Бьёрн Магнуссон (СИ)

— Ладно, пойду я, — очнулась от тяжёлых мыслей мадам Помфри. — Великий Мерлин, что только не случается в Хогвартсе. — В последний раз, покачав головой, женщина ушла к себе.
— Фух, — облегчённо выдохнул Дамблдор и довольно откинулся в кресле.
Помфри была очень упряма и в своей вотчине не терпела авторитетов. Но Дамблдор знал подход к школьному целителю и беззастенчиво пользовался её добротой. Стоило только расписать, как жалок и несчастен маленький оборотень, как медсестра тут же загорелась ему помогать несмотря на вполне действительную опасность. Вызвав домовика, Альбус приказал принести ему чай и мармелад. Следовало обдумать ещё несколько идей.
***
Хэллоуин на Слизерине отмечали с размахом. Старшекурсники украсили гостиную, принесли сливочное пиво из Хогсмида, а для декана заказали на Косой аллее «Старое Огденское» и жестяную коробочку засахаренных ананасов. Многие студенты знали слабость Слизнорта к этим сладостям, чем периодически пользовались.
Бьёрн и его соседи установили в самом центре гостиной огромный торт-тыкву. Та строила всем злобные гримасы, рычала и сверкала потусторонними огоньками. Вокруг неё поставили подарочные коробочки с «Бодроперцовым» зельем и на каждой была написано: «Любимому Факультету от первокурсников 1971».
После ужина весь Слизерин собрался в гостиной, пришёл и декан. Бьёрн попросил домовика поухаживать за всеми, и счастливый Типли мелькал везде. То, подливая в бокалы напитки, то, подкладывая кусочки праздничного торта. Подарки вызвали живейший интерес у всех, а когда студенты узнали, что зелье было проверено и получило одобрение у мадам Помфри, то от подарка не отказался никто, даже Слизнорт. А когда декан узнал, что зелье сварил первокурсник, то долго разглядывал Снейпа и восхищённо качал головой. Правда, носатый полукровка и тут умудрился всё испортить, выдавив сквозь зубы, что ни в чьём признании не нуждается. И хотя он бурчал это себе под нос, но, к его несчастью, Слизнорт обладал хорошим слухом и типичной для слизеринца, злопамятностью. Он сделал вид, что ничего не слышал, но смотреть доброжелательно на Снейпа, тут же перестал.
На следующий день после факультетского праздника Бьёрн выловил своих знакомых и подарил по флакончику обоим. А чтобы остальным не было обидно, ещё два, торжественно вручил Римусу и Питеру.
— А ты что такой бледный? — Бьёрн удивлённо посмотрел Люпина. Остальные ребята тоже стали с тревогой его разглядывать.
— У меня наследственное заболевание, — натянуто улыбнулся Римус. — Раз в месяц плохо себя чувствую. Мадам Помфри обещала за мной приглядывать в этот день. Примерно третьего декабря, если судить по ощущениям, — он неосознанно передёрнулся.
— Это не заразно? — Питер постарался незаметно отодвинуться от Римуса подальше.
— Только в этот день, — хмыкнул Люпин. — Поэтому я буду проводить его в одиночестве, под контролем мадам Помфри.
— А может, выпить «Бодроперцового» и всё пройдёт? — предложил Бьёрн.
Лицо Люпина скривилось на мгновение, и он неосознанно передёрнул плечами:
— Я ещё не встречал таких зельеваров, что способны сварить эликсир от моей проблемы.
— Не кисни, Рем, — хлопнул его по плечу Джеймс. — Мы что-нибудь придумаем. Да и нужный зельевар, рано или поздно, найдётся. Это магия, приятель. Для неё нет ничего невозможного!
Последние слова он выкрикнул слишком громко, чем вызвал недовольство пролетавшего мимо привидения.
— Чего вы так раскричались, молодой человек? — сердито напустился на Джеймса, Почти Безголовый Ник. — Это обитель знаний, а не стадион для квиддича.
— Извините, сэр, — излишне почтительно поклонился Джеймс, пряча лукавую улыбку. — Я только сказал, что для магии нет ничего невозможного.
— Эх, молодость, — хмыкнул невесело призрак. — Если бы всё было так... Я бы не мучился до сих пор с почти отрубленной головой, а как все нормальные призраки, гордо носил бы её в руках или держал подмышкой.
В этот момент его голова оторвалась от шеи и повисла на тоненьком лоскуте прозрачной эктоплазмы.
 
— Фу! — заорали все первокурсники, а призрак довольно хохотнул и улетел сквозь стену.
