НеНужный (СИ)
— Стас…
Ещё один стон. Громче прежнего. Зелёный взор заволокло пеленой наслаждения, а манящий рот слегка приоткрылся, чтобы глотнуть больше кислорода. И он снова прижался к нему. Но уже иначе. Ласково. Нежно. Почти невесомо. И снова ему почудился на мягких губах тот самый сладкий шоколадный привкус, который ощущался каждый раз до этого. И всё. Что-то перещёлкнуло в голове Стаса. Ярость сменилась на иное, но не менее горячее и нужное. Даже зверь внутри него замер, наслаждаясь этими ощущениями.
Арина потянулась к его одежде, стаскивая сперва пиджак, а затем и рубашку, позабыв о том, что их кто-то может увидеть и что они на открытом балконе. Да и какая разница? Ведь даже когда обнажённой кожи торса коснулся морозный воздух, пронзив своим ледяным дыханием каждую клетку тела, Стас продолжал ощущать лишь жар её горячих маленьких ладошек. И дыхания. Когда она прижалась своим порочным ртом к его шее. Нервная дрожь пронзила от макушки до пят, подводя их обоих к краю удовольствия.
— Ещё! — выдохнула Арина наравне с очередным стоном, когда он толкнулся в неё особенно глубоко и грубо.
И ещё раз. Уже до вскрика. Который окончательно подчинил разум. Буквально вышвырнул его в иную реальность, где нет ничего кроме них и единого на двоих наслаждения.
Глава 26
Арина
Тяжёлое дыхание. Заложенные уши. В лёгких пожар. А в конечностях непроходящая дрожь удовольствия. И холод. Ощутила его отчётливо, как только оказалась на "свободе". Сам Стас принялся вполне себе спокойно поправлять брюки. Оглянулся и, подняв с заснеженного пола рубашку, встряхнул и накинул её на плечи, застёгивая с полнейшим равнодушием на лице.
Мне бы его самообладание.
Я по-прежнему прижималась спиной к стене в поисках опоры. И ждала. Когда Егоров скажет уже что-нибудь. Но тот молчал, испытывая на прочность мою выдержку. А после того, как застегнул на рубашке все пуговицы, подобрал пиджак и… ушёл. Оставив одну, будто ничего и не было между нами ещё минуту назад. Будто и не ревновал до этого.
И как это понимать?
Его поведение настолько разительно отличалось от обычного, что я и не знала, как на это реагировать. А потом вспомнила реакцию на слова Ильи и… бегом бросилась за ним. Возможно, я ошибаюсь, но лучше уж перебдеть.
И не сказать, что я оказалась не права. Стас действительно отправился искать Аксёнова. И нашёл. Я как увидела их вместе, так и замерла на пороге личного кабинета Бориса Станиславовича в растерянности. К слову, хозяин помещения тоже присутствовал здесь. Сидел за широким дубовым столом и преспокойненько потягивал коньяк из пузатого бокала, с насмешкой глядя на своего внука и моего якобы жениха. На моё появление и вовсе радостно заулыбался.
— А вот и виновница происходящего, — поздоровался он со мной так своеобразно.
Остановившийся у окна Стас на его слова зло ухмыльнулся. А вот сидящий в кресле для посетителей Илья заметно нахмурился. Одна я ничего не понимала.
— Да ты проходи, Ариш, не стесняйся, — типа подбодрил меня старик, махнув на свободное кресло рядом с Аксёновым.
— Что происходит? — поинтересовалась мрачно.
Но предложение приняла. Закрыла открытую до этого дверь и прошла ближе к столу, присев туда, куда было предложено.
— Да вот, решаем твою проблему, — пояснил Егоров-старший.
Вот тут я напряглась, хотя виду постаралась не подать. Только уточнила.
— Мою проблему?
— Проблему, — согласно кивнул Борис Станиславович. — Признаться честно, я не думал, что ты решишься пойти до конца и действительно ничего не расскажешь моему внуку. Но так даже интереснее. Не люблю предсказуемость. Особенно, от девушек. Ты меня приятно удивила и порадовала, что уж тут. Не зря я сделал ставку именно на тебя.
А я… кажется, я совсем запуталась. Нет, кое-какие мысли появились, но… он же несерьёзно? Это же не проверка была такая своеобразная? Ведь не она? Или же…
От мыслей отвлёк тихий смех Стаса. Он смотрел на деда с удивлением, не скрывая уважения.
