Дальний и Ближний (СИ)
— Всю дорогу Гусев меня лапал, кое-как отбрыкалась.
— А этот почему не ездит? — киваю на Морозова, который идёт впереди, метрах в семи от нас, уткнувшись носом в телефон.
— А он вообще нигде не участвует. Ему или некогда, или неинтересно. У него своя компания…
Видела я её вчера, эту компанию.
— Алин, мне в профком надо, я побегу.
— Давай… Завтра увидимся.
— Ага, до завтра, — прощается взмахом руки.
Я выхожу на улицу. Всё ещё идёт мелкий противный моросящий дождь. Одежда почти сразу от него промокает насквозь. Поежившись и накинув на голову капюшон, я направляюсь к остановке. Сегодня идти пешком я не намерена.
Проходя по тротуару, замечаю Глеба, курящего у своего огромного джипа.
— Белка! — оклик в спину.
Разворот к нему и вкладываю во взгляд весь свой гнев в отношении его.
Сам ты Белка!
— Садись в машину, — приказным тоном, щелчком отбрасывая в сторону окурок.
— Нет!
Он бесцеремонно хватает меня за руку и запихивает в машину.
— Что ты себе позволяешь? — моему возмущению нет предела.
— А ты? В больничку загреметь решила? Без зонта ходишь…- хриплый голос режет слух.
— Что ты такой заботливый? Тебе не всё ли равно?
Он не отвечает.
Включает печку и трогается с места. Через пару минут в салоне машины становится приятно тепло и уютно. Пригревшись, я не сразу замечаю, что мы свернули по круговому не к моему дому, а в центр.
— Куда ты меня везёшь? — взволнованно.
— В Старый город…
— Я тебя не просила!
Я вообще не знаю где это.
— Меня не надо просить, — всё так же с жесткими нотками в голосе.
Через несколько минут мы паркуемся у большого торгового центра с вывеской «Острова».
— И где здесь старый город? — оглядываюсь по сторонам.
Ничего и близко нет. Одни мебельные магазины.
— Там, — показывает на этот самый комплекс.
Старым городом оказался отдел в центре, где расположились небольшие кафешки.
Красиво.
Дизайнеры постарались создать атмосферу позапрошлого века в Германии внутри огромного знания. В сочетании с полумраком и подсветкой в виде фонарей, смотрится очень романтично.
— Это что Эйфелева башня? — глазею по сторонам и замечаю конструкцию, уходящую в потолок.
— Да. Идём, — тянет за рукав в сторону китайской кафешки.
Глава 7
Глава 7
Глеб помогает мне снять куртку и жестом приглашает за столик. Сам перед тем, как сесть, взъерошивает влажные волосы, придав им очаровательный беспорядок.
Интересно, какие они на ощупь? Мягкие или жёсткие?
О чём ты думаешь, Оля? Смотри в меню…
— Ты говорил, что сегодня занят, — напоминаю ему, рассматривая список блюд.
— Я про вечер говорил. Поэтому мы здесь сейчас.
Я заказываю какой-то китайский салат с овощами и фунчозой, сок, он полноценный обед.
— И что ты делаешь вечером? — хочется его немного понервировать.
Явно же у него свидание. Интересно, как выкручиваться будет.
— Работаю… Мне машину надо перед продажей покрасить, — спокойно прожёвывает мясо в кисло-сладком соусе.
У меня даже сомнений не появилось, что это может быть ложью. Слишком уверенно и расслабленно он это сказал.
Моя ревность утихает.
С чего она вообще появилась?
Он мне никто. Да, нравится. Да, сильно. Но ревновать нужно того, кто тебе близок, а не того, кто пару раз с тобой заговорил и подержал за ручку. Я Родиона-то никогда не ревновала, а возле него всегда крутились охотницы на богатых мужчин.
— Расскажи о себе…- прогуливается глазами по моему лицу, останавливаясь на переносице.
— Зачем? — гляжу пристально на него.
— Интересно…
— Интересно? С каких пор? Ты же сам скучный, — брякаю, не подумав.
— Скучный? — смеётся. — Кто тебе такое сказал?
— Все. В мероприятиях и праздниках ты не участвуешь, с однокурсниками почти не общаешься.
