Дальний и Ближний (СИ)

Следующую лекцию я так же сижу и пялюсь в его затылок, пока он не поворачивается ко мне.
— Ты записывай, мне же нужно будет у кого-то списать, — говорит, улыбаясь.
— Угу…- киваю как болванчик головой и закусываю губу.
И я записываю. По крайней мере, стараюсь.
Ритка смотрит на меня широко открытыми глазами и с трудом понимает, что происходит.
На большом перерыве она умчалась в профком на какое-то собрание по поводу посвящения в студенты. Сказала, что быстро, но я, прождав её половину перемены, поняла, что она вряд ли успеет до звонка и в одиночку пошла в столовую на обед.
Большая часть студентов уже пообедали, и в зале несколько пустых столиков. За один из них я и сажусь. Только съела пару ложек супа, как, напротив, на стул плюхается Морозов и кладёт передо мной на стол шоколадку, а сам отхлебывает из стаканчика кофе.
— Что это? — киваю на плитку.
— Пища для ума, — откидывается на спинку.
— Пища для ума — это знания.
— Они хреново усваиваются без глюкозы, — осушает свой стакан и одним броском попадает им в мусорку. — Спасибо, что помогла.
— Не за что… Думаю, что на моём месте ты бы поступил так же…- гляжу в свою тарелку, боясь поднять глаза.
— Это вряд ли, — сжимает губы.
Подпирает руками голову и, не отрываясь, смотрит на меня.
Я пытаюсь проглотить ещё хоть одну ложку супа, но под его пристальным взглядом это не получается.
— Что-то ещё? — решительно поднимаю глаза и встречаюсь с его цепким взором.
— Что сегодня вечером делаешь? — в лоб.
— Работаю…
На его лице одновременно смешиваются несколько чувств: удивление, замешательство и расстройство.
— Жаль… Хотел тебя в кино пригласить. Завтра, к сожалению, я не смогу. Ладно, договоримся позже, твой номер у меня есть, — отодвигает с шумом стул и привстаёт.
— А с чего ты решил, что я с тобой куда-то пойду? — ты дерзкий, но и я не нюня какая-то.
Он снова садится. По его лицу понятно — ему никогда не отказывали.
Ну, ничего, пообтекаешь.
— Ты меня динамишь? — недобрый прищур и пронизывающий насквозь холодный взгляд.
— Да, — нагло, глядя прямо в глаза.
Даже если ты мне и нравишься, это не значит, что я сразу побегу за тобой, как собачка.
Его глаза растерянно и недовольно забегали.
— Тебе раньше не отказывал никто, да? — жалостливо, будто щеночка пожалела.
— Нет, — с рычанием.
— Ничего. Всё бывает в первый раз. Первый поцелуй, секс, динамо, — довольно растягиваю ухмылку.
Мне кажется, что он сейчас мне врежет, так заиграли его желваки. Ощущение, что я слышу скрежет его зубов.
— Ну, это мы ещё посмотрим, Белка, у кого всё в первый раз, — наклоняется, и говорит, выдохнув в меня горячий ментоловый запах.
Белка?
Совсем берега попутал?
Он мне прозвище придумал?
  
Глава 5
 
Глава 5
Первый рабочий день. И вроде всё спокойно, люди в меру вежливые и без выпендрежа, но душа не на месте.
У меня всегда было обострённое шестое чувство — жопой чувствую неприятности. Вот и сейчас такое же. Где-то внутри гложет и скребётся кошка, предупреждая.
Я понимаю, о чём была моя тревога спустя пару часов после начала работы.
В бар приходит компания, в которой Морозов. И они как назло садятся за мой столик.
На трясущихся ногах подхожу к ним и как могу стараюсь не смотреть в сторону Глеба.
Чтоб тебя!
А на его лице играет очень даже наглая и самодовольная улыбка.
Блин! Как же она ему идёт…
Его друзья заказывают выпивку и закуски, а Морозов кофе.
Кофе? Серьёзно? Ты в Кофеманию пришёл?
Здесь люди напиваются и отвратительно поют, так, что кровь из ушей идёт, а он кофе заказал. Было бы проще его хотя бы немного ненавидеть, если бы он пил. А тут посмотрите на него, трезвенник-язвенник.
Почти весь вечер не сводит с меня глаз, даже в полутьме я ощущаю его колючий и холодный взгляд.
Пару раз из-за этого чуть поднос не перевернула с заказами.
Пока его друзья напиваются и весело проводят время, он просто хлещет ведрами кофе.
— Может, хватит его пить? — попытка отговорить, когда он просит принести очередную чашку. — Это вредно.
 