Да чтоб тебя! То есть его. Деда этого. Вот же хитрый лис!
— Что поделать, привычка, — пояснил тот свою выходку, разведя руками. — Зато теперь я могу уверенно сказать, что ты мне нравишься, Ариша. Сильная духом, верная, идущая до конца, а если и надо, напролом. А как ты Алинушку нашу на место поставила… я готов был аплодировать прям там, в саду. Я уж думал, что так и не увижу рядом с внуком такую, как ты. Вечно он выбирал не тех. Хотя я почти поверил, что у Галины получится сравняться с ним. Но тут уже вдруг сам Стас отступил. Я был разочарован, если честно. А потом увидел тебя и понял, что всё только к лучшему. Не брось он Галю, и тогда бы проморгал такое сокровище. Так вот, это я к чему… — сделал показательную паузу, призванную прислушаться к нему. — А я это к тому, что ваш союз мною одобрен. Но возникшие трудности вы, дети, будете решать сами.
С этими словами Егоров-старший поднялся из-за стола и под гнетущее молчание покинул кабинет, оставив нас троих разбираться со всем дальше.
А дальше…
Ничего.
В смысле, мужская половина друг на друга даже не смотрела. Стас — в окно. Илья — на книжный, длиной во всю стену, стеллаж, находившийся за рабочим столом. Я же переводила взгляд с одного на другого и размышляла о том, что, кажется, всё шло не по плану с самого начала. Ай да, Борис Станиславович! Всех переиграл. Не зря его до сих пор все так опасаются.
Вот только легче от этого понимания не становилось. Как и не добавлялось уверенности дальнейшим действиям. Уж слишком быстро утекал контроль над ситуацией из рук. Как вода сквозь пальцы. И мне это не нравилось куда больше, чем сама ситуация.
— Что вообще происходит? — не выдержала я затяжного молчания, сжав пальцами виски. — О чём вы говорили с Борисом Станиславовичем? — обратилась уже непосредственно к Илье.
Стаса пока преднамеренно игнорировала. Уверена, тот как раз уже всё понял, сделал выводы и принял подходящее решение. И это бесило. Что я, в отличие от него, не видела всей картины в целом. А уж ответ Ильи и подавно обескуражил.
— Ты зря делаешь ставку на меня, Станислав. Поверь, я последний, кто желает навредить Арине. Наоборот, всегда желал ей только добра. И сейчас не я, а ты ставишь её жизнь под угрозу. Сам подумай, на кого начнут охоту, когда поймут, что порочащие половину города бумаги должны будут попасть в твои руки?
Кого-кого… меня. Тоже мне большая новость.
— А я уже обо всём этом подумал, не переживайте, — усмехнулся Егоров. — Вы бы лучше о себе побеспокоились. Не ровен час, все решат, что это вы их слили.
Ого! Это что… реальная угроза?
Аксёнов прищурил глаза, но промолчал. И молчал он долго.
— Как я и сказал, зря ты так, — выдал по итогу, прежде чем уйти, оставив меня наедине со Стасом.
— Что ты задумал? — тут же накинулась я на него с расспросами, тоже подскакивая с места. — Зачем? Я сама способна справится с этой проблемой. Не надо в это лезть...
— Помолчи, — осадил меня Егоров суровым тоном. — И сядь. Не беси меня ещё больше, чем есть, Арина. Ты уже разобралась. Хуже некуда, к слову. Поэтому теперь разбираться со всем буду я, — замолчал, отвлекаясь на вытащенный из кармана брюк мобильник и набирая на нём чей-то номер. — Кабинет деда на третьем этаже, — сообщил абоненту, тут же отключая вызов.
Я же смотрела на него с недоверием.
Он серьёзно сейчас приказал мне?
— Егоров, да объясни ты нормально, что происходит? Или я сейчас же разворачиваюсь и ухожу. И плевать мне на все твои приказы, желания и чувства.
— Сядь, сказал! — стало мне новым суровым ответом, ведь его это веление я так и не выполнила до сих пор. — Уйдёшь, когда я позволю, — добавил совсем бескомпромиссно. — И не беспокойся, я уже давно понял, что тебе плевать на мои чувства. Так что не удивила.
— Да ты… — хотела возмутиться, но со словами так и не нашлась.
Кажется, впервые в жизни.
Что он такое несёт?