— И как это сочетается со словом «скучный»? То, что я не участвую в тусовках — так себе аргумент. Что мне делать в толпе перепитых студентов? Наблюдать за блюющими по углам?
— Фу, — брезгливо. — Мы же едим!
— Вот и я про тоже…
— Ты не пьешь? — догадываюсь.
— Нет.
Класс! Плюсик в твою карму, губастенький.
— Почему?
— По малолетке пару раз напивался так, что после последнего проснулся с сильнейшим отравлением в реанимации. С тех пор ни капли. Теперь твоя очередь откровенничать.
— Что ты хочешь узнать?
— Всё.
— Это вряд ли получится. Я сама большую часть своей жизни не помню. Так устроен мозг, он помнит всё, но стирает малозначительную информацию.
— Смешно…- растягивая фальшивую улыбку. — Думаю, главные моменты из своей жизни ты точно помнишь. Например, замужество, — язвительно.
— Я не была замужем…- вспомнила свою легенду. — Обручена…
Надо же как-то выкручиваться, он ведь заметил след от кольца на пальце.
— Значит, в наш город ты сбежала от несостоявшегося мужа. И откуда?
— Из Хабаровска. И не сбежала. Просто решила переехать. Там меня ничто не держало. В универе перевелась.
Сейчас вообще так делают?
Да пофиг! Может он тоже не знает.
— Семья?
— У меня никого нет, — очередной факт из новой жизни.
— Ты сирота?
— Да. Отца никогда не было, а мать умерла год назад.
— Почему переехала к нам? Можно же было в Москву.
Я словно снова на допросе.
— Москва деньги любит, а у меня их нет, — это правда.
Мне очень было тяжело жить в столице без финансовой поддержки извне. Приходилось убивать себя днём на учёбе, ночью на работе, чтобы хоть как-то сводить концы с концами. Первое время даже голодала, хорошо, что жила в общежитии, а не приходилось снимать комнату. Цены на жильё в Москве космические.
Когда появился Родя, я выдохнула. Он окружил вниманием и заботой. Наверное, именно это и заставило меня выйти замуж практически за первого встречного. До него я не сильно пользовалась популярностью у парней, кому интересно встречаться с почти оборванкой. А Коваль не побрезговал. За это я ему очень благодарна. Он сделал из меня ту, кто я сейчас, научил быть уверенной и любить себя.
Чтобы тебя признали и полюбили другие, прежде всего, полюби себя сама — вот чему он меня учил.
И я полюбила.
А со временем стала замечать к себе интерес у противоположного пола. Появились поклонники. Но я оказалась верной. Кроме Родиона, а он был первым и единственным мужчиной в моей жизни, никого не было. Другие просто не привлекали.
До недавнего времени…
— Ты почему не ешь? — возвращает меня из воспоминаний Глеб.
Я и в самом деле сижу и задумчиво ковыряю в тарелке.
— Не вкусно? Давай другое закажем, — вглядываясь внимательно.
— Вкусно… Просто я не голодна…- враньё.
Я даже не завтракала.
— Уйдёшь отсюда только тогда, когда тарелка будет пустая. Ты и так кроме травы ничего не заказала, — досадливо хмыкает.
Серьёзно?
Тут же порция как на десять человек!
И я запихиваю в себя салат. Не весь, конечно, но достаточно, чтобы наесться.
Из кафе Глеб ведёт меня в отдел и покупает… Зонт!
— Чтобы без него я тебя больше в дождь не видел, — грозит с улыбкой пальцем.
Неудобно, но я принимаю подарок.
Мне кажется, он впервые проявляет к девушке такую заботу.
Перед уходом из торгового центра Морозов притормаживает у отдела, где варит и продаёт кофе… робот.
— Будешь? — кивает Глеб на прайс.
— Нет.
Он покупает себе большой стакан, а мне всё равно берёт горячий шоколад с маленькими зефирками.
— На улице холодно, — оправдывает свой тёплый порыв.
Когда мы идём к выходу, то нам навстречу попадаются две красивые девушки в открытых нарядах, которые, не стесняясь на ходу, начинают строить Глебу глазки и улыбаться. Я смотрю на его реакцию. Он смущается и даже, не глядя на меня, как на автомате берёт за руку и сжимает пальцы, показывая этим двум цыпам, что занят.