Гнев (ЛП)

— Он сказал, что знает, что у нас есть подарок для него и хочет предложить подарок в ответ. Мы предполагаем, что он имеет в виду Казимира, но с увеличением патрулей, никто с нашей стороны в данный момент не пытался связаться с Повелителем бурь, чтобы предложить ему принца Локи. Мы думали, что он получил информацию другим способом, возможно, с помощью магии. Но…
— Но… — Киран замолчал, пытаясь собрать всё воедино. — Теперь ты думаешь, что Аврора рассказала ему?
— Это имело бы смысл. Почему она пропала, почему ты не смог найти никаких следов, и как Повелитель бурь узнал о чём-то, что считалось совершенно секретным. Может быть, Аврора преподнесла это в качестве разменной монеты.
Кирану нужно было сесть. На причале не было стульев, поэтому он сдался и сел на деревянные доски, желая почувствовать под собой что-нибудь прочное. Ему нужно было знать, что мир не исчезнет, независимо от того, как он себя чувствует.
— Мы можем это сделать? — спросил Бейт. — Обменять Казимира на Аврору?
— Мы можем попробовать, — сказала Зефир. — Но, по правде говоря, мы даже не знаем, у него ли она.
— Она у него, — пробормотал Киран, наконец, уступая тёмному, бурлящему страху, который преследовал его в течение многих дней.
— Ты этого не знаешь, — сказал Дьюк, похлопав Кирана по плечу.
— Знаю. В тот день мы сделали кое-что иначе. Она использовала только доброжелательные души, чтобы вызвать бурю, но в тот день мне нужно было взять сердце бури, поэтому мы решили, что будет лучше использовать тёмную душу. Одним монстром меньше. Должно быть, это привело его прямо к нам, — он поднялся на ноги, чувствуя прилив адреналина, несмотря на усталость, охватившую всё его тело. — Мы должны что-то сделать. Я принёс магию. Мы должны начать планировать нападение, спасение.
Зефир протянула руку в красной перчатке.
— Успокойся, Торн, — сказала она. — Давайте начнём с торгов и посмотрим, к чему это приведёт.
Он перевёл взгляд с водяной ведьмы на членов своей команды и был рад увидеть решимость и мужество, с которыми они смотрели прямо на него. Они найдут её. Они не остановятся, пока не приведут её домой. Он был уверен. Вот что даёт семья.
* * *
Время бежало само по себе. Долгие часы Аврора проводила наедине с собой, а Повелитель бурь занимался бог знает чем. С её растянутым и связанным телом, она была во власти стихий. Кожа вокруг её губ стала сухой и потрескавшейся. Она не могла вспомнить, когда в последний раз ей давали пить воду. Вчера? Может быть, за день до этого?
Её бледная кожа не шла ни в какое сравнение с пылающим над головой Каэлирским солнцем. Ей казалось, что оно скоро её зажарит. Она пыталась сосредоточиться, сохранить свои границы, найти заслуживающую доверия душу и скрыть всё это от Повелителя бурь, но её способность концентрироваться быстро ухудшалась.
В первый день она так много думала, так волновалась, но теперь очень быстро уставала. Она спала чаще, чем бодрствовала. Тёмные пятна омрачали её зрение, а голод превратил её живот в грызущее, урчащее чудовище. Каждый миг она чувствовала, что вот-вот расплачется, но была совершенно уверена, что в ней осталось слишком мало жидкости, чтобы плакать. Она распознала признаки обезвоживания после первого столкновения с Зефир, только на этот раз симптомы появились не внезапно. Они медленно догоняли её, заставляя ревновать к быстрому страданию, которое она испытала от рук водяной ведьмы.
Именно беспомощность сводила с ума больше всего. Она не могла ни почесаться, ни изменить позу, когда болело тело, ни избежать палящего солнца, когда стучало в голове. Она попыталась заставить себя думать о чём-то другом, забыть о боли, жажде и голоде, но постоянный гул духов вокруг неё был слишком отвлекающим. Она боялась, что если позволит себе расслабиться, то никогда не найдёт дорогу назад. Так что она жила с болью каждое мгновение.
