Измена. Забудь меня (СИ)
Марк проходит мимо меня.
— С днем рождения, — шепчу, хватая его руку. Зачем-то улыбаюсь.
— Как ты могла.
Его глаза…
Его дикий, до безумия наполненный боли взгляд, и…
— Марк, я бабушку заберу к нам. В дом. С утра. Я поеду к ней, ты ведь не против.
— Делай, как хочешь.
Он на меня и не смотрит.
Только идет к этой Ирэн, как будто между ними натянутая нить. Проволока, Такая, что ударит током. Убьет. Если помешаешь.
И, черт. Я отшатываюсь. Точно так же, как Марк отшатывается от меня, бросив на меня тот последний дикий, полный боли взгляд.
Что я наделала?
— Ты дура совсем? Идиотка?
Слышу голос Стеллы, а после…
После я просто уезжаю.
И никто.
Никто не пытается меня остановить.
Марк даже не замечал меня, кажется. Никого. Кроме своей Ирэн.
— Мария, ты куда?
Стелла ловит меня за руку, но я только способна смотреть стеклянным взглядом, как Марк идет к ней… К своей Ирэн.
— Ты с ума сошла? Зачем ты ее позвала? Вот же идиотка! Они никогда не должны были больше встретиться!
— Пусти, Стелла. Мне… Пора. С Днем рождения, Марк, — шепчу ему в спину онемевшими губами.
Ты не ждал такого подарка, да, мой любимый муж? Что ж. Я сделала его тебе. Он явно лучше, чем тот винтажный светильник, который я выбрала в салоне.
Быстро ловлю такси, постоянно оборачиваясь. Марк ведь в последнее время мне и шагу одной не давал сделать.
Но на горизонте чисто. Даже пусто, надо сказать. Геннадия Марк отпустил на сегодняшний вечер.
***
— Маша, ты одна?
— Да, бабуль.
— Может, мы все-таки подождем Марка? Неудобно как-то без него ехать. Он так заботился обо мне. И с операцией все решил. Я ведь жизнью ему обязана, Маш!
— Без него поедем. Марк, скорее всего, улетит сегодня по делам. Ты ведь знаешь. У него минуты свободной нет.
— Ну да. Трудится. Как сумасшедший. Маш, это прекрасно, конечно, но мужчине тоже нужно отдыхать. Поговорила бы с ним. А то так кажется. Пока молодой, море по колено. А потом эти годы без отдыха знать о себе дадут. Сердце. Нервы. Давление.
— Ничего, бабушка. Марк крепкий.
Она только качает головой, а я даже думать не хочу, где и с кем он провел эту ночь.
Из ресторана я поехала сразу в бабушкин дом.
Миллион раз проверяла мобильный. Ни одного входящего звонка.
А я боялась, что пропустила. Пока в душе была или во двор выходила.
Но нет. Никто не пытался мне звонить.
Не отлипая, сидела у окна. Виола вернулась очень поздно.
Рванулась было, чтобы расспросить у нее, чем так все закончилось, а потом…
Потом поняла, что не стоит так унижаться.
— Ты не выспалась совсем. У вас все хорошо, Маш?
— Отлично просто, бабуль. День рождения Марка долго вчера праздновали!
— Боже. А я забыла совсем. Любимый зять, а я и не поздравила!
— Ничего, бабуль. Я ему все передам. Лично.
— Н ты что? Я сама должна!
Снова осматриваюсь, как воришка, когда мы с бабушкой выходим во двор больницы. Никого. Ни Марка, ни Геннадия или еще кого-нибудь из его охраны.
Марк забыл о том, что бабушку сегодня выписывают?
Уверена, что нет. С памятью у него все в порядке.
Значит, так им так горячо вдвоем, что забыл обо всем на свете. Или просто все остальное для него уже больше не важно.
— Вот так, бабушка. Я твои блюда любимые приготовила.
— Ох. А вычистила здесь все как! Маша? А сумки здесь эти что делают?
— Ну ты же не думаешь, что я тебя одну оставлю.
— Даже не думай! У тебя семья, а я прекрасно справлюсь!
— Ну ба. Я волноваться буду. Тем более, Марк улетает надолго. А я одна не хочу оставаться.
Бабушка ворчит, но все же соглашается.
Мы устраивается на кухне. Здесь привычно и хорошо. Как будто я снова в детство вернулась. Как будто ничего внутри не болит…
Поначалу вздрагиваю от каждого шороха. Миллион раз проверяю телефон. А вдруг разрядился? Или я звук случайно отключила?
