Иштаран. Начало (СИ)

— Что мне твое спасибо?! — зло крикнула девушка, рассекая еще одного мертвяка. — У меня маны еще на три лечения! Как мы будем валить этого урода?!
Вопрос был, конечно, к месту. Я воткнул посох между камней, схватил меч и, увернувшись от подошедшего утопленника, сблизился с Черномором и, сопровождая Изгнанием на последнюю ману, резанул его по гнилому животу.
Поступил я, прямо скажем, не слишком разумно. Я забыл, что чем выше уровень нежити, тем слабее работает Изгнание, так что Черномор, вместо того, чтобы застаниться на полторы-две секунды, залип едва ли на пол. К тому же я был по пояс в бушующем море, так что как бы ни был неуклюж удар когтистой то ли лапы, то ли ласты, увернуться от него я не смог.
Меня будто огрели бревном по затылку. Я ничком свалился в бушующее море, выронив меч. Выносливость просела от удара, я глотнул ледяной соленой воды, тут же сковавшей грудь. Вообще-то я хорошо плавал, и всегда чувствовал себя в воде уверенно. В спокойном море в реале. Сейчас же закономерно запаниковал.
Ничего не соображая, я стал барахтаться и бултыхаться, желая только одного: глотнуть воздуха.
Воистину, виртуальная реальность позволяет пережить опыт, который едва ли переживешь в реале. Только иногда такой опыт даром не нужен.
До спасительной поверхности воды оставалось совсем чуть-чуть, я почти дотянулся. Но в этот момент перед моим лицом возникли пустые рыбьи бельма. Утопленник вцепился мне в горло когтистыми лапами и навалился всем весом, погружая меня обратно в свинцовую черноту воды.
Вы когда-нибудь захлебывались насмерть? Желаю всем мужчинам это пройти. Это не дизлайк, это п****ц.
Появившись на круге возрождения, я по инерции свернулся калачиком, судорожно вдыхая благословенный воздух сквозь кашель. Перед глазами было темно, а грудь до сих пор наливалась тяжестью.
Пришел в себя я, наверно, только минуты через две. Медленно поднялся на четвереньки, а потом тяжело уселся на плиту респауна. Перед глазами до сих пор стояло уродливое рыбье лицо моего убийцы. Неприятно, однако!
Я потряс головой, отгоняя наваждение, проверил свое состояние. Обычное посмертное десятипроцентное снижение статов и потеря опыта, ничего необычного, кроме моральной травмы. К тому же я был совсем сухой и по скорой ревизии инвентаря, не потерял ничего ценного, кроме меча и посоха, которые остались у моих соратников.
Но надо было спешить им на помощь, иначе не светило нам поднять экспы. Осталось только понять, в какую сторону идти.
К счастью, точка возрождения оказалась почти на самом морском берегу. Я слез со скальных осыпей и оказался над черными водами, бьющими в уходящие вниз скалы. Вдалеке по правую руку небо было затянуто черными тучами. Очевидно, мне туда.
Я не ошибся. После пяти минут трусцы я различил рыбацкие домики, а потом и суетящиеся на берегу фигуры моих товарищей.
— Ну что, некромант? Донекромантился? — Греттель наехала на меня, стоило мне только приблизиться.
Мои спутники отступили на берег и отражали без конца прущие из воды волны нежити. Сам Черномор, к счастью, из воды вылезать не спешил, так что мы были вне зоны действия его губительной ауры. Но утопленников он призывал с завидным постоянством, к тому же щеголял почти полной полоской хитов.
— Что делать-то будем, кастун хренов? — не унималась ведьмачка. — По старой схеме, только теперь точно сливаемся?
Мана у меня восстановилась, пока я бежал с респа, так что можно было попробовать взять босса измором: закидывать Изгнаниями на всю ману и отступать, дожидаясь восстановления. Но нежить все равно продолжит лезть, а ребята уже были на грани. К тому же неизвестно, какие у босса могут быть абилки.
— Эй, Нергаш, что мне делать? — от отчаяния обратился я к молчаливому последнее время духу великого некроманта.
На этот раз череп, на удивление, снизошел до ответа.
— Нужна жертва. Жизнь за жизнь, смерть за смерть.
И снова умолк. Но я, думается, понял, что он имел в виду.
— Походу, придётся опять приносить жертву.
