Красный Жук

Поэтому командир, приказывающий обстреливать самолёт, решает сразу три задачи. Первая и самая важная – борьба с паникой! Запомните очень хорошо, товарищи командиры, паника может принести больше вреда, чем сами бомбы. А пока стреляешь во врага, паниковать и времени нет. Согласны?
Вторая задача – уменьшение потерь. По-простому, немецкие пилоты часто относятся к войне как к охоте. А кому охота умереть на охоте? Поняв, что его интенсивно обстреливают, а если ещё и пара пуль в самолёт попадёт, лётчик, скорее всего, не захочет рисковать и сбросит бомбы, не опускаясь до нужной высоты, а может и вообще прервать бомбардировку, решив поискать менее опасную цель. Да, для нас это дико звучит: «нарушить приказ». Но это явление в люфтваффе присутствует, этот факт нужно просто принимать во внимание и пользоваться им. Понятно, что чем с большей высоты сбросить бомбу, тем больше шансов промахнуться? Думаю, понятно.
И только на третьем месте стоит задача сбить вражеский самолёт. Предупреждаю сразу: не рассчитывайте, что вот вы пачками начнёте их сбивать. Скорее всего, вы добьётесь увеличения высоты бомбометания, а истребители, обстреляв вас один раз, не захотят повторить штурмовку. Но и это, товарищи, очень много. Опять же, за полминуты батальон может выпустить в самолёт до тридцати тысяч пуль. Так что сбить его вполне реально. Тридцать тысяч случайностей – это серьёзно. Согласен со мной, товарищ Фишман?
– Так точно, товарищ командир!
– Раз согласен, давайте рассмотрим артиллерию. Тут, товарищи курсанты, всё очень просто. От артобстрела вас спасёт ваша лучшая подруга лопата. Артиллерия будет хреначить вас с нескольких километров, так что ничего вы ей сделать не сможете. Тем более что немцы любят большие калибры; не удивлюсь, если разрабатываются системы с калибром более пятисот миллиметров. Сами понимаете, тут одно спасение – поглубже закопаться и терпеливо переждать. Профилактическими мерами против артобстрелов можно назвать отстрел снайперами корректировщиков да повышение бдительности, чтоб вражеские разведчики не могли взять языка.
Теперь танки. Детально про танки и способы борьбы с ними вы узнаете в процессе обучения. Сейчас же хочу сказать: танки не такие страшные, как кажутся. И обзор у них плохой, и метко стрелять из танка на ходу довольно трудно. А вот уничтожить близко подъехавший танк пехотинцу вполне по силам. К тому же танк, переехавший окопы, скорее всего, не будет гоняться за отдельными солдатами, а поедет дальше к позициям артиллерии.
Но! Товарищи курсанты, совсем другое дело, когда танки атакуют в одном строю с пехотой. Оставаясь неуязвимыми для стрелкового оружия, танки уничтожают пулемёты, давая возможность пехоте продолжать наступление. В свою очередь пехота уничтожает солдат противника, не давая подобраться им к танку на расстояние броска гранаты. Вывод: главные задачи подразделения при танковой атаке – не поддаться панике и отсечь пехоту. В этом случае с доехавшими до окопов танками вы справитесь, не сомневайтесь.
Так, товарищи курсанты, осталась пехота. С пехотой проще. Вы научитесь уничтожать живую силу противника всеми доступными способами. Конечно, идеально, если это происходит на дальних дистанциях – из пулемёта или снайперской винтовки. Но на войне не всегда воюешь в идеальных условиях. Поэтому, товарищи курсанты, вы научитесь владеть всем, чем можно: от наиболее распространённых моделей стрелкового оружия, как нашего, так и немецкого, до холодного оружия и подручных средств.
Какие подручные средства, спросите вы? Тогда я спрошу вас в ответ: кто лучшая подруга солдата? Вы сильно удивитесь, товарищи курсанты, узнав, каким опасным оружием может стать обычная сапёрная лопатка в руках обученного солдата. Впрочем, даже голые руки – страшное оружие мастера-рукопашника. За три месяца нормального рукопашника из вас, конечно, не сделать. Но по нашим нормативам к окончанию курсов вы на равных будете драться с тремя пехотинцами вермахта или одним специально обученным диверсантом. Таким, например, как бойцы специального батальона «Эббингхауз». В сентябре тридцать девятого они помогали продвижению немецких войск по территории Польши, сея панику и неразбериху в тылу, захватывали или уничтожали важные коммуникации.
