Под чёрным солнцем (СИ)
— Кстати, Рома! — сообразил Виктор. — Попытайся, когда покажешь Б’дане наш домик, вернуться на Землю. Хоть по регалиям, хоть как! Надо знать, получится или нет. И жди меня в квартире Наты, я попробую по своему рубину прямо отсюда.
— Я тоже пойду с ним, — Леренна уже прощалась — конечно же, не навсегда — со Стихиалями Мораотха и их учениками. — Проверю — восстановится ли путь на Землю после возвращения Огня?
* * *
— Вернулись! — прыгала от радости Манелисса. — Сёстры, вы вернулись! Мораотх присоединился к Пути, да?
— Да! — победно вскинула руки Ната.
— Я так понимаю, у нас больше не получится никого изгнать туда? — слегка погрустнел Моласит.
— Только добровольно, и в круг тринадцати магов должна входить ещё и Лесная Сестра, — Алина разъяснила, в чём состояла идея Теравана.
— Да, он мудрый человек, — солнечно улыбнулась Фарасса. — И смелый — не побоялся сам отправиться в мир чёрного солнца! Ой! — вдруг спохватилась она. — Он же теперь во всех мирах, через которые его Лесные Сёстры проведут, будет обнажённым появляться!
— Расси! — укоризненно посмотрела Нишансилли. — Неужели ты думаешь, что сёстры будут его так позорить? Тем более что человек воистину мудрый — даже не то главное, что сообразил, как заселить тот мир, а то, что мы с магами теперь должны быть вместе, а не враждовать.
— Кстати, а почему всё-таки вы друг друга недолюбливаете? — поинтересовалась Ледяная Дева. — Я имею в виду — здесь, на Моситлане. Ведь не только в происхождении дело, правильно? Фарасса, насколько я понимаю, чистокровная уоситка, как и Моласит, а Тераван всё равно не одобряет, что его ученик полюбил Лесную Сестру.
— Не нравится кое-всему, что они не рожают, то есть детей у нас не будет, — буркнул молодой маг. — Нет, магические способности по наследству не передаются, просто общество дурное! Не магическое, а вообще человеческое.
— У вас что, с рождаемостью плохо?
— Да нет, детей много, и Лесные Сёстры их очень любят. Только всё равно считается, что женщина должна непременно родить сама, а иначе неблагонадёжная какая-то, от своего долга уклоняется. Родить и после этого безудержно пьянствовать — типа нормально, а накормить и обогреть такого заброшенного ребёнка — получается, не в счёт! Смотрят такими прозрачными глазами: «А своих-то сколько? Ах, нет? Тьфу!» Ну и власти, понятно, туда же: «Нет детей? Значит, ты нам, отцам-благодетелям, не доверяешь!»
— То есть труд не считается, нужна непременно жертва? — сформулировала Алина. — «Общество» неосознанно боится, что племенной божок обидится и всех покарает, если хотя бы один человек из племени не принесёт ему жертву, так?
— Выходит, так, — развёл руками Моласит.
* * *
Леренна представила себе комнату Наты и попыталась перейти. Нет, не получается! Странно, вроде Роман должен быть уже на Земле, и Аня тоже. Неужели путь между Землёй и Тарлаоном действительно надолго исчез?
— Давай сначала я, — сообразил Артур. — Похоже, из нашего мира действительно нельзя было уходить всем Стихиалям, пока у нас нет полного ордена Лесных Сестёр… Да, к себе домой — тоже не получается, — сообщил он через несколько секунд. — Попробую по своему алмазу, я его у Наты оставил, — Страж Вихрей исчез, и у Леренны почти сразу же получилось появиться рядом с ним. Ура, они у Наты! И Аня с Романом — здесь же, ждут.
— Лера! — расцвела Аня. — Ты же не по регалиям? Путь восстановился? Ура-а! Ой, а кто мои серёжки стянул резинкой?
— Лариса, наверное… Подожди, ты что — сама этого не сделала, просто на стол бросила? — побледнела тарлаонка. — Девочка моя, ты бы по частям вернулась, если бы она не сообразила!
— Ой… — девушка пошатнулась, и Роман еле успел подхватить её.
— Да, не зря именно Ларису за старшую оставляли, — заметил Страж Вихрей. — Что характерно, сама серьги не носит, вообще украшениями не интересуется, но тебя в нужный момент подстраховала. Знаете, бунтующую юность бесполезно давить, единственный способ справиться с ней — это поручить серьёзное дело.
