Дальний и Ближний (СИ)
Привычка выработалась в доме Родиона. Домработница всегда накрывала изысканно стол, и неважно было — ели мы вдвоём или принимали гостей.
Чашки, красиво сложенные салфетки, которые Глеб прячет в шкафчике.
Но всё же в мужской квартире не хватает нужных мелочей.
Исправим.
— У тебя есть вкус, — обнимает сзади Морозов и целует за ухом.
— Есть садись. Надеюсь, ты не обманул и действительно умеешь готовить.
— Приготовить яичницу и бутерброды — большого ума не надо. Отвезу тебя как-нибудь на природу, где попробуешь настоящий костровой плов, вот где вкуснятина. Ещё и со свежей дичью. Ммм…- протягивает.
— Ты охотник? — сажусь напротив.
— Я добытчик, — смотрит на меня с улыбкой.
— И не жалко тебе зверей убивать?
— Это всего лишь звено пищевой цепи…
— Странно это слышать от человека, который свою собаку больше матери любит.
— С чего ты это взяла? — сводит брови.
— Вы ссоритесь постоянно…
— Это не значит, что я её не люблю. Она просто женщина… своеобразная, — сжимает губы. — Обожает командовать. Всё должно быть так, как она хочет, а я с этим не согласен. Вот и конфликтуем. Но за мать я любому шею сломаю.
— Звучит угрожающе.
— Зато верно. Она из-за меня столько операций перенесла и лечилась долго, чтобы я родился. И после моего рождения больше не смогла детей иметь, — произносит печально.
— Почему?
— Сначала бесплодие ставили, но в Питере ей помогли и восстановили. А когда я родился, то у неё сильное кровотечение было из-за разрывов, врачам пришлось удалить матку.
— Кошмар…
— Поэтому я единственный ребёнок в семье и надо мной мать тряслась, как над золотом. А у тебя есть братья или сестры?
— Нет…- чуть не проговариваюсь про брата, но вовремя вспоминаю легенду.
— Почему?
— Не знаю…- пожимаю плечами. — Мама воспитывала меня одна. Я не помню рядом с ней мужчин.
— Понятно, почему ты такая скромница…
— Ничего я не скромница! — возражаю.
— То есть, в спальне, когда ты рубашку до пят натянуть пыталась — это не скромность была? — поднимает бровь.
— Это стеснение. Мы с тобой ещё не настолько близко знакомы.
— Ой, извини, что перепутал, — ставит локти на стол. Вот бескультурье! — А в близости ты мне сама отказала, если помнишь.
— Я же объяснила причину, — чувствую, что кровь приливает к лицу.
И вообще, к чему этот разговор?
— Не парься ты так, — видит моё смятение. — Я не паникую из-за месячных у девушек. Это нормальное явление.
— Это неприятно обсуждать…- краснею ещё больше и опускаю глаза.
— Ничего постыдного в этом нет, — приподнимает моё лицо за подбородок. — Природа создала женщин такими. У нас тоже не всё в порядке — живём как-то.
Удивил.
— Морозов, ты с какой вообще планеты такой нестандартный?
— С нашей, — растягивает улыбку. — Доедай! — показывает на мою тарелку.
К еде я почти не притронулась.
После завтрака он моет посуду, чем в очередной раз приводит в восторг.
— Похоже, что кроме курения у тебя больше изъянов нет, — залезаю на подоконник погреться на солнышке, пока он курит в открытое окно.
— Я матерюсь, — возражает, затягиваясь.
— Я не заметила. Но это не страшно.
— Как сапожник, особенно на работе, — добавляет. — С тобой просто шифруюсь.
— Что ещё?
— Бываю вспыльчивым. Могу наорать или дать по морде, — очередная затяжка.
— Это я слышала. А ещё у тебя язык быстрее мыслей работает.
— Просто говорю, что думаю. Да, иногда это шокирует людей, — тушит окурок о карниз и бросает в пепельницу.
Достаёт из кармана жвачку и закидывает одну в рот, вторую предлагает мне. Ментоловая, дыхание спирает.
У него звонит телефон.
— Твою мать! — ругается. — Я совсем про тебя забыл…- обращается к номеру на экране и отвечает.
Не знаю, кто ему звонит, но по разговору понимаю, что кто-то важный, с кем нужно обязательно встретиться.