Она никогда не думала, что будет жаждать появления Повелителя бурь, но это случилось. Он редко бывал в лагере, а если и бывал, то не совсем с ней. Он существовал в реальности, которую она не могла видеть, он постоянно взаимодействовал с душами вокруг него, но он был настолько искуснее, что не давал ей ничего слышать. Потом он уходил с решительным выражением в глазах, и она никогда не знала, как долго он будет отсутствовать. В первый раз он оставил её почти на два полных дня.
 
Тогда она ещё была достаточно разумна и рассудительна, чтобы беспокоиться обо всём, что может пойти не так в его отсутствие. Она была лёгкой добычей для любого животного, которое могло бродить рядом. Если бы разверзлась природная буря, у неё не было бы никакой возможности найти укрытие, никакой возможности защитить себя вообще. Чистое безумие от невозможности отмахнуться от насекомых, которые садились ей на глаза и нос, заставляло её кричать и умолять его вернуться. Может быть, она так и сделала, мысленно, и даже не поняла этого, потому что вскоре после этого он снова пришёл. Его одежда была перепачкана кровью, и он даже не потрудился взглянуть на неё. Он просто прошёл мимо неё и вошёл в реку, чтобы искупаться.
Она старалась не думать о том, что может означать эта кровь. Был ли Киран всё ещё где-то там, ищет ли её? Неужели он подобрался слишком близко? Богиня, судороги голода сочетались с мучительным дискомфортом страха, и она поняла, что всё ещё может плакать.
Когда Повелитель бурь вернулся в лагерь, на нём был мундир солдата Локи, хотя он был весь в чёрных обугленных пятнах и дырах. Она не хотела выглядеть слабой, но отчаяние перевесило расчёт.
— Воды, пожалуйста, — прохрипела она.
Повелитель бурь дёрнулся от её вмешательства, как будто совершенно забыл о её присутствии. Но он сделал, как она просила, вытащил бурдюк с водой и направился к ней. Он поднёс его к её губам, и дал ей попить. Она была слабой и неуклюжей, и вода стекала по её подбородку, но она не возражала. Вода приятно холодило её сгоревшую кожу. Она пила до тех пор, пока бурдюк не опустел, и едва сдержалась, чтобы не попросить ещё.
— Я… я думала, ты будешь учить меня, — пробормотала она, снова падая на землю, измученная одним лишь поднятием головы, чтобы напиться.
— Научу, — сказал он. — Когда придёт время.
— Ты можешь освободить меня? Хотя бы ненадолго. Тебя так долго не было, и мне нужно… мне нужно…
Список того, что ей было нужно, был бесконечен, но единственное, что приходило ей в голову в тот момент, это мысли о Киране и пропитанной кровью одежде, которую носил Повелитель бурь, появившись в лагере. Ей нужно было знать, что он в безопасности.
— Ты должна чувствовать себя беспомощной и одинокой, — отрезал он. — Вот так всё и начинается. Только когда ты по-настоящему одинок, когда от тебя отказались те, кто любит тебя, и те, кто должен защищать тебя, и бросили твои товарищи… вот тогда ты узнаёшь ценность своего дара.
— Это то, что случилось с тобой?
— Локи позаботились об этом. Оставили меня умирать в джунглях. Они не знали, что я никогда не бываю один. Спасибо богине.
Он ушел раньше, чем она успела попросить еды, и её желудок резко сжался в знак протеста. Она всё ждала и ждала, надеясь, что он вернётся с другой лисой, кроликом или птицей, но когда она собралась с силами, чтобы обыскать души в окрестностях, она не нашла его, чёткой и запутанной.
Вот тогда-то она и закричала. Она взвыла к небу, её горло саднило, и всё в ней содрогалось от непревзойдённого страха и ярости. Она кричала до тех пор, пока птицы не разлетелись с окружающих деревьев, и водоворот в её груди не превратился в изнеможение. Это было приятно. Но это лишь снова погрузило её в сон.
Проснувшись в следующий раз, она увидела темноту и дождь, которые пытались поглотить её целиком. Земля под ней стала грязной, а поток был таким сильным, что ей казалось, будто она тонет на суше. Каждый раз, когда она пыталась дышать, её заливало водой, она поворачивала голову в сторону, задыхаясь, но это повторилось снова, тогда начала образовываться лужа, поднимаясь всё выше и выше, пока всё её тело не оказалось почти под водой, и ей пришлось напрячь шею, чтобы дышать.