Осмелься (ЛП)

Я начала планировать эту вечеринку три месяца назад, почти сразу после того, как взяла на себя управление "Саммерлендом", и вот, наконец, эта ночь наступила. Я хочу, чтобы этот очаровательный ресторан на берегу океана напоминал сверкающий ночной клуб эпохи Возрождения Гарлема с тропическим уклоном.
Вся семья Фокс, мои братья и сестры приехали несколько дней назад, за исключением Нив, которая проводит неделю с моими племянницами у бабушки и папы. Как только вечер начнется, я официально окажусь в отпуске, а ведь я обещала себе, что буду наслаждаться вечеринкой, которую так старательно планировала. Я снова осматриваю помещение и не чувствую ни малейшего напряжения. Все идет идеально.
"Стелла!" сердитый голос Кэша раздается за моей спиной, и я оборачиваюсь, резко оборачиваясь к нему за то, что он разрушил мой момент.
"Внутренние голоса", - говорю я, и он скрипит зубами, раздражение резко вспыхивает на его лице.
"Мы на улице". Он с досадой проводит рукой по волосам, а потом его взгляд сужается на кого-то позади меня. Оглянувшись через плечо, я вижу Джульетту, разговаривающую с одним из сотрудников.
"Тебе действительно нужно прекратить это делать". Я скрещиваю руки.
"Что делать?" Он кривит губы, а его глаза остаются приклеенными к ней.
"Выглядеть так, будто ты готов совершить убийство каждый раз, когда видишь ее". Чувствуя себя защитником Джульетты, я замечаю: "Ты даже не тот, кого она ударила ножом".
Лохлан легко простил ее, когда узнал ее предысторию. Теперь она ведет занятия в "Либидине" специально для других выживших, чтобы они могли исцелиться и вернуть себе силу с помощью кинка.
Кэш наконец возвращает свой взгляд ко мне. "Где этот сукин сын?"
Я наклоняю голову. "Ты должен быть более конкретным".
"Мой брат-засранец". Его брови нахмурились, и он настороженно посмотрел мне за спину.
Я сдерживаю улыбку. "Еще конкретнее".
"Гребаный Лох, черт возьми, я убью его!" Его телефон звонит, и он со злостью вырывает его из кармана, ударяя пальцем по экрану, чтобы завершить вызов. "Он разместил мой личный номер на сайте для наемных священников, и теперь мне звонят без остановки, потому что, судя по всему, я единственный, кто проводит свадьбы бесплатно".
Я разражаюсь смехом, когда, как по команде, его телефон снова звонит. Он испускает яростный крик и сжимает телефон до побеления костяшек, словно может разбить его в кулаке.
"Откуда ты знаешь, что это я?" Мой желудок вздрагивает от знакомого голоса, и я оглядываюсь на Кэша, чтобы увидеть приближающегося Лохлана. Я все жду, когда бабочки рассеются, когда мое сердце перестанет прыгать каждый раз, когда он входит в комнату, но этого пока не происходит.
Особенно когда он подходит ко мне с ухмылкой, столь же разрушительно красивой, сколь и высокомерной. Заметив, что я его разглядываю, он причмокивает, а затем проводит рукой по своим свежим усам. Не сводя с меня глаз, он пропускает удар Кэша, и я вырываюсь вперед, чтобы обхватить его запястье.
"Это не гребаный Фантом". Я отбрасываю его руку и высоко поднимаю подбородок. "Вы можете устроить драку на пляже позже и вне поля зрения гостей. Ваше мачо-тестостероновое дерьмо не испортит мою вечеринку". Я устремляю взгляд на них двоих. Кэш закатывает глаза, нехотя кивая, а Лохлан одаривает меня расслабленной улыбкой1.
Кэш тычет пальцем в лицо брата. "Ты единственный человек, достаточно глупый и склонный к мазохизму, чтобы сделать что-то подобное".
"Эй, это точно сделала бы Реджи, а она, наверное, самый умная, блядь, человек на этом острове. А вот насчет мазохиста я не знаю. Надо будет спросить у Роана". Лохлан усмехается. Кэш продолжает безмолвно пылать, поэтому он добавляет: "Согласись, это хотя бы немного забавно".
