Лето в Михалувке и Вильгельмувке

Однажды заблудившийся путник пришел к лагерю индейцев. Хоть это был бледнолицый, но все же гость — его приняли и накормили. Путник оказался могущественным правителем и отблагодарил гостеприимных хозяев: принес им кусок пирога и стакан земляники; Магда была очень рада, что ее амбар обогатился такими запасами.
Индейцы тут же стали модными: на горке (где позже возникнет поселение Лысая Гора) тоже появился охотничий лагерь вольных стрелков. Стрелки занимаются немного и сельским хозяйством — у них есть плуги, лопаты, бороны, вилы, конюшни, лошади и упряжь.
Самая лучшая лошадь — это Юзик Пшибыльский: он готов скакать без передышки.
— Ты уже поскакал, отдохни пока, — говорит Глаз Совы. Но лошадь фыркает, рвется и встает на дыбы.
Самый лучший заяц — это Невчас, а собака — Фелек: он переболел воспалением легких, поэтому он очень худой и его не видно в высокой степной траве.
— Гав, гав, гав, гав, — лает собака низким голосом.
Пасть Гиены стреляет из лука, а раненый заяц пищит:
— Пи, пи, пи, пи-и-и!
Когда стрелков стало уже столько, что они перестали бояться нападения, они принялись строить дома. Прощу прощения, я неправильно выразился: не дома, а пещеры. И их не строили, а выкапывали в земле, только крыши были из веток. Далеко еще было этим диким людям до строительства изысканных шалашей…
Самая большая пещера была у Паера по прозвищу Фраер Помпка, Чечота, Пасевича и братьев-близнецов Ленчевских, очень друг на друга похожих.
Самая прочная крыша — у пещеры Климчака, Новака и Фашчевского: когда начался ливень, все крыши попротекали, только их крыша не пропустила дождь.
В пещере Стахлевского было два кирпича, но Стахлевский прыгнул на крышу Подковского и был вынужден отдать соседу в качестве компенсации один кирпич.
И здесь, как везде, все постоянно совершенствовалось и модернизировалось: рядом с пещерами постепенно возникли заборы, потом огороды, дальше в самих пещерах появились трубы для отвода дыма, чуланы с сеном для лошадей, крючки, чтобы вешать луки и ружья, погреба, полки и кладовки для сельскохозяйственных инструментов, потом столы, кровати, а Галензовский сделал даже водопровод и раковину — только из водопровода не текла вода.
  
Глава четырнадцатая
 
Земляника не такая интересная, как грибы. — Маня Капелька и фокус с фартуком. — Большой муравейник под толстым деревом.
 
На веранде висит доска с рисунками ядовитых и съедобных грибов. Пока грибов не было, доска висела одинокая, никому не нужная. Тогда была земляника, которую все прекрасно знают без доски и едят без опаски. Правда, кто-то прочитал в «Подарунке» [23], что пять тысяч французов отравились волчьими ягодами, но разве можно перепутать волчью ягоду с земляникой?..
Теперь мальчики просят:
— Господин воспитатель, за грибами!
А раньше просили:
— Господин воспитатель, за земляникой!
Но земляника не такая интересная, как грибы, потому что она одинаковая, а грибы разные: маслята, лисички, подберезовики, белые. И землянику нельзя сушить — можно только съесть или отдать кому-нибудь, вот и вся игра.
Мальчики охотно угощают земляникой девочек, потому что они рыцари, не боятся уходить далеко в лес. Вот у того сестренка еще совсем маленькая — что она там насобирает, глупышка? И он дает ей горсть земляники — пусть радуется.
— Эй, девочка, хочешь земляники?
— Хочу, — говорит обрадованная Нелька.
— Это твоя знакомая? — спрашивает воспитатель щедрого мальчика.
— Нет, незнакомая.
— Тогда почему ты отдаешь ей землянику? — еще больше удивляется воспитатель.
— Потому что она неспелая, — отвечает рыцарь: спелую сладкую он съел, а Нелька маленькая, еще не понимает, что к чему.
И такие благодетели встречаются! Как в пословице: «На тебе, Боже, что мне негоже»…
На желтые лисички все смотрят презрительно.
— Ради них и наклоняться не стоит.
Но лисичек много, оставлять жалко, вот и собирают их мальчики — потом можно кому-нибудь подарить или обменять целую шапку лисичек на один масленок.
 
