Сваха для дракона (СИ)

– Побудьте здесь, – нехотя проронил Снорре, направляясь к двери, – я спрошу его.
Что же заставило его передумать?
Я с тревогой наблюдала, как красавец капитан плавно выскальзывает в коридор и кивает страже у дверей. Те вытянулись по струнке, принимая очень торжественный и суровый вид. «Никого не впускать и не выпускать» – приказ не прозвучал, но было очевидно – я по-прежнему находилась под арестом.
–Да за что мне это все! – донесся из-за двери приглушенный крик с северным акцентом. Когда Снорре начинал злиться, в его речи упрямо пробивался диалект Тюрра.
Минуты мучительно тянулись. Дверь тихонько приоткрылась, и под любопытствующими взглядами гвардейцев я мерила шагами северную гостиную, не находя в себе сил спокойно сесть и подождать.
Не зная, чем себя развлечь, я подошла к окну. Зеленая лужайка, на которую выходили огромные, в пол, окна была залита светом. Солнечные зайчики бродили по густым зарослям цветущего кустарника, обрамляющего лужайку. Лицезрение глянцево-зеленого, трепещущего моря листвы за окном успокаивало, но мое положение оставалось очень зыбким, пока Снорре не вернулся и не вынес мне приговор.
От магического допроса защититься невозможно, да и ты никогда не знаешь, что именно будет искать дознаватель в твоей голове. Не обязательно это будет картина совершенного преступления, вовсе нет. Хватит малейших намеков, которые опытный дознаватель свяжет воедино и получит нужный результат. Единственный плюс такого метода – его невозможно обойти или подделать результат.
Задумавшись, я не сразу заметила, что на поляне что-то происходит. Кусты дрогнули и зашевелились, являя взгляду высокую фигуру. К подолу драного платья своеобразным украшением прилипли венчики репейника. Марна была боса, ступни ее – покрыты грязью и пылью, а длинные волосы сбились в колтуны, напоминая воронье гнездо. Она прошла сквозь заросли легко и непринужденно, не замечая препятствий. Тонкие зеленые лозы обвивали ее запястья и щиколотки с нежностью соскучившегося ребенка, не задерживая Марну, а напротив, с готовностью пропуская ее вперед.
Я замерла перед окном, наблюдая за незаконным проникновением в княжеский дворец. В груди закипала злость, но вовсе не на Марну. О какой безопасности князя они могут говорить, если даже недоучке-ведьме играючи удалось пройти сквозь хваленую магическую защиту дворца, установленную еще Драконом-Отцом?
А Марна и не подозревала, что совершила невероятное. Она пригнулась и шмыгнула в сторону, скрываясь в тени кустов. Умирающее за оградой солнце отбрасывало длинные, сизые тени на лужайку, в которых можно было затеряться. Марна и сама была похожа на бесплотную тень. Какую цель она преследовала?
Он босиком пересекла сад, направляясь к фонтану в самом центре княжеского парка. Подойдя к нему, она трепетно погладила парапет, словно серый камень был живым, а затем перекинула через него ногу, намереваясь забраться внутрь. Платье намокло, облепило колени, но Марна смотрела только вперед, где, шипя и пенясь, вода била вверх.
Ведьма коснулась рукой струи, направляя колкие брызги во все стороны, а затем – исчезла. Я всматривалась в сгущающиеся сумерки, но не смогла различить в них силуэта Марны. Она просто исчезла.
Стоило ей пропасть, как в северной гостиной вспыхнул свет, и все чувства обострились как по щелчку. Даже не напрягаясь, я отлично слышала шепот стражи за дверью, улавливала ароматы цветов, которые были выставлены в вазонах дальше по коридору. Бордовые и красные цвета стенных панелей и занавесок, до этого момента не привлекавшие моего внимания, стали еще ярче.
А еще я слышала тяжелые шаги. Они приближались, медленно и неотвратимо. Снорре возвращался, и я не ждала ничего хорошего.
– Мои офицеры вас боятся, – поделился со мной Снорре, как только открылась дверь. К слову, лицо у него не слишком довольное, и в груди встрепенулась надежда. – Пока меня не было, все извелись.
– Действительно? – притворно изумилась я, прижимая ладонь ко рту, – какая неприятность! Разве не мне стоило бояться?
 
Глаза Снорре посветлели еще сильнее, когда капитан угрожающе прищурился:
– Что вы имеете ввиду?
