Я попал в свою же книгу! Том 1 (СИ)

- Я делаю всё ради клана.
Харуки отвёл свой взгляд. Неспособный смотреть на обвиняющие его материнские глаза.
- Я знаю, - вздохнул Харуки. – Мы с Акирой это знаем, потому и стремимся тебе помочь.
- Она тоже хочет пойти войной на «Золотые Ворота»?
- Ей просто любопытно.
- Ты испортил её, - вздохнула Киёко. – Мне казалось, что более кровожадной личности, чем я и ты не найти, но вот родилась Акира…
Аура вокруг Киёко стала спокойнее и Харуки улыбнулся, когда беседа свернула в более расслабленную обстановку.
- Если «Золотой Дракон» действительно чего-то стоит, то я подумаю ещё раз, но если это станет крахом нашей семьи, то…
- Я сделаю харакири.
Харуки сказал это твёрдо и без сомнений.
- То я приму ответственность на себя, так как являюсь главой, - усмехнулась сыну Киёко. – А ты на моих ошибках будешь обязан учится, мой любимый наследник.
- Хорошо, мама…
«Чёрный Сердцеед» не мог противится воли своей матери.
- А это правда, что твои родители убиты моим отцом? – спросил Лак.
После очередного рабочего дня мы сидели с ним в его кабинете, пока сопровождающая меня везде Апрель убивала время с Виктором и Настей в баре.
- Естественно нет, они умерли обычной смертью, - нахмурился я. – С чего ты вообще в это поверил? Я это выдумал, чтобы они думали, что у меня есть сильный резон убить твоего отца.
Иногда наивность Лака меня пугает. Он не тупой, но слишком сильно полагается на обстоятельства и ведёт себя довольно рассеянно.
- Просто, это так воодушевило некоторых высших офицеров… - вздохнул Лак. – Смог бы я также воодушевить их?
- С хорошей ложью, конечно.
В последнее время Лак ведёт себя неуверенно и постоянно спрашивает: «А смог бы я?». Как самонадеянность сочетается с неуверенностью в его теле?
- Тем более не стоит верить в их воодушевление, они просто улыбнулись тому, что кроме них кого-то ещё не устраивает Мидас. Если они поймут, что у нас не так много ресурсов, чтобы победить главу, то тут же предадут нас ради собственных шкур.
- Не знаю, - пожал плечами Лак. – Илья выглядел очень счастливым, когда ты его поддержал. Мне кажется его сердце захватить ты смог.
Тот высший офицер действительно казался другим. Пока остальные юлили и сомневались доверится ли мне, он почти сразу согласился и только ожидал команды, чтобы помочь нам в мятеже.
- Ты всё ещё хочешь их сдать, отцу? Может с их силой мы можем победить? Надеяться на иностранцев мне не очень хочется, а с ними…
- Нет, - прервал его я. – Мидас только и ожидает, что удара в спину, поэтому бессмысленно пытаться убить его простым заговором. Нам необходима помощь извне.
Я не рассказал ему о том, что переговоры с «Чёрными Йокаями» не состоялись. Мне просто не хотелось с ним этим делится и заставлять сомневаться во мне.
- Кленс попросил убедится в их желании предать Мидаса… - мягко сказал Лак.
- Он хочет оставить как можно больше высших офицеров в живых, - улыбнулся я. – Похоже старик понимает, что потеря сразу шести сильно ослабит синдикат.
- Ага, - неуверенно кивнул Лак. – Ещё он считает, что ты тоже можешь быть потенциальным предателем.
Он ожидал, что я удивлюсь? Почему он с лёгким опасением на меня смотрит?
- Что ты так смотришь? – закатил глаза я. – Это очевидно, что он видит во мне конкурента, поэтому будет вбрасывать подобные мысли в голову Мидаса.
- Но как ты хочешь заставить их окончательно предать главу? Многие, как ты и сказал действительно сомневаются.
- Сказать каждому, что мы все едины, - пожал плечами я. – Каждый из них будет думать, что другой поставил всё на кон и будет делать вид, будто согласен. Это простая психология масс, которая я надеюсь сработает с ними. Благодаря сильной лояльности Ильи провернуть такой трюк не столь сложно.
- А ты действительно умён, - обнадёженно улыбнулся Лак.
- Легко быть гением среди идиотов.
- То есть я идиот?