Кэш сжимает и разжимает кулаки. "Я признаю, что это смешно, когда ты снимешь это". Он быстро поворачивает голову, пытаясь скрыть ухмылку, с которой, как я вижу, он справляется, и уходит.
 
Лохлан опускает взгляд на мое тело и, положив руку мне на бедро, притягивает меня к себе. Его глаза дымчатые и темные. "Ты чертовски красива". Его низкий, грубый шепот царапает мою шею, и мой живот сжимается.
Резкая трель привлекает наше внимание, и мы оба смотрим вниз по дощатому настилу на Кэша. Он не перестает идти, доставая из кармана телефон и беззаботно бросая его в океан.
"Оп". Мои брови взлетают вверх. Сдерживая смех, я смотрю на Лохлана.
Он пожимает плечами и говорит: "Он мог бы просто поставить его на режим "не беспокоить"".
Я падаю ему на грудь, смеясь, и он обхватывает меня руками. Я вдыхаю его успокаивающий аромат, смешанный с морским бризом, и сразу же чувствую себя теплее. Лохлан излучает уникальное тепло. Такое, которое оседает у меня в животе и заставляет мое сердце чувствовать себя светлее, больше. Это успокаивающее сияние, которое горит сильно и ровно, не становясь при этом знойным или навязчивым.
Я держу ладони на его животе, отстраняясь. Бросив на него коварный взгляд, я шепчу, словно это секрет: "Шоколадные конфеты для сегодняшнего вечера находятся в холодильнике на кухне".
"Не хочешь немного проконтролировать качество, Стелла Мэй?" Он улыбается уголком рта, его глаза мягки и полны обожания.
"Пойдем". Я хватаю его за руку и тащу за собой через людей, которые все еще занимаются подготовкой. У меня уже пересохло во рту при виде декадентских трюфелей и шоколадных бочонков, наполненных первоклассным ликером. Я видела их, когда их доставили сегодня рано утром вместе с остальными ингредиентами для сегодняшнего меню. Присыпанные съедобными блестками и украшенные изящными узорами и золотой фольгой, они почти слишком красивы, чтобы их есть. Почти.
Я вбегаю в дверь кухни, взволнованная и...
Лохлан врезается мне в спину, когда я резко останавливаюсь. "Что еще за хрень?"
На кухне, где обычно царит оживление и суета, пусто из-за поломки газопровода. Пусто, если не считать нас и полдюжины пивных бочонков.
"Это стильная вечеринка", - ругаю я, поворачиваясь, чтобы хлопнуть его по плечу. "Мы же договорились, что не будем превращать это в братскую пляжную попойку".
Он пытается слабо улыбнуться. " Всего лишь немного Гиннесса".
"Немного? Здесь почти сто галлонов". Я знаю, что звучу заносчиво, но мое сердце не может не замирать. После всех усилий, которые я приложила к этой вечеринке, нашему первому большому событию в качестве новых владельцев, я буду огорчена, если она превратится в дикую попойку. Она и так будет неуправляемой, если на ней будет присутствовать вся семья Фокс.
"Ты права", - искренне говорит Лохлан, его руки находят мои бедра. "Наша семья здесь еще целую неделю. Уверен, мои братья не будут возражать против дополнительных запасов". Он толкает меня на шаг назад, и я оглядываюсь через плечо на тележку с обслуживанием номеров, с которой столкнулась. Она единственная в ряду из четырех, не заставленная подносами, полными пустых фужеров из-под шампанского, готовых к сегодняшнему вечеру.
"Это твоя вечеринка, красотка". Он проводит губами по кончику моего носа. "Я не могу дождаться, чтобы посмотреть, как ты будешь блистать".
Я неосознанно провожу пальцем по его воротнику, а его пальцы впиваются в плоть моего бедра. Полуприкрытые глаза опускаются к моему рту, и он выдыхает воздух из носа, когда я смачиваю нижнюю губу.
"Думаю, не будет концом света, если один из бочонков каким-то образом откроют... .", - я осекаюсь, когда его рот опускается к моей шее, и он прижимает меня к тележке своими бедрами. Он нащупывает мой пульс, а его руки начинают медленно задирать мою юбку. Я тихо стону, выгибаясь в его руках, когда ткань сжимается между нами.