 
— Ну, я на этот раз точно пас, — поднял руки гном. — Вроде, план был вернуть уровни, а не слить еще больше.
— Я себя тоже не дам, — отрезала Греттель, разрубая очередного зомби. — А если о Пушке заикнешься, яйца откручу!
— Ничьи уровни сливать не будем. Принесем в жертву старика-непись.
А про себя подумал, как бы не профукать квест, если станет некому его сдавать.
— Нет. — Аркан точным ударом снес голову утопленнику и повернулся ко мне, вперив в меня горящий глаз. — Смерти все равно, чью душу забирать. Возьми меня, но пусть старик живет.
Признаться, от такого заявления непися я опешил.
— Но нам нужна твоя помощь в бою, твои знания, — возразил я.
Воин в ответ продолжал молча смотреть на меня, только костяшки побелели от того, что он крепче сжал рукоять топора.
Репутация с Арканом уменьшается на 10. Текущий уровень 110 из 500 (дружелюбие).
Да, с этим дядькой шутки плохи.
— Ну что ты там застрял? — крикнула Греттель, отбивать от новой волны мертвецов.
— Хорошо, будь по-твоему, — выдохнул я, доставая свой нож для резьбы по дереву. В последнее время, правда, резать им приходится кое-что другое.
Северянин приблизился ко мне, схватил за загривок и, прижавшись лбом к моему лбу, заглянул мне в глаза. От неожиданности я чуть не обделался, но постарался взять себя в руки. Очень жесткий мужик.
— Прошу тебя, освободи мою землю от проклятья, — тихо сказал он, не сводя с меня взгляда.
— Хорошо, — проблеял я.
— Клянись, колдун! — он крепче сжал мою шею. — Я хочу знать, что отдаю свою жизнь не напрасно!
Я сглотнул и уже твердо ответил:
— Клянусь перед лицом старых богов избавить Северный край от мертвецов.
Так же внезапно, как схватил, Аркан отпустил меня и встал передо мной, задрав голову.
— Бей.
Меня замутило. Одно дело резать игроков, зная, что снимешь у них пару уровней, и совсем другое — убить персонажа, который очень помог за последнее время, и который стал частью команды, хоть и был заскриптованной неписью.
— Ну же, бей!
— Да делай уже что-нибудь! — взвизгнула Греттель. Я мельком углядел, что здоровья у нее осталось на донышке.
— Блуда Корва. Блуда Корвани.
Широким движением я провел ножом по заросшему бородой горлу. Горячая кровь мгновенно залила плащ и броню Аркана, мою руку, сжимающую нож. Воин намертво схватил меня за запястье, на губах проступила кровавая пена.
Я смотрел в его единственный глаз и чувствовал, как меня наполняет сила. Это не было одним из бегунков интерфейса на границе зрения, это ощущалось как еще одно чувство, кроме обычных пяти, которые была способна передать виртуальная реальности. Я превратился в единственную мысль: собрать данную мне силу до капли и донести, не расплескав.
Взгляд Аркана мутнел все сильнее, а пальцы слабели, и наконец разжались. Бездыханное тело тяжело грянуло о заснеженные камни.
Я повернулся к Черномору. Восприятие окружающего мира исказилось. Ребята что-то кричали, но я не понимал, что. Во мне бурлила магия, и ее надо было потратить. И я не знал, как.
Самым очевидным вариантом было закидать босса Изгнаниями, но я вовсе не был уверен, что накопленную силу можно распределить на множество мелких кастов. А это было единственное атакующее заклинание против нежити, которое я знал.
И я сделал то, ради чего и затеял прокачиваться в некромантию, получив гримуар бабки-лича. Поднял нежить.
— Мулаэ Нади Иштару Мулаэ!
Мысленно я указал на волны, бушующие внутри круга столбов, и зацепился за труп — один из тех, которые, очевидно, поднимал для нас Черномор.
— Мулаэ Нади Иштару!
Сработало. Первая фраза действительно позволяла выбрать несколько трупов, как я и предполагал. Дальше было дело техники. Продолжая концентрироваться на накопленной энергии, я выделял трупы один за другим, будто щелкая мышью на экране. Сбился я со счета сразу же, но выделил уже несколько десятков мертвецов. Когда выделять больше стало некого, я прокричал, срывая голос: