Лотос (ЛП)

— Мой отец найдет меня, и ты пожалеешь.
Передвинув стул от стены, я сел на него и посмотрел на парня. Его наполненные ужасом глаза распахнулись еще шире, и он начал рассказывать, кто его отец, и что я должен бояться. Этот парнишка ни черта не знал. Его отец был грязным продажным копом, не более того. Его сын, похоже, недалеко ушел от папаши.
— Послушай, вот как все будет… — начал я.
Парень перебил меня, засыпав угрозами. Я закатил глаза. У меня не было времени на это дерьмо, у меня было свидание с очень соблазнительной рыжеволосой красоткой, что ждала в машине.
— …ты отпустишь меня и будешь молиться, чтобы мы не пришли за тобой.
Покачав головой, я достал нож из своего ботинка. Он посмотрел на меня и медленно покачал головой из стороны в сторону.
— Ты отправишься в тюрьму.
Он думал, что напугал меня. Разве он не знал, что большинство моих знакомых и дальних родственников уже там? Я хотел бы, чтобы его слова произвели должный эффект, чтобы я очнулся и понял, насколько то, чем я занимаюсь, неправильно. Так неправильно. Но его слов было недостаточно.
Я начал подергивать ногой, и он подумал, что я обдумывал его слова, но на деле размышлял, куда воткнуть нож. Мне нужно донести до него мысль, и как она дойдет до него лучше всего?..
Этот придурок рассчитывал, что сможет обокрасть нас и легко забрать мои припасы. Какой тупица. Он серьезно думал, что у нас нет охраны? Этот бизнес принес нам больше, чем некоторые отцы богатеньких детишек зарабатывали кровью и потом многие годы.
Бля! Мы снабжали семьи богатеньких детишек. Защита наших активов была необходимостью.
Придурок снова начал говорить, но я уже вышел из себя. Нож вылетел из моей руки быстрее, чем слова из его рта, и угодил прямо в его ногу. Крик разлетелся по комнате. Поднявшись со стула, я ударом быстро вырубил его. Он распластался на полу с открытым ртом, и я, словно ничего не произошло, вышел и захлопнул за собой дверь.
Я потряс руками, и понадеялся, что Лотос ничего не услышала. Когда я вышел из дома, она все еще сидела в машине рядом с улыбающимся Коулом. Они заметили меня одновременно, и Коул выпрыгнул, освободив мое место в машине, что была старым куском дерьма. Тем не менее, она все еще была на ходу. Мы не хотели привлекать внимание покупкой нового автомобиля, поэтому все еще ездили на этом. К тому же, это была машина, в которой я трахнул Лотос… и это были прекрасные воспоминания.
Я завел машину, и мы поехали к моему дому. Я оглянулся на Лотос, она сидела с опущенной головой, сосредоточенная на бумагах в руках. Доехав, я выхватил бумаги, и она, наконец, посмотрела на меня кристально-чистыми зелеными глазами с хитринкой. Я вышел, обошел машину и открыл дверь, выпуская мою девушку. Как только ее ноги коснулись земли, я захлопнул дверь, тут же схватил ее за попку, приподнимая и вжимаясь в ее тело. Затем лизнул ее шею. Лотос вздрогнула, и я понес ее в сторону дома.
Лотос всегда отвечала мне с желанием, с первобытной потребностью, так же как и я. Мы не были парой, которая могла сутками не прикасаться друг к другу. Мы сдерживались несколько часов, пока находились в школе, но с огромным трудом, — туалеты, машины, кладовки для инвентаря — мы находили способы удовлетворить потребности.
В тот момент, когда мы оказались в доме, и позади нас захлопнулась дверь, Лотос откинула голову и обхватила мое лицо. Большими пальцами начала выводить круги, показывая, что я — ее, а она — моя. Нежно поцеловала меня в губы и прошептала:
— Давай утонем.
Эти слова наиболее точно описывали нашу любовь. Тот ее тип, когда люди тонут в любви друг друга.
Я вжал Лотос спиной в стену, а ее ладони так и не отпустили мое лицо. Всегда моя. Удерживая ее одной рукой, второй задрал юбку. Лотос помогла мне, сдвинув трусики в сторону и задрав рубашку, обнажая свою грудь.
Я любил то, как она нуждалась во мне.