— Я у тебя совета не спрашивал, — дерзит, не отрывая глаз от экрана телефона. — Просто принеси то, что тебя попросили.
Теперь понятно, почему он выглядит уставшим. Столько кофеина употреблять за день. Он вообще спит по ночам?
— Может всё же чай? — не унимаюсь.
Он поднимает голову и пронзительно смотрит на меня, переворачивая всё внутри.
Да и чёрт с ним!
Что ты за него переживаешь? Он своё здоровье беречь не хочет, а тебе на кой это надо⁈
Я приношу ему этот треклятый кофе.
Пусть подавится!
И едва не выливаю на него, потому что в этот момент какая-то ненормальная так резанула по слуху своим завывающим голосом, что приходится зажать уши.
— Уберите её нахрен от микрофона! — кричит Морозов одному из друзей, сморщившись от неприятного голоса.
Девушка из их компании, а ещё она живёт надо мной.
Кринж!
Мои несчастные барабанные перепонки. Похоже, они лопнули. В ушах звенит. Работать в таком месте — наказание для людей с музыкальным образованием. Надо беруши покупать.
Морозов с друзьями просидел почти до закрытия. В зале остались одни они.
И он явно уже давно скучает и хочет сбежать домой, но почему-то не уезжает. Просто чаще выходит на улицу покурить.
Его компания всё же расплачивается и выходит из бара, скорее вываливается с шумом и смехом.
Костя, парень, который сидит за пультом диджея делает мне знак, что я могу спеть.
Мы разговорились перед сменой, и я поделилась, что " немного" занималась вокалом раньше. Он предложил показать свои возможности после работы.
Долго упрашивать меня не надо, я по микрофону дико соскучилась. Быстро выбираю песню и выхожу на сцену.
( Саунд: Ирина Дубцова — " Ешь, молись, люби").
Обожаю эту песню и модуляцию в ней. Постепенно с низкой тональности в высокую.
Ух! Каждый раз мурашки по телу.
Я срываю аплодисменты.
Все коллеги с открытыми ртами слушали.
Но был ещё кто-то. В зале. Это хлопает Морозов…
Кровь приливает к лицу, и я как трусиха, сбегаю со сцены.
Почему? Не знаю.
Именно от него я этого не ожидала.
Какого чёрта он вообще вернулся?
Я собственными глазами видела, как он вышел вместе с друзьями.
— Ты чего, Алин? — спрашивает Костя, зайдя следом за мной в подсобку. — Круто спела, у меня аж мороз по коже пошёл. Вот кому надо в караоке ходить, а не этим…- кивает в сторону зала.
— Спасибо…- натягиваю ветровку на плечи непослушными руками.
— И не парься. Боязнь сцены лечится выходом на неё, — подмигивает.
В курсе я.
Мы все выходим из бара и расходимся в разные стороны. Только я остаюсь у порога.
Автобусы так поздно не ходят, а такси нужно ждать минут десять.
— Белка! — окликивает знакомый голос.
Бесишь, Морозов!
Вот какого хрена ты с друзьями не уехал?
И прозвище это дурацкое.
Я наоборот отворачиваюсь от него и стараюсь отойти на максимальное расстояние, чтобы не видеть.
Не помогло.
Чувствую, как он подходит и мягко берёт меня за локоть, потянув в свою сторону.
— Что тебе надо? — говорю с обидой в голосе, одёргивая руку.
Пару часов назад он нагрубил мне. Или у него память отшибло?
— Извини, был неправ, — разворачивает к себе лицом. — Давай, до дома довезу.
— Я и на такси прекрасно доберусь, — огрызаюсь.
— Зато не очень безопасно, — припугивает меня.
— А тебе значит можно доверять?
— Меня ты хотя бы знаешь, — улыбается.
— Всего день…
— А таксиста ты ещё даже не видела. Идём, — тянет за руку и ведёт к своей машине.
Помогает мне сесть в салон и награждает умопомрачительной улыбкой, когда наши взгляды встречаются.