marlowe Oil. Мы слишком нудные, нам нужен кто-то точно такой, как он, чтобы продукт был молодым и горячим. Сейчас компания не очень сексуальна.
— Но Гейдж непредсказуем.
— Он похож на жеребца, которого нужно укротить, — выдаёт Бо. — Его нужно держать подальше от всякого дерьма, такого, как то, где он сломал ногу, и от неправильных девушек в Японии.
— Я не должна быть той, кто …
— Я был бы очень благодарен, если бы ты это сделала. Подумай. Ты не должна принимать решение прямо сейчас. Это произойдёт не раньше конца следующего месяца. У вас обоих есть время, чтобы свыкнуться с этой идеей.
Я был бы очень благодарен, если бы ты это сделала. Есть причина, по которой мой отец получает от жизни то, что хочет. У него есть способность выдвигать требования, при этом, не заставляя их звучать, как таковые. Его решения никогда не обсуждаются. Это приказы. На самом деле, он хорошо владеет японским, я просто поражаюсь, как он его выучил.
— Пап, ты не должен думать, что я стану той, кто сможет его удержать от совершения ошибок, — возражаю я.
— Но именно это я от тебя и требую, — отвечает Бо. — Я тебе полностью доверяю. У тебя всегда был с ним общий язык, и он всегда тебя слушал.
— Что? — говорю я немного пища. — Это неправда, я не виделась с ним в течении долгого времени. Мы всего то, провели вместе два лета, перед тем, как ты и Аня поженились, и я почти не знаю его.
Бо пожимает плечами.
— Он тебя уважает.
Я чуть ли не смеюсь, но понимаю, что от такого мой отец только обидится.
— Думаю, это неправда. Гейдж никого не уважает.
— Ты удержи его от неприятностей, — Бо встаёт со своего места и подходит к моей стороне стола, положив руку на моё плечо и легонько сжав его. Он целует меня в макушку, как он делал, когда я была ещё маленькой. — Я тебе доверяю, и я рад видеть тебя дома. Думаю, я могу гордиться тем, что работаю со своей дочерью.
— Чёрт, у тебя и вправду есть дар уговаривать людей, папа, — я качаю своей головой. Последнее, что я хочу сделать, это быть нянькой Гейджу, но я действую так, словно всё уже предрешено.
— Я знаю, что ты поступишь правильно, Делани, — говорит он, перед тем, как уйти.
  
Глава 5
 
Гейдж
Черт, я злюсь. Я вернулся домой после аварии, потому что мне нужно было оправиться от операции. Две операции и два месяца спустя, моя голень больше не разбита на миллион кусочков. И, по крайней мере, я могу ходить, даже если мне приходится делать это в гребаном ботинке, который заставляет меня хромать, как идиота. Я готов убраться с этого места. Просто придется похромать еще пару месяцев, без выпивки, девочек и вечеринок, как я думал изначально, когда уходил на больничный.
 
Но не это раздражает меня прямо сейчас. Все это неважно, что реально бесит, так это иметь дело с моим отчимом. Я то вообще не имею ничего против него. Не смотря на то, что он носит ковбойские ботинки, родился и вырос в Техасе, он неплохой парень на самом деле. Он не пьяница, не жесток с женщинами, или игрок. Самые большие пороки парня — это охота, курение сигар и покупка безумно дорогого скотча. И разговоры о Техасе.
Но еще он пытается проделать это со мной. Эта сделка стоит много денег, и это компания Бо. Он обеспокоен моим «брендом» — конечно, он также обеспокоен брендом Marlowe Oil. Вот тут и начинается моя роль — я могу сделать много масла «крутым и достойным» для тысячей, кто доверяет крупным корпорациям.
Если бы это был кто-то еще, кроме Бо, я бы сказал «нет» всему «лицу компании». Я не хочу путешествовать по Японии и красиво улыбаться для камер, так же, как и я не хотел делать эту фотосъемку с моделями. Конечно, три горячие блондинки сделали это менее болезненным, но я гонщик.
Я хочу участвовать в гонках. Я скучаю по чувству адреналина, сидя на скамейке запасных в течение последних двух месяцев. Никакое количество работы не может соответствовать скорости сто пятьдесят миль в час, которую я получал, сидя на мотоцикле. Ты не можешь заменить это дерьмо чем-то другим в мире.
Кроме того, возможно, когда ты трахаешься.
Но, черт возьми, может ли хороший секс быть имитацией гонок? Может быть, такое дерьмо случается только раз в жизни.
Думаю, это возможно между мной и Делани. Я думал об этом много. Больше, чем просто много. Черт, я тысячу раз трахал ее в своей памяти. Мы никогда еще так далеко не заходили.
И теперь Бо заставляет меня чувствовать себя ослом перед ней, ребенком, который нуждается в няньке, потому что я не могу быть ответственным, чтобы самому о себе позаботиться. Я идиот, который убеждал себя, что Бо думает, будто я хороший инвестиционный, взрослый и не безответственный парень. Но именно это он и думает, как и все остальные.
Я настолько погружен в свои мысли, что почти не слышу стука в дверь. Нет никакого шанса, что Бо пришел сюда попросить прощение, как и то, что он никогда не признается в том, что виноват.
Я открываю дверь, и Делани стоит там, чертовски нервничая. И такая горячая. Горячая и нервная, как ад, в моем дверном проеме в восемь часов вечера. Дерьмо. Я уже успел отчаяться и разозлится — и теперь я чертовски твердый, тоже.
— Могу я войти? — она заправляет прядь волос за ухо, как и раньше, когда она всегда нервничала. Наверное, некоторые вещи действительно не меняются.
— Ты пришла сюда, чтобы поведать мне о том, как собираешься присматривать за моей задницей в Японии? — я стою в дверном проеме, блокируя ей вход.
— Почему я должна стать плохим копом так внезапно, Гейдж? — спрашивает она. — Я думала, что мы ладим.
— Ладим? — спрашиваю я, чувствуя волну гнева. Меня это не раздражает. Я злюсь, потому что я согласился сделать это, от чего даже удовольствия не получу, потому что думал, что ее отец будет уважать меня, но оказалось наоборот. Я понимаю, что не должен на ней срываться, но не могу остановить себя. — Ага, мы обычно ладим, да? Ты пришла сюда, чтобы проверить, сможешь ли помочь себе поладить в этом старом стиле?
Лицо Делани краснеет, как это бывает, когда она сердится, или смущается, или расстроена. Полагаю, она, вероятно, испытывает сейчас все вышеперечисленное. Неужели она думает, что я забыл о том, что произошло между нами?