— Рома, давай к нам! — Аня, немного успокоившись, прильнула к молодому Стражу Драконов. — Маме с бабушкой покажемся, что вернулись, и есть хочется-а…
— Я тоже к себе, — подхватилась Леренна. — Дел куча, и Нисталь небось ждёт.
— Артюха, ты один, что ли? — появился через несколько секунд Виктор. — А остальные где?
— Аня с Романом уже к себе исчезли, а Лера ушла на Тарлаон. Путь восстановился! — улыбнулся старому другу Артур. — Пошли, что ли, покурим?
— Привет! Ты Марина, правильно? — Виктор, первым войдя на кухню, обнаружил там стоящую у плиты синеглазую девушку.
* * *
— Ларочка, в этом костюме вы просто бесподобны! — заулыбался Исаак Лазаревич, приглашая гостью в квартиру. — Вам ещё один не нужен, а то Лёва таки скучает за вами?
— И вы, наверное, тоже? — засмеялась Лариса. — Пока не нужен, я в костюме только на работе, а так всё время в джинсах.
— O tempora, o mores![7] — ювелир картинно воздел глаза к потолку. — Уже и феи в джинсах ходят! Ларочка, я ведь не ошибаюсь, вы таки фея?
— Таки да! — девушка прошла в комнату. — И шо у вас таки за дело до фей? Здравствуйте, — машинально кивнула она, увидев юношу лет шестнадцати.
— Здравствуйте! — весело улыбнулся парень — сероглазый шатен, совершенно не похожий на еврея.
— Вот, Ларочка, позвольте представить, — Исаак Лазаревич, предложив даме кресло, уселся в другое, а парень примостился рядом на каком-то пуфике. — Мой внук, зовут Владимиром. Вольф, это Лариса. Можешь показать ей?
— Могу, — Владимир озорно подмигнул фее и, сосредоточившись, вытянул вперёд напряжённые ладони, оставив между ними зазор где-то в полметра. Затем он медленно сблизил руки, и между ладонями неожиданно возник небольшой вихрь, потрескивавший крошечными молниями.
— Я поняла, — невозмутимо посмотрела Лариса. — Владимир, а мысли читать вы случайно не умеете?
— Было пару раз, — стушевался парень. — А что?
— Да просто это тоже магия Воздуха. И давно вы обнаружили, что можете закручивать такие вихри?
— Где-то с полгода назад. Я сначала даже сам испугался, но потом понял, как управлять. Никому, конечно, не показывал, только дедушке. Я в Питере живу, — пояснил Владимир. — А к дедушке приехал на неделю, пока каникулы.
— Ларочка, Вольф таки маг? — встревожился ювелир.
— Похоже, да. Маг Воздуха, — уточнила девушка. — Сама-то я фея Воды, но магов Воздуха тоже знаю. Хотите, проверим? — в этот момент у неё в кармане мяукнул телефон, сигнализируя о пришедшем сообщении.
Сообщение было от Алины: «Мы вернулись».
* * *
Светло. Слишком светло.
Она испуганно ныряет куда-то вниз — в плавно извивающиеся зеленоватые облака, будто нарисованные акварелью. Нет, это не облака — это лес! Только странный какой-то — лес без теней, размытые светлые стволы деревьев, перетекающая, как вода, бледная листва. Ещё ниже — переплетение корней, льющаяся волнами трава, разноцветные пятна земли.
Ей и надо туда — ниже, ещё ниже, к самому детству. Взрослым быть плохо. Взрослым приходится забираться выше леса — к свету, от которого не спрячешься.
Вот и земля. Она ныряет под какой-то толстый корень и прислушивается — тихо. Можно сжаться в комочек и немного поспать. Только бы не расти во сне!
«Я боюсь расти. Чем больше расту, тем больше приходится работать и тем меньше спать. Хочу быть маленькой».
Спать. Пока не раздастся голос тёти Веры: «Хомка, вставай! Светло уже!»
Она не любит, когда светло. Если светло — значит, работать, пока не стемнеет. А тётя Вера и в темноте ещё поработает. Тётя Вера, похоже, вообще не спит, а Хомка — лентяйка, сны посмотреть любит.
Лес вдруг сменяется бесконечным садом. Ой, сколько груш! Сколько работы! И ещё нужно чуть погладить каждую сорванную грушу — это её маленькая тайна. Странно, а почему ящик так и не наполняется? И почему не темнеет?