Но он молчит, так же, как и во дворе полнейшая тишина.
День тянется нереально долго. Целую вечность.
Укладываюсь наконец в постель в своей старой комнате. Просто лежу и смотрю в потолок, не мигая.
Может, Стелла права, и я и правда дура? Сама разрушила свой брак. Поставила на нем точку. Может, нужно было попытаться его сохранить?
С подоконника на меня смотрит улыбающийся Марк на фото.
Это еще с тех времен, как я безумно была в него влюблена. Когда мечтала о нем, как о кинозвезде какой-то.
Ну вот и все. Ты снова чужой и недосягаемый. Сказка кончилась. Не зря я в нее до конца не верила.
— Маш, я боюсь, что с Марком что-то случилось.
Утро тоже начинается с него. Можно хотя бы пару дней не вспоминать про Марка?
— С чего ты взяла, бабуль?
— Я вчера ему много раз звонила. Его телефон вне зоны действия.
Закусываю губу до крови.
Перед глазами очень красочно проносятся картины всего того, чем Марк мог заниматься все эти сутки.
А я ведь знаю, чем. И как. Со мной когда-то Марк тоже отключал телефон. Правда, это было только в медовый месяц. И то не на целый день.
Но это же не скучная удобная жена! Это ведь его Ирэн!
— Ну что ты, бабушка. С Марком все в порядке. Ему лететь просто долго очень. Как раз сутки. Даже больше. Еще с пересадками там. А телефон в полете включать же нельзя. Ну и потом он сразу на свои встречи. Совещания. Марк всегда телефон на них отключает. Целую неделю может вне зоны быть.
— Правда?
Киваю. Мой словарный запас исчерпался.
— Это очень странно, Маша. Как? Не найти возможности связаться со своей женой? Так не бывает. Я хоть и не вашего поколения, но понимаю. Не в каменный век же живем!
— Ну… Может к вечеру на связь выйдет. Или даже ночью. Иногда на минутку всего появляется. Он работает много. И ему нужно спать.
— Только вот не говори мне, что любящий мужчина спать будет не позвонив жене! Да твой дед… Он ночи напролет не спать ради меня был готов. И под окнами ночевал. Серенады даже пел. Ужасно конечно, получалось. Всех соседей распугивал. И кур. Марк точно не такой, чтоб за неделю ни разу не связаться, что ты говоришь вообще такое? Или чего-то недоговариваешь мне, а? У вас с Марком все в порядке? Маша?
— Абсолютно.
— И выглядишь ты плохо.
— Бааааб. Ну просто не спалось на новом месте. Чего ты придираешься? И вообще. Хватит ворчать. Тебе поправляться нужно.
Бормочу про себя все возможные ругательства.
Как бы вся операция и лечение коту под хвост не пошли из-за этого … Кобеля!
Руки то и дело тянутся к телефону.
Палец сам зависает над контактом Стеллы. Если уж кто-нибудь и знает все подробности, то именно она!
Но я откладываю его. Не уверена, что мне так уж хочется знать эти самые подробности! Я и без того их представляю в очень ярких красках. Я же художник! Так и вижу всю гамму Камасутры на огромном воображаемом полотне!
Хотя…
Камасутра здесь ни при чем! Там любовь, а это… Совсем другое. И от того намного больнее внутри.
— Черт!
Пытаюсь набрать воды в чайник, но кран только бурчит. Вчера же нормально все было!
— Бабушка, а что у тебя с водой?
— Так в последнее время там работы какие-то ведутся. У нас воду отключают. Я так порадовалась, что колонку во дворе оставила. Не снесла, когда все сносили. Пригодилась мне.
— Ты сама воду таскала? Ведрами? Нам не могла позвонить? Мы бы привезли. Или Марк накачал бы.
— Ерунда какая, — машет рукой. — Подумаешь, пару ведер принести. Если я ничего делать не буду, так точно помру. И без всяких болячек.
— Лежи, бабуль. Даже не вздумай.
Быстро останавливаю ее, когда пытается подняться.
— Я разберусь. Фитнес мне тоже полезен.
Обхожу дом, исподтишка бросив взгляд на дом матери Марка.
В сердце острый укол. Так ярко вспоминаю, как когда-то украдкой смотрела на него через ограду.
Беру в кладовке ведра. Набираю полные воды. Даже забыла, как это бывает.