Самый опасный из ядовитых грибов — сатанинский, потому что он похож на белый.
— А знаешь, как белый гриб от сатанинского отличить?
— Сатанинский горький.
— Нет, гляньте на него — он откусывать собрался! У сатанинского красная ножка, а шляпка как шоколад.
— Как шоколад?
И Ясек сразу вспоминает смешную историю:
— Однажды мама купила черное душистое мыло, а младший брат подумал, что это шоколад, и откусил кусок, а потом как скривится! И начал плеваться — плюется и плюется…
Мальчики хохочут до упаду над братом Ясека:
— Вот дурачок!
Но долго болтать мальчикам некогда. Все ходят с опущенными вниз головами, могут только спросить, проходя мимо товарища:
— Много там у тебя? Покажи! О, это подберезовик.
— Подберезовик почти как белый.
— Небось червивый?
— Только не разламывай.
Старший Франковский нашел масленок, Здзисек Валишевский — два белых. Даже маленький Забуцкий, который уже три раза должен был получить по рукам, нашел белый гриб.
— Дай, — просит его самый старший из братьев Беднарских. — Тебе он ни к чему, ты же не сушишь.
Такой чести удостоился Забуцкий — сам Беднарский его просит. И Забуцкий, который один раз должен был получить по рукам за то, что он разрушил муравейник, второй раз за то, что залез в зерно, и третий раз он уже не помнит за что, — Забуцкий подарил старшему Беднарскому белый гриб.
Сигнал трубы — полдник в лесу!
Девочкам полдник выдают воспитательницы, мальчикам — воспитатели.
— Господин воспитатель, мальчики обзываются.
— Что говорят?
— Говорят, что у нас лягушки в молоке.
Это еще не самое худшее; бывает и так, что девочки сидят себе спокойно, а какой-нибудь озорник подбросит им настоящую лягушку. Лягушка убегает, девочки убегают — но так нельзя делать, потому что лягушка — живое существо, а не мяч.
Вообще же Зофьювка и Вильгельмувка живут в согласии; некоторые девочки пользуются среди мальчиков большим уважением — например, Маня Вдовик, которую называют Капелькой, ей очень везет с грибами и она очень нервная. Однажды все шли мимо дерева и никто ничего не увидел, а Капелька только глянула и сразу два гриба нашла. Но не за это ее так уважают мальчики, а за то, что она красиво декламирует.
Когда крестьяне однажды молотили зерно у лесника, а Маня декламировала им, как пшеница растет, как ее сеют, а потом косят, то они ее даже поблагодарили. И капитан «Молнии» пригласил ее на свой корабль, а Виктор, который делает кисточки, чтобы смазывать йодом царапины, подарил ей бумажную гильзу от фейерверка.
Капелькой Маню называют потому, что она декламирует стихотворение о Бронисе-плаксе, которая так часто плакала, что у нее заболели глаза, и она почти перестала видеть.
 
 
Но вот к Бронисеньке однажды
 
приехал врач издалека —
 
по капельке он в глазик каждый
 
закапал ей из пузырька.
 
 
Вот из-за того, что доктор капал Бронисе в глаз по капельке, кто-то и назвал Маню Капелькой, и прозвище прижилось.
Маня не всегда сердится, что ее называют Капелькой, но когда она нервничает или расстроена, то ей это не нравится; как-то раз она даже Казика за ухо оттаскала; Казик вроде и смеялся, а ухо у него было красное.
Иногда Маня так злится, что словами не передать. Однажды она сидела на окне, а брат ее чем-то рассердил, она замахнулась на него и выпала из окна — хорошо, что это был первый этаж, а то могла ведь убиться насмерть.
— У-у-у, — захныкали мальчики и принялись дружно тереть глаза: вот, мол, было бы несчастье, если бы Капелька убилась насмерть.
Маня разозлилась, начала бить мальчиков за то, что они над ней смеются, а потом рассказала еще одну интересную историю.