 
Хочу особо подчеркнуть, товарищи курсанты. Правильно – это когда расстреливаешь врага из пулемёта, лёжа в специально оборудованном окопе. Неправильно, когда ты сворачиваешь врагу шею голыми руками. Рукопашная схватка – это крайний случай, и её следует всячески избегать. Мой первый учитель сказал по этому поводу замечательные слова: «Чтобы вступить в рукопашный бой, боец должен: пролюбить на поле боя винтовку, пистолет, нож, поясной ремень, лопатку, противогаз, каску. Найти ровную площадку, на которой не валяется ни одного камня или палки. А главное, найти на ней такого же раздолбая. И только после этого он сможет вступить с ним в рукопашную схватку!»
«Интересно, а кто сильнее: этот диверсант из „Эббингхауза” или осназовец?» – подумал Иван. В прошлом году к ним в часть по какой-то надобности приехал лейтенант из дивизии НКВД. Лейтенант оказался инструктором как раз по рукопашному бою, и комполка уговорил его провести несколько показательных боёв. В полку служили отличный боксёр и несколько приличных борцов. Хотел полковник утереть нос командированному или нет, Ивану неизвестно. Зато теперь он хорошо знает, чем спортивные единоборства отличаются от рукопашного боя.
Уложив пятерых соперников одного за другим, лейтенант ещё и объяснил, что в реальном бою справился бы быстрее, так как не нужно было бы бояться нанести травму. Иван тогда очень гордился, что дольше всех против лейтенанта продержался Сашка Орлов, с которым они служили в одной роте. Вот бы научиться, пусть не как лейтенант, но чтоб хватило умения тому же Сашке по шее накостылять. Опять же, парням деревенским за клубом пару приёмчиков показать – милое дело.
А если надо лопатой поработать, он не против. Лопата – она и крестьянину не чужая, чай, Иван не забыл, за какой конец браться. И когда учился, всё лето дома помогал, да и сейчас отца с матерью не забывает.
– Так, товарищи курсанты, вот мы и добрались, наверное, до самого для вас интересного. Чему же конкретно вас тут будут учить? – Командир моментально вернул задумавшегося Ивана на землю. – Все дисциплины условно можно разделить на три блока.
Первый блок – это навыки, позволяющие из любого солдата создать максимально эффективную боевую машину. Перечислю. Навыки ближнего боя: рукопашный бой, ножевой бой и бой подручными средствами. В последнем случае научитесь владеть палкой, топором, сапёрной лопаткой. По стрелковой подготовке: СВТ-40, «мосинка» и только что поступивший на вооружение автомат ППШ. В будущей войне это будет основное оружие пехоты. В ознакомительном порядке постреляете из автоматов и карабинов вермахта.
Отдельно идут пистолеты – и наши, и германские. Пистолет как оружие последнего шанса намного эффективнее и ножа, и кулака, так что научитесь правильно носить и стрелять. Далее пройдёте курс выживания в лесу, то есть научитесь ориентироваться по карте и солнцу, маскироваться, правильно выбирать место днёвки и ночёвки и куче других полезных мелочей. Последнее – полоса препятствий, ну тут всё просто: чуток побегаете, попрыгаете, немного поползаете для аппетита.
Второй блок позволяет из солдата сделать не просто боевую машину, но машину универсальную. Кто не знает, слово «универсальный» – от латинского понятия «универсум», то есть общий. В нашем случае – взаимозаменяемый. За то время, которое вам отведено на обучение, хорошего специалиста не сделать, но основы вы получите и в случае крайней необходимости сможете заменить почти всех спецов батальонного уровня. Чтобы не быть голословным, давайте пробежимся по специальностям.
Связист. Тут получите основы работы с двумя радиостанциями: РБМ и «Север». Последняя только что прошла войсковые испытания и ещё не пошла в производство. Радиостанция на данный момент является одной из лучших коротковолновок в мире. Между прочим, чтоб заполучить несколько штук, пришлось ездить в Ленинград на завод-изготовитель. Ну и посмотрим, как вы работаете на ключе, вдруг у кого талант.