Под чёрным солнцем (СИ)
— Так с чего начиналось-то? — не удержалась Леренна.
— Поклянитесь, что не расскажете никому, кроме Стихиалей! — Балесит смотрел с глубокой скорбью. — Я знаю — Лесные Сёстры слово держат. Ханисетль, вот чтобы на Тарлаоне — никому, даже князьям и Лесным Сёстрам! Знаю я, узнаешь ты, будет знать мой преемник — и всё. Ну и Стихиали, от них всё равно не скроешь, но они хранят тайны.
— Да. Клянусь, — серьёзность феи была весомее всех цветистых обетов.
«…Изгнаны были тинисы душ ради чёрных своих, и с ними ласимы! В мир чёрного солнца сошли они, но нашлись мудрые, кои изрекли: «Два здесь пути, да разойдутся же судьбы наши, дабы забыть нам злодеяния свои!» И неведом мне путь тинисов, ласимы же, под чёрным солнцем пройдя, мир свой обрели», — проносились сквозь века выцветшие строки первого летописца.
* * *
— Оказалось, действительно изгнанники, — повествовала Леренна. — Два небольших враждующих не то народа, не то клана творили друг с другом такое, что их предпочли даже не переселить, а вообще изгнать из родного мира.
— Тинисы и ласимы? — переспросила Ната, на полчаса вернувшаяся в квартиру фей — раз уж они обещали хранить тайну, то не следовало рассказывать даже Даше и Инессе. — Тогда понятно, почему Тинистар и Ласимель. То есть из этого «мира чёрного солнца» было два выхода — оба на Тарлаон, но по разные стороны гор?
— Получается, так. Похоже, тот, кто их изгонял, знал это.
— И дал народам последний выбор — или сразу истребить друг друга, или разойтись? — поняла Алина. — А они в последний момент всё-таки проявили мудрость! Даже из летописей вымарали все упоминания о старой вражде.
— А почему их не переселили? — поинтересовался Виктор. — Я так понимаю, для изгнания собрался целый ковен магов, то есть была какая-то верховная власть. Зачем правителю лишаться сразу нескольких тысяч подданных, когда можно их просто расселить, чтобы не рядом жили?
— «Но вот беда: меж этих сёл рубеж, деливший земли, шёл, и подать каждое село владыке своему несло»[5], — процитировал Артур. — Из-за этих племён война уже начиналась между двумя довольно большими королевствами, вот маги и предложили вообще изгнать всех. Расселить короли не согласились, они и так друг с другом не особо ладили, а тут ещё с обеих сторон по несколько тысяч смутьянов будут в трактирах расписывать зверства подданных соседнего монарха? А вот нефиг! Смутьянов — на фиг! И что с ними потом будет — королям пофиг.
— Всё так, — в глазах Леренны появились слёзы. — И что дальше-то? Когда мы появились на Тарлаоне — хорошо известно, а теперь я знаю, как и почему. Но — откуда? Так хочется побывать в нашем родном мире!
* * *
— Я поступила! — торжествующе искрилась Аня. — Оленька, я поступила!
— Мы обе поступили, — Лейла взяла на руки Динару. — Наталь, может быть, ты останешься с девочками, а в другие миры отправимся мы с Аней? А то ты даже тарлаонского языка не знаешь, а я всё-таки лингвист.
— Не получится, — вздохнула Ната. — Должен быть полный квартет Стихиалей. Кстати, ты по-татарски говоришь?
— Говорю, но на диалекте среднеазиатских татар, а отец Динары ведь из казанских? Но попробую. И на узбекском, конечно, — девушка начала вполголоса петь узбекскую колыбельную.
— Ань, не тискай так Олю! — взмолилась в этот момент Даша. — Это же не дракончик!
— Ой, уронить боюсь… — Аня осторожно передала ей девочку. — Даша, а она улыбается!
— Ничего удивительного! — рассмеялась Лейла. — Ты, по-моему, даже мёртвого сподобишь улыбнуться.
* * *
— Что ж, Лара, принимай дела, — Алина была не просто серьёзной, а очень серьёзной. — Ты точно не обижаешься, что не идёшь с нами?
— Нет, — серьёзность наставницы передалась и Ларисе. — Я бы скорее обиделась, если бы вы взяли меня с собой.