Как можно быстрее я стянул свои брюки. В тот момент, когда они коснулись пола, Лотос коснулась моего члена, и я замер. Она позволяла думать, что я веду, пока не взяла контроль в свои руки.
 
Лотос не похожа ни на одну девушку.
Я поцелуями ласкал шею Лотос, удерживая ее у стены. Она толкалась в меня бедрами, желая, чтобы я поскорее трахнул ее, но я стоял неподвижно. Поддразниванием я заставлял ее с жадностью просить большего. Если буду все свое время проводить с ней, наслаждаться ей, то никогда не потеряю, верно?
Тогда я верил в это.
Я коснулся губами ее груди, перехватил запястья и прижал к стене. Лотос практически царапала ногтями стену, пока я жестко посасывал ее грудь. Едва я закончил свою игру и сдался, освободив ее руки из плена, как Лотос начала извиваться. Когда она насадилась на мой член, я крепко сжал ее задницу обеими руками, заставляя быстро двигаться, с силой опускаться на меня. Ее голова откинулась назад, непослушная копна волос рассыпалась по спине и плечам. Объезжая мой член, она толкала свою грудь мне в лицо. Одна моя рука в ее волосах, другая — на самой роскошной заднице… вот это была жизнь!
— Орион…
Мое имя слетело с ее губ, словно я был ее собственным удовольствием. Возможно, так и было, потому что она точно знала, что была моим.
Лотос обмякла, и я отнес в кровать. Она раскинулась на ней с широкой улыбкой на губах.
— Я переезжаю, — заявила она, — ради такого ежедневного веселья.
— Хорошо.
Лотос села, широко распахнув глаза. Она не думала, что я соглашусь. Я старался организовывать наши встречи в других местах, потому что здесь было слишком грязно для нее. Этот дом подходил мне, а Лотос была слишком хороша для этой чертовой дыры.
— Правда?
Я осмотрел обшарпанную комнату со старыми деревянными окнами без занавесок. Краска потрескалась, дерево прогнило. Это был ад — мой ад. Но принял решение Лотос с распростертыми объятиями, может, она вдохнет в это место жизнь. У меня были деньги, чтобы купить что-то получше. Но я не хотел продавать этот дом, так как он был единственным, который я знал.
— Да. — Лотос подпрыгнула и налетела на меня, едва не столкнув с кровати. Она крепко сжала меня в объятиях. — Только представь обо всем сексе, что у нас будет. — Она захихикала.
Я засмеялся вместе с ней. Надеюсь, что смогу продержаться в том же духе. Смогу сохранить секреты, защищая Лотос, чтобы она не смотрела на меня, как это делает остальной мир. Потому что Лотос заслуживает быть счастливой, и, несмотря на все, что происходило в моей жизни, она была единственным светлым пятном в ней.
— Прекрати думать. — Слова Лотос прозвенели в моих ушах. Она коснулась моего лица, сжимая его в ладонях. — Прекрати, — прошептала она и прикрыла глаза, нежно целуя. Лотос была на вкус, как земляника и ваниль. Как и всегда.
— Если бы ты знала…
Она покачала головой, отстраняясь. Глаза, что так хорошо меня знали, не отрываясь смотрели на меня, и я знал, что она скажет мне не волноваться. Так она всегда делала.
— Я здесь, не так ли? Я выбрала, где хочу быть. С тобой. Не беспокойся.
Да, это так. Но я беспокоился. Это было единственное, о чем я волновался. О ней.
Лотос переехала ко мне тем вечером.
Она не могла ждать.
Ее родители были не в восторге. Отец и мать Лотос смотрели на меня так, словно я собирался испортить их дочь, но уже было поздновато. Они умоляли ее передумать, но все, что их дочь сделала, — поцеловала в щеку. Она улыбнулась, беря меня за руку, и мы вышли из ее дома.
***
Незаметно пролетел год. Лотос училась, а я делал то, что умею лучше всего. Лотос подозревала, что что-то происходит, и часто задавала вопрос, откуда у меня взялись деньги, которые я тратил на нее и обустройство дома. Ответ: «от туда» и пожатие плечами — все, что она получала, на что злилась. Это просто дико возбуждало меня, и в итоге приводило к сексу.
Конец второго года стал для нас поворотным.
В тот год секреты, словно пауки, стали пробираться в наш дом сквозь трещины.