Под чёрным солнцем (СИ)

— Я так понимаю, достаточно просто «ханисет», — иронично улыбнулся архиепископ — оказалось, он тоже знал тарлаонский язык.
— Ханисет Артур, ханисет Виктор, ханисет Роман, ханисетль Алина, — закончила представлять Первая ученица.
— Давайте без церемоний, — сразу перешёл к делу Шаневих. — Встреча тайная, и времени у нас мало. Сестра Ормаиль, сестра Леренна! Думаете, я не знаю, что такое Путь? Да прекрасно знаю, и отец Мехпаал тоже. Вам нужен путь между мирами через Омвер, так? А вы спросили — нужен ли он мне? Какие от этого пути выгоды для Мен-Сирхаша? Пока никаких, вы только используете мою страну в качестве проезжего тракта, который я, ко всему прочему, ещё и не контролирую. Ну какой король будет спокойно спать, зная, что на его земле может неожиданно появиться кто угодно из непонятно какого мира?
— Но ведь расположение на торговом пути — это как раз выгодно, — возразила Леренна.
— И где она, эта торговля? — король саркастически усмехнулся. — Где трактиры вдоль пути, где иномирные товары? Где, наконец, пошлины? Сестра Ормаиль, ты как-то жаловалась, что я вижу в вас «каких-то добрых фей» и не более того? Так что же делать, если вы такие и есть? Хотите, чтобы короли Мен-Сирхаша тоже хранили Путь — начинайте сами мыслить по-королевски! Сестра Леренна, вот переведи своим друзьям в точности то, что я сказал — может быть, хоть они умнее окажутся?
— В чём больше всего нуждается Мен-Сирхаш? — Леренна передала слова Шаневиха и перевела ему вопрос Артура.
— В умных людях! — раздражённо бросил король. — По-настоящему умных, которые понимают, что процветать надо вместе с королевством, а не вместо него. А таких, которые «по-умному» лапы в казну запускают, у меня и так полно.
— Да это везде так, — понимающе усмехнулся Страж Вихрей. — Я товары имел в виду.
— Товары… — задумался Шаневих. — Симелан, судя по вашей одежде, довольно развитый мир? Нет, одеты вы не богато, но такие швы и такие пуговицы на твоей рубашке явно делала какая-то машина, так ведь?
— Так, — подтвердил Артур.
— А сталь вы знаете? Обрабатывать её научились?
— Да, конечно.
— И чем же? В Мен-Сирхаше начали делать хорошую сталь, но она твёрдая, железный инструмент сразу тупится.
— Ваше Величество, позвольте мне объяснить, — Виктор достал блокнот и начал что-то рисовать.
— Не будем мешать государственным делам, — подал голос отец Мехпаал. — Дети мои, кто из вас лучше всех знает тарлаонский язык? Мне было бы очень интересно послушать рассказ о вашей вере.
— Я, но говорю пока очень смешно, «по-книжному», — откликнулась Алина.
— Я так и думал, — с каким-то загадочным выражением посмотрел архиепископ. — Алина, дочь моя, именно тебя прошу — развлеки уж старика!
Они вышли в небольшой кабинетик, где король тайно принимал одиночных визитёров, и отец Мехпаал показал на одно из кресел у столика:
— Садись, Ледяная Дева! Да не удивляйся, я сразу понял, кто ты такая. У тебя должна быть абсолютная память, верно?
Алина молча кивнула, садясь в кресло.
— Вряд ли ты ревностна в вере, — продолжал архиепископ. — Иначе надела бы платье, а не мужской костюм. Ни в одном из миров церковь, как бы она ни называлась, не одобряет переодевание в одежду другого пола. Только не спрашивай, откуда я понял, что в вашем мире это одежда именно мужская — всё очевидно, так что уважай и меня, и себя! Итак, ты не особо религиозна, но вот знать — должна. Расскажи, во что вы верите? Точнее, в Кого? У вас есть какое-то краткое изложение веры?
— «Верую во единаго Бога Отца, Вседержителя, Творца небу и земли, видимым же всем и невидимым…» — Ледяная Дева начала медленно подбирать тарлаонские слова.
* * *
— Значит, на первое время — побольше инструментов для ручной обработки стали, — подвёл итог Шаневих. — Пилы, свёрла, метчики эти ваши… И винты, конечно, и шурупы, — он произнёс русское слово, которое, похоже, должно было скоро войти в местный язык. — Насчёт цены сами торгуйтесь, но десятую часть — в казну!