— Да, ты поняла. Именно ты не то что не нуждаешься в нашем присмотре, а остаёшься сама за всеми присматривать. Хотя «присматривать» — это я плохо сказала, клушье какое-то слово. Заботиться, так правильнее. Лавку-то можно было и закрыть на неделю, но ты справишься, сколько мы уже здесь вместе сидели? С Дашей тоже, но без крайней необходимости не проси её помочь, это она сейчас может попросить тебя. Лейлу — куда ни шло, но только в профессиональном качестве. У неё нет российского гражданства, не забывай! И тем более не напрягай Инессу с Леной.
— Да, — внимательно посмотрела Лариса. — Я поняла. А Виктор с Романом на кого мастерскую оставят?
— На Костю, ты его знаешь. Но упаси тебя Господь даже намекнуть ему о «силовой поддержке», если что! Невезучий он, срок уже отмотал за такую вот «поддержку». К Алексею, кстати, это тоже относится. Сама, что ли, не справишься? Ты же Ледяная Дева!
— А если оффи наедут? — уточнила девушка.
— А этим если чего надо, то звони Лёниному отцу, он адвокат. С пожарным инспектором просто кофе выпей, поговори, конверт сунь — видишь, лежит? Налоговая до конца года точно беспокоить не должна, да здесь тебя и Казимир Чеславович подстрахует в случае чего, — закончила Алина. — Только старайся пока действовать как можно легальнее… Ах да, насчёт легальности, чуть не забыла! — она вернулась в кабинет и положила перед ученицей пачку банкнот, права и доверенность на машину. — Лара, ты справишься! Только позволь дать тебе последний совет: не считай дни до нашего возвращения, действуй так, как будто мы никогда не вернёмся.
«А ведь в самом деле можем не вернуться», — подумала Ледяная Дева, выходя на улицу. — «Погибнуть — может быть, и нет, а вот застрять навсегда в каком-то потустороннем мире… Не просто же так завещания написали! Наткина квартира — Лейле с Динарой, моя питерская — Инессе, студия Артура — Ларе, ей же и лавка напополам с Дашей, мастерская — Косте, а Роман, понятно, Белке квартиру отказал», — углубившись в свои мысли, она не сообразила, что Лариса всё ещё может читать её память.
«Вот, значит, как?» — девушка нервно сжалась, окончательно осознав, что остаётся даже не «одна», а — на переднем крае. — «Так, спокойно! Вдох-выдох, вдох-выдох…» — она выпрямилась за столом и деловито убрала в ящик доверенность, деньги и права. — «Надо будет взять вечером, Линка же машину у лавки оставила».
— Лариса Валерьевна, к вам Разоренов, — постучался Казимир Чеславович.
— Просите, — Лариса выложила на стол монету, заказанную уже знакомым ей нумизматом. — Добрый день, Платон Тихонович!
[1] Зорыны (зорини) — семейный праздник в честь рождения ребёнка в некоторых регионах Украины, заменявший в советскую эпоху традиционные крестины.
[2] М. Салтыков-Щедрин, «Повесть о том, как один мужик двух генералов прокормил».
[3] М. Лермонтов, «Демон».
[4] Одна из формулировок этой теоремы: «Если на одной из двух прямых отложить последовательно несколько равных между собой отрезков и через их концы провести параллельные прямые, пересекающие вторую прямую, то они отсекут на второй прямой равные между собой отрезки».
[5] О. Туманян, «Капля мёда» (пер. В. Ходасевича).
Глава 2. Девы на драконах
2–4 августа 2006
Науки юношей питают,
Отраду старым подают,
В счастливой жизни украшают,
В несчастной случай берегут;
В домашних трудностях утеха
И в дальних странствах не помеха.
М. Ломоносов
— Деньги я всем оставила, — загибала пальцы Ната. — И Даше с Лейлой, и Лене, и Кристине, и Люсе на всякий случай. Ключи Ларе дала, а от остальных квартир — вот они, в столе. Артур, вторые комплекты у тебя?
— Да, — подтвердил Страж Вихрей. — Тоже в столе у меня, и ключи от студии у Кристины. А Даша и Лейла, если надо, прямо на месте появиться могут.