— Вот же любитель плохо пошутить, — недовольно скривился Питер.
— Это вы ещё на Пивза не нарвались, — хмыкнул Бьёрн.
— Слышали про него, — хихикнул Сириус. — Он, говорят, водой может облить или мелом обсыпать.
— Ага, — подтвердил Магнуссон. — Только наше факультетское привидение — Кровавого Барона, полтергейст боится. Поэтому слизеринцев не трогает.
— А почему его так зовут? — удивлённо спросил Питер.
— Да он весь обляпан кровью, — ухмыльнулся Бьёрн. А так, даже не знаю. Я не интересовался его историей. Я в основном про заклинания читаю.
За этими разговорами они дошли до Большого зала и отправились каждый к столу своего факультета.
Время до рождественских каникул пробежало незаметно. Бьёрн с помощью окклюменции, стал осваивать знания ещё быстрей. По Чарам он успел выучить теорию за все семь курсов, но сил применить что-то выше третьего, по-прежнему не хватало. Правда, во сне ему запомнился один ритуал усиления источника и укрепления магических каналов, который проходили его предки в этом возрасте, и Бьёрн решил его провести во что бы то ни стало. Ритуал был сложен и даже опасен. Чем сильнее противник, участвующий в ритуальном поединке, тем выше была награда.
— Запомнили, — строго посмотрела профессор Макгонагалл на детей, уезжающих домой на праздники. Среди них был и Магнуссон. Все внимательно слушали декана Гриффиндора.
— Никакого колдовства на каникулах! — продолжала Макгонагалл. — Ваши палочки отслеживаются Министерством Магии и в случае нарушения, вас могут отчислить.
Конечно,не все понимали, что её грозные слова относятся только к магглорожденным или полукровкам, живущим среди простых людей. Но тем не менее более родовитые дети, собирались воспользоваться её требованиями, чтобы не заниматься ещё и на каникулах.
В купе сидели той же компанией, только Вега предпочла ехать с подружками в другом вагоне.
— Бьёрн, — серьёзно посмотрел на него Поттер, раскладывая на столе игральные карты. — Скажи, пожалуйста, как ты относишься к Снейпу? Этот тип неуважительно отнёсся к нашей компании. Не то, что было очень обидно, но…
— А мне поведение этого слизняка показалось весьма оскорбительным, — прервал его более несдержанный Сириус. — Извини, Бьёрн. Мы ему значит, привет, Северус, говорим. А он в ответ скорчил такую морду, будто под ногтями грязь какую разглядывает! Отвернулся гад молча и мимо прошёл. Да за подобное пренебрежение и на дуэль вызвать можно!
— А что ж не вызвал? — поддел его Бьёрн.
— Дуэли в Хогвартсе запретили, — вздохнул Блэк. — Можно на отработки влететь.
— Да делайте с ним, что хотите, — Бьёрн безразлично пожал плечами. — Я несколько раз Снейпу помогал, не скрою. Даже от ваших старшекурсников спас. Но в ответ, и простого «спасибо» не услышал, а наоборот, требование не вмешиваться в его дела. Так что, если вы решили проучить носатого засранца, я спасать его не нанимался. Снейп за эти полгода прекрасно дал понять, что ему никто из друзей не нужен.
— Он только к своей подружке бегает, чем Джеймса ещё больше раздражает, — сдал друга Сириус.
— Ой, ну не надо придумывать лишнее, — шутливо пнул его Джеймс. — Хотя да. Лили с нашего факультета, а общается с этим... этим, — он даже не нашёл слов, чтобы выразить своё возмущение.
— Счастливым соперником за её внимание? — засмеялся Бьёрн.
— Ой, вы достали, — закатил глаза Джеймс. — Она меня терпеть не может, а дружит только со Снейпом. Давайте уже в «подрывного дурака» играть.
Он первый схватил карты и спрятал за ними порозовевшие щёки.
В семь вечера поезд прибыл в Лондон, и друзья распрощались. Джеймса сразу забрали родители, а за Блэками пришла Беллатриса. Она дружелюбно кивнула Бьёрну, взяла за руки Сириуса и Вегу, а потом мгновенно трансгрессировала сразу с обоими детьми. Бьёрн восхищённо покачал головой. Освоить аппарацию было его мечтой, но Флитвик сразу объяснил, что этому учатся только на последних курсах, да и то, далеко не всё. А уж для того чтобы перемещаться пусть даже с маленькими, а потому и лёгкими детьми, надо обладать серьёзной магической силой. Но видимо, с этим у симпатичной Беллатрисы Блэк проблем не было.