 
— Ваше Величество, — спросил Артур, — а ничего, что симеланские винты и инструменты не подойдут под ваши стандарты? — он не знал, есть ли в местном языке слово «стандарт», но король понял перевод Леренны:
— Да какие образцы для винтов, когда каждый мастер их сам для себя по штучке делает? Если станут ваши размеры всеобщими, то их и примем как свои.
— Я записал, — Виктор закрыл блокнот. — А торговать где?
— Вы только появитесь, а где торговать — найдём, — Шаневих рассмеялся. — А теперь давайте о вашем деле. Итак, что привело вас на Омвер?
— Мы пытаемся найти мир, из которого люди пришли на Тарлаон, — Леренна изложила суть дела.
— Летописи? В дворцовой библиотеке таких старинных нет. Может быть, отец Мехпаал подскажет? — король постучал в дверь кабинетика.
— Входи, сын мой! — отозвался архиепископ.
— Тогда уж «дочь моя», — подмигнул Шаневих, пропуская Леренну.
— Из какого именно мира — я не знаю, но точно не с Омвера, — отец Мехпаал очень быстро понял вопрос. — Во-первых, несколько тысяч переселенцев можно было перенести только сильной магией, а в нашем мире никогда не было магов. Во-вторых, и это главное, тарлаонский язык не имеет ничего общего ни с одним из языков Омвера, кроме нескольких заимствованных слов. Леренна, дочь моя, ты что, надеялась так сразу и найти? — добавил он, заметив огорчение на лице Лесной Сестры. — Продолжай поиски, тем более что с тобой такие друзья!
— Сестра Ормаиль, — спросил тем временем Артур, вспомнив ещё одну тайну, — это ведь ты посвящала Меллеан в полные сёстры ордена? А как вы с Первой сестрой попали тогда на Тарлаон?
— Нас перенёс Странник, — вспомнила Ормаиль. — Кто он такой и откуда — я не знаю, просто пришёл однажды утром и сказал: «Ученица в соседнем мире сегодня должна стать сестрой двух колец». Перенёс нас и исчез.
— А обратно вы по медальонам вернулись?
— Да, конечно. Кстати, Первая сестра потом сказала, что в ученицы Меллеан посвящала тоже она, и оказалась тогда на Тарлаоне тем же образом. А меня — сёстры с Ша’аля, но как они пришли на Омвер — не знаю, не спросила. Может быть, опять же со Странником?
— Как он выглядит-то, этот Странник?
— Как все — и как никто, — Ормаиль казалась удивлённой. — Я вот пытаюсь сказать словами, но получается только так.
— Что ж, — вздохнула вернувшаяся в кабинет Малого Совета Леренна, — мы немного помогли Омверу, и ещё поможем, но наша загадка пока так и не разгадана. Ну что, уходим на Ша’аль?
— До свидания, сестра! — обняла её Ормаиль. — Возвращайтесь!
— Возвращайтесь! — король с надеждой посмотрел на Виктора.
— Возвращайся, дочь моя! — благословил Алину архиепископ.
* * *
Круглая комната метров пяти в диаметре была даже не выдолблена в дереве — она образовалась в нём каким-то естественным образом. Гладкие стены с красивым узором из жилок, возвышающиеся к высокому полусферическому потолку, покрытый густой невысокой травой пол, у стен поднимающийся неким подобием лавок, несколько окон, занавешенных переплетением цветущих лиан. Была и высокая дверь, тоже занавешенная лианами, а на стене в нескольких местах расположились громадные светляки. Такой же светляк сидел и на росшем прямо из пола столе, за которым неопределённого возраста женщина в платье Лесной Сестры писала что-то в длинном свитке.
— Сестра?.. — фея удивлённо подняла голову, а затем встала из-за стола и обнялась с Леренной. — Доброй ночи, сестра Леренна! Кто с тобой? Сёстры с Тарлаона? И… Стихиали? — она с любопытством смотрела на землян.
— Доброй ночи, сестра Асфиоль! — Лесные Сёстры говорили на совершенно непонятном языке, но даже нетерпеливая Аня не торопилась просить Леренну перевести. — Не с Тарлаона, за Тарлаоном открылся ещё один мир. Сестра Наталия, она тоже стихиаль Земли, — при этих словах Асфиоль, радостно улыбнувшись, подошла к Нате и обняла её. — Сестра Анна. Виктор, стихиаль Огня, и Роман, ученик его.