Дальний и Ближний (СИ)
— Алексей, хотела у вас спросить, есть здесь какие-нибудь магазины или ларьки, где можно чай китайский купить?
— Не знаю, я у жены спрошу.
— Вы женаты? — хотя чего я удивляюсь, у него кольцо на руке.
— Да, три года. Сыну уже год…
— Мило, — только и могу ответить.
Мы с Родионом за два года брака о детях ни разу не задумывались, не то, чтобы планировать.
У меня была учёба, потом я собиралась строить карьеру, а у него был бизнес, которому он посвящал всё время.
Допосвящался! И меня втянул в свои грязные делишки, пусть и неумышленно.
За чаем Алексей даёт мне ещё кое-какие инструкции и наставления по моему поведению. Я не должна как-то выбиваться из общей среды, вести себя скромно, незаметно.
— Зачем тогда это? — поднимаю вверх пряди огненных волос. — Покрасили бы в мышь серую и никаких проблем.
— Таким цветом никого уже не удивишь. Кругом синие, зеленые и розовые головы бродят, — усмехается. — Вас старались, сделали рыжую, — указал на татуированные веснушки. — А это, похоже, бонус, — посмеивается.
— Да, я в курсе.
— Отлично, — глядит на часы. — Мне пора… Вот мой контакт, звоните, если что-нибудь понадобится, — протягивает визитку, на которой только имя и номер. — Завтра в два часа я за вами заеду, отвезу в университет, чтобы сориентировать.
— Хорошо…
После его ухода я выволакиваю на балкон тяжёлый пуф от мягкой мебели, расчехляю гитару и прохожусь по струнам.
Музыка всегда успокаивает. Поэтому при любом волнении я стараюсь играть или слушать любимые мелодии.
Вглядываясь в мелькающие на дороге машины, перебираю струны, выуживая из памяти какую-то совершенно, как мне кажется, неизвестную мелодию.
Откуда она?
Да ещё такая, что выть хочется как волк.
— Недурно, — раздаётся голос с соседнего балкона.
Там стоит мужчина в майке не первой свежести и растянутых на коленях трениках, заросший, и курит ужасно пахнущую дешёвую сигарету. С первого взгляда понятно — алкаш.
Вообще круто!
Всегда же мечтала жить с таким вот через стенку…
— Значит соседка новая? — мямлит заплетающимся языком.
— Да, — недовольно.
— Может, отметим новоселье? — тянется за полторашкой пива у ног.
— Нет. Спасибо, — брезгливо.
Валить отсюда надо в квартиру.
С детства пьющих ненавижу. Отец был таким. Мать долго терпела его из-за нас, не понимая, что продолжая жить с ним, ломает нашу с братом психику гораздо больше, чем в семье без отца.
Когда мне было четырнадцать, он умер, захлебнулся содержимым желудка. Я ни капли его не жалела, на похоронах ни слезинки не проронила. Слышала в спину шепотки, что неблагодарная и бессердечная дочь, даже отца оплакать не могу.
А за что мне его благодарить? За сломанное детство? Наблюдение за вечными скандалами в семье из-за его пьянок? Или за то, что он маму бил, если она ему денег на бутылку не давала?
Поклялась, что у меня такой семьи не будет. Любой муж: косой, хромой, рябой, но не пьющий. Я не собираюсь гробить свою жизнь с мужиком, которому водка дороже жены и детей.
После школы собрала вещи и уехала в Москву, поступать в институт культуры. Петь — моя мечта с детства. Надежды мало, музыкального образования у меня почти никакого. Денег на учителей не было, самоучка. Но меня взяли. Я с трудом в это поверила, радости не было предела.
Учёбе отдавалась со всей страстью и желанием. Мне некому помочь, добиваться в жизни всего придётся самой. Мать брата тянет одна. У меня только я.
Поэтому приходилось работать и официанткой, и уборщицей, петь в метро и на улице, собирая деньги.
Случайно, проходя мимо ресторана, увидела на двери объявление, что им требуется певица. Решила попробоваться. Успешно. На следующий день я уже развлекала гостей своим голосом.