Лак с лёгкой обидой посмотрел на меня.
- Если ты это понял, то значит не идиот. Хотя у меня другая позиция относительно этого: «Я идиот и горжусь этим».
 
- Чего? Ты называешь себя идиотом? – опешил Лак.
- Ага, - кивнул я. – Мы все идиоты. Ты, я, учёные и простые люди. У каждого из нас ограниченный запас знаний, поэтому мы все в чём-то идиоты. Но соль этой позиции в другом, если ты идиот, то должен постоянно думать, чтобы перестать им быть. Стремится к знанию, иными словами, но так как оно бесконечно ты вечный идиот, стремящийся перестать им быть.
- Я ни хера не понял… - потёр свою голову Лак. – Ты это сказал, чтобы я не обидел, что ты меня идиотом назвал?
- Видишь, ты не идиот, - усмехнулся я.
«Я идиот, но не позволю другим себя таким называть!» - моя настоящая позиция, но её ни к чему ему знать.
Лицо Лака сейчас было расслабленным после нашего лёгкого разговора.
- Ты всё ещё хочешь убить отца? – спросил внезапно я. – Если ты сомневаешься, то мы можем отменить наш заговор.
Если он засомневается, то я вычеркну его из заговора.
- Это проверка? – спросил хитро Лак.
- Нет, - вздохнул я. – Просто убить отца, это…
- Это естественно, когда это Мидас, - прервал меня Лак. – Мой отец ублюдок, который сгубил не одну сотню жизней. Он загубил мою жизнь и жизни других людей. Если я убью его, то жизнь станет лучше.
Впервые я слышал в его голосе столько гнева.
- Что он тебе сделал?
Неужели, он действительно будет надёжным союзником?
- Много чего, - помотал головой Лак. – Первое что приходит на ум, как он убил отца моего одноклассника, который обидел меня в школе. Мне было всего десять лет, и его сын ударил меня вовремя переменны. Тогда мне захотелось поддержки отца, и я пожаловался ему. Знаешь, что он сделал? Он обозвал меня слабаком, привёл в наш муравейник отца моего одноклассника и казнил того на моих глазах. Отец назвал это защитой меня, но единственное, что он защищал это свою гордость, ведь его «семя» обидели.
- Что стало с твоим одноклассником?
- Не знаю, - вздохнул он. – Может его тоже убили, но после смерти отца тот перевёлся в другую школу. Мне хотелось его любви, но она привела лишь к чужой и бессмысленной смерти.
- Спасибо.
Лак опешил и посмотрел раскрытыми глазами на меня.
- С чего это ты? – удивился он.
- Спасибо, что ты на моей стороне.
Он чем-то напоминает мне друга из моей прошлой жизни. Тот тоже ненавидел отца, но по другой причине. Отец моего друга был просто алкоголиком, который бил свою жену и оставил огромное количество психологических травм на нём.
- Не за что, - кивнул Лак. – Мы с тобой в одной лодке и оба горим желанием избавить этот мир от очередного ублюдка.
 Глава 37. Глупая пташка 
- Аластора, я попрошу остаться…
После занятия мы с Марией остались наедине в комнате. Она выпроводила Апрель из кабинета железобетонным аргументом: «Апрель, хочешь присоединится и с нами подготовить следующую лекцию?». Это был лишь предлог Марии отвязать её от меня.
Услышав такой аргумент Апрель со скоростью света покинула кабинет на этот раз решив обедать с Элизабет без меня.
Преподаватель артефакторики с беспокойством смотрела на меня.
- И как всё прошло вчера?
- Ужасно, правительство не будет меня защищать.
Стоит всегда помнить свою ложь. Поэтому лучше говорить правду, ведь её в отличии от лжи не необходимо постоянно держать в голове. Увы правда при этом менее надёжна.
- Что? – удивилась Мария. – Но это ведь…
Она хотела сказать, что это его долг защищать граждан, но похоже в последний миг вспомнила в каком мы государстве.
- И что ты планируешь делать? Мой дом всё ещё готов тебя принять, как и Апрель.
- Не нужно, - помотал головой я. – Я попрошу защиты у ЧГА своего муравейника. В крайнем случае попрошу их подделать мою смерть по программе защиты.
- Это менее надежно, чем жить со мной. Почему ты так не хочешь принимать мою помощь?