Голос его дрожал от злости и усталости, а я не хотела нагнетать обстановку. Над дворцом собиралась буря, и я бы не хотела оказаться в ее эпицентре, а то и вовсе причиной урагана. Разозли змею – укусит, а капитан Снорре едва ли не прыскал перед собой ядом. Когда же я успела навлечь на себя его гнев? Когда посмела перечить князю?
– Я обычный человек, лишенный преимуществ любого толка. У чистокровного дракона куда больше шансов мне навредить, чем наоборот.
Снорре приподнял светлую бровь, зубасто усмехаясь:
– Вот сейчас и узнаем. Князь ожидает вас, леди Ималия.
Путь к кабинету Лоркана пролегал через ярко-освещенные лестницы, богато украшенные комнаты и залы, которые выглядели покинутыми. Снорре открывал одну дверь, пересекал комнату насквозь, устремляясь к следующей. На один его размашистый шаг я делала два-три своих, вынужденная почти бежать.
– Капитан, позвольте вопрос? – задыхаясь, выдавила я из себя. Мы наискосок миновали обширный зале, чьи стены были украшены лепниной и фресками, повествующими о славной победе Отца-Дракона над захватчиками. Кем были эти захватчики уже никто и не помнил, а память предка истово чтили. Статуя Дракона-Отца Вергельда, помещенная в центре зала, взирала на нас с необъяснимой укоризной в аметистовых глазах. Драгоценные камни, вставленные в мраморные глазницы, выглядели почти живыми.
От пышности убранства и вездесущей позолоты мне стало тоскливо: только представив, что мне придется некоторое время обитать в этих стенах, моментально ощутила, как портится настроение.
– Вы не в том положении, чтобы задавать вопросы, леди Ималия. Вопросы будет задавать Одхан.
– Но я все же рискну, – пожала я плечами, ускоряясь, чтобы идти с капитаном плечом к плечу. Такой маневр ему не понравился. Мне подарили мрачный, полный немой угрозы, взгляд.
– Вы что-то говорили про ведьму, капитан. Что-то еще случилось?
– Не припомню, – Снорре скрипнул зубами, отворачиваясь. Разговор по душам не входил в его планы. Капитану не терпелось сдать меня на руки Лоркану, который непременно отправит меня пешком на все четыре стороны, и я окажусь в распоряжении Одхана. То-то он позабавится.
– Я точно слышала, – настаивать было опасно, но я рискнула. На горизонте показалась знакомая дверь кабинета Лоркана, время утекало сквозь пальцы. В груди что-то вибрировало на низкой частоте, и я поймала себя на мысли, что стараюсь как можно сильнее затянуть момент, прежде чем придется войти и встретиться с князем лицом к лицу. Охрана, которой прежде у кабинета я не видела, была усилена в разы: рядом с дверью дефилировали три пары гвардейцев с надутыми от усердия щеками.
– Леди Ималия, проверьте слух, – Снорре рванулся вперед, распахивая дверь и едва ли не силой впихивая меня внутрь. Гвардейцы кинулись в рассыпную, опасаясь гнева своего капитана. Я по инерции сделала еще пару шагов и остановилась. Прийти в себя после подобного было не просто: Снорре, ведя себя совершенно по-хамски, нарушил три или четыре строжайших правила этикета, а самое главное – прикоснулся ко мне без разрешения. Но на первый раз я решила спустить все с рук, тем более, что меня ждало более важное дело.
Кабинет на первый взгляд был абсолютно пуст. Не успев разозлиться, что Снорре меня обманул, я услышала тяжелый вздох со стороны ниши в стене, которая в предыдущий визит не бросилась в глаза.
– Ималия? – еще один тихий вздох, который медленно перетек в низкий стон. По рукам побежали мурашки, дурное предчувствие подкралось сзади и цепкими коготками пробежалось по шее сверху вниз.
– Князь? – я шагнула к нише, потянувшись к плотным занавескам цвета запекшейся крови. Плотно сомкнутые, они скрывали от меня то, что находилось внутри. Бояться мне было нечего, но страх все равно проклюнулся.
– Идите сюда, – голос князя слабел с каждой минутой, как у умирающего. Я не решалась отдернуть портьеру, комкая в пальцах ее мягкую ткань. Что ждет меня внутри? Я постаралась припомнить, что говорил Снорре о состоянии князя после покушения, но в голове билась только одна мысль: надо избежать процедуры дознания любой ценой.