Там я и познакомилась с Родионом, он случайно зашёл в наш ресторан выпить кофе. Сказал, что таких мест ни он, ни его друзья не посещают, а тут потянуло, как магнитом. Почти сразу он забрал меня к себе в богатый и шикарный дом на Рублёвке. А через пару месяцев мы поженились.
Всё было, как в сказке о Золушке, с той лишь разницей, что большой любви к нему я не испытывала. Всё было как-то ровно, без страсти. Да может, её и нет вовсе…
Напридумывали любовных романов о большой и всепожирающей любви, а на самом деле всё совершенно иначе.
Или возможно просто мне так не везёт…
Глава 3
Глава 3
Последняя неделя лета пролетела довольно быстро. За эти дни я успела познакомиться с начальством Алексея.
Виталий Юрьевич — немногословный мужчина сорока с лишним лет, заверил меня, что в этом городе я могу свободно и без боязни передвигаться, не опасаясь за свою жизнь. Здесь меня никто искать не будет, большинство людей на западе даже не в курсе, что есть такой город — Благовещенск.
Город, конечно, не блистает столичным лоском и красотой, но вполне чистенький и ухоженный. Это я поняла, прогуливаясь, каждый день по нему с новой знакомой — Ритой Красниковой.
Её номер телефона мне дали в деканате ВУЗа, староста группы, в которой я буду учиться. Она ей является с первого курса, и желающие сменить её вряд ли найдутся.
В тот же вечер я написала ей.
Рита оказалась милой и очень общительной девушкой, с которой мы очень быстро нашли общий язык. Невысокая светлая шатенка с голубыми глазами, которые всегда светятся каким-то добрым светом.
Противно одно — это врать. Сочинять историю на ходу, ведь детально легенду никто не продумывал, я же не шпион какой-нибудь.
Мало-мальски я справляюсь с этой задачей. Но мне кажется, что Рита не сильно вслушивается в детали, выхватывая из разговора какие-то интересные только ей факты.
В первый день занятий мы приходим в аудиторию раньше всех.
Университет находится не очень далеко от моего дома, всего несколько остановок. После занятий можно вообще пройтись пешком и сэкономить деньги на проезде.
— Я тебя добавила в наш чат, чтобы ты была в курсе всех новостей, — поясняет мне Рита.
— Я видела…
— И не обращай внимания на эти дебильные приколы, им просто делать нечего.
После добавления меня в чат посыпался поток дурацких шуток в мой адрес и вопросов " ты кто? ".
Там я немного познакомилась с лицами будущих согруппников, чтобы иметь представление о них.
Парочка особо шустрых написали в личку. Один даже предложил фото ню ему прислать. Выслала, пусть любуется обрюзгшим телом бабули из интернета.
Молчал только один, он вообще уже больше недели на связь не выходил, судя по отметке в мессенджере. Полного фото нет, только руки на руле машины. Но почему-то именно эта фотография вызывает странное сжимание сердца внутри. Будто что-то знакомое в ощущениях от вида этих пальцев. Откуда?
Постепенно аудитория набивается студентами, которые после летних каникул весело трещат, обмениваясь новостями.
— Все здесь, кроме Деда Мороза, — подводит итог Рита, просматривая список.
— Рано ещё Деду Морозу, — решаю пошутить. — Кто это такой?
— Глеб Морозов. Полностью соответствует своей фамилии.
— Отморозок?
— Нет. В плане дружбы с головой у него всё нормально. Просто он хладнокровный и бесчувственный какой-то…- подбирает слова Красникова.
— Почему его нет? — становится интересно.
Есть у меня подозрение, что руки на руле — это его фото.
— Он во Вьетнам отдыхать улетел на прошлой неделе, вернётся через несколько дней. Наверное, повёз свою очередную бабищу в море поплескаться, — произносит ревностно.
Думается мне, что на месте этой «бабищи» мечтает быть сама Рита.
— Бесчувственный, а девушка есть. Нестыковка получается, — задумчиво.
— У него этих девок, как снега зимой. Только все на одну-две ночи, потом на них даже не смотрит. А наивные дуры верят, что он с ними всерьёз и надолго. Приедет, первокурсниц возьмётся окучивать, остальные-то знают, что он из себя представляет.