— Алин, побудешь здесь часик одна? — делает бровки домиком. — Мне покупашке надо тачку показать.
— Одна? С Диким? — испуганно.
Пёс, конечно, спит, но вдруг проснётся? И что мне делать? На шкаф лезть?
— Ты ему понравилась. Он не тронет… Пожалуйста, я эту машину уже четыре месяца спихнуть не могу. А тут вариант хороший подвернулся. Подождешь? — умоляющее лицо.
— Ладно, — соглашаюсь.
Как ему откажешь⁈
— Спасибо! — чмокает в губы и летит в прихожую.
После того, как обулся, притягивает меня к себе и страстно целует.
— На удачу! Говорят, рыжие деньги в дом приносят.
— Это про кошек! — смеюсь.
— Нормально. Не скучай без меня.
— Угу, — киваю и закрываю за ним дверь.
Прохожу на носочках к входу в гостиную и заглядываю туда. Собака спит, растянувшись на коврике пузом вверх и раскинув лапы. Такой смешной.
Я прокрадываюсь к столу и беру ноутбук Глеба. Не киснуть же мне здесь со скуки, так фильм хотя бы какой-нибудь посмотрю.
Устраиваюсь удобно в спальне на кровати, завернувшись в мягкое покрывало и открываю компьютер. Не запаролен. Да и зачем, если он один им пользуется.
Недолго борюсь с искушением зайти в папки с фотографиями, но там почти пусто, несколько десятков фото машин и всё. Похоже, в его лэптопе только рабочие документы. Даже соцсетей нет.
Никакого компромата.
Морозов, ты скучный человек!
Где подписки на горячее видео на порносайте? Или переписки с девушками во ВКонтакте? Неужели тебе никто фотографии своих прелестей не присылает? С трудом в это верю.
А с другой стороны, почему это должно быть в компьютере? Сейчас всё в телефонах. Там вся жизнь. Но я и там ничего такого за ним не замечала.
" Радуйся! «- кричит внутренний голос. — "Значит ему нечего скрывать».
Открываю историю просмотров на видеохостинге. Боевики и триллеры предпочитает, на автомобильные блоги подписан.
Ещё бы!
У него других видимо интересов нет.
— А ну, стоп! — останавливаю курсор.
Меня будто холодной водой откатывают.
Это видео со мной. Старое, четырёхлетней давности, сейчас я мало похожа на ту девушку, что в ролике. Но там я. Я точно знаю. Это мои первые робкие шаги пробиться на большую сцену — участие в отборе на телешоу. Меня не взяли, не дотянула тогда до нужной высоты.
Как он его нашёл? Господи, а если всё же узнал?
Эти мысли так забивают мне голову, что я не замечаю, как Дикий забирается на кровать и неожиданно кладёт голову мне на колени. По коже теперь ещё проходятся мурашки от страха перед этим зверем.
Но он и не собирается меня пугать, наоборот, несколько раз втыкается носом в руку.
— Ты хочешь, чтобы я тебя погладила?
Пёс приподнимает голову и виляет хвостом.
Наверное, я угадала.
Робко провожу рукой по его голове, а он от удовольствия прикрывает глаза.
— Балдеешь?
Балдеет…
А я волнуюсь. И удаляю к чёртовой матери видео из истории просмотров. Надо Алексею сказать о нём, чтобы удалили.
Глава 27
Глава 27
Меня кто-то целует в губы. Нежно, но настойчиво. Даже толком не проснувшись, обнимаю этого кого-то за шею и отвечаю на поцелуи. Кроме Глеба никто так не может. Только от его прикосновений крыша едет и становится душно.
— Соня, просыпайся, — шепчет в губы. — Меня всего пару часов не было, а храп стоит такой, словно здесь рота солдат спит.
— Не преувеличивай, — открываю один глаз и улыбаюсь.
— Ни разу! — обнимает меня, придерживая за талию.
Как же ему идёт улыбка. Кажется, что его пухлые губы становятся ещё больше чувственными. Хочется к ним притрагиваться.
И чего я стесняюсь? Это же мой парень!
Провожу кончиком пальца по его губам, по руке устремляется электрический ток, щекочущий нервы.
Морозов, ну какого хрена ты такой красивый, а?
И глаза твои из ледышек уже давно превратились в искрящиеся огни, одаривающие теплом.