НеНужный (СИ)

Почему всё так?
Ведь, если он сохранил комнату мамы нетронутой, и мою, эти вещи все, значит, действительно любил? Но если любил, зачем мучил нас? Что это за извращённое чувство такое? Ведь любовь должна приносить счастье, а не боль. Вот только маленькой девочке, живущей глубоко внутри, до сих пор хотелось верить в невозможное.
— Ох, папа... — прошептала, закрывая коробку и возвращая на место.
Не дело это — предаваться воспоминаниям и ненужным эмоциям. Я здесь не для этого. Поэтому, тряхнув головой вернулась к обыску. 
Спустя час, обследовав каждый потаённый уголок огромного помещения и разуверившись в положительном исходе своей вылазки, я вернулась к колыбели. Она меня манила больше всего остального. Настолько, что я решила изучить её получше. Водила по резным картинкам, представляя, как чья-то рука с любовью вырезает маленьких человечков с крыльями, как бережно потом  сглаживает острые углы и покрывает дерево защитным слоем.
— Она и правда очень красивая, — вдруг раздалось за спиной, вынудив замереть.
Оружия у меня с собой не было, но рядом валялась ножка от сломанного табурета, и её можно было использовать в целях самозащиты. Но сперва стоило выяснить, что здесь забыл нежданный гость. 
— Не припомню, чтобы хоть кого-то приглашала сегодня в гости, — произнесла как можно более равнодушно, разворачиваясь к внезапному визитёру.
Его приходу я не удивилась. Как и тому, каким образом он сюда попал. Всё же сын лучшего друга. Сосед. По-любому имеет запасную связку ключей.
— А я всё равно пришёл, — пожал тот плечами в полнейшем безразличии, осматриваясь вокруг.
— Как… интересно, — сложила руки на груди. — И зачем же, позвольте узнать?
Аксёнов, а это был именно он, улыбнулся. Но не так, как раньше, хитро и понимающе, а какой-то дерзкой и мальчишеской улыбкой, сделавшей его моложе сразу на десяток лет. Я даже засмотрелась на мгновение, что уж там. Положа руку на сердце, мужчина действительно по-своему красив. Не будь я уже влюблена в Егорова, наверное, влюбилась бы сейчас в Илью. По крайней мере, теперь понятно, чем он берёт женщин. 
— Затем же, зачем и ты сюда приехала, — ответил он, продолжая смущать меня своей улыбкой.
Так и хотелось попросить его сделать лицо посерьёзней. 
— Ну-у, лично у меня взыграла ностальгия, — бросила косой взгляд на колыбель. — А вот что у вас… Очень интересный вопрос. Даже не постеснялись не только проникнуть на чужую территорию, но и при мне.
Мой порыв пристыдить наглого вторженца не возымел успеха. Аксёнов продолжал всё так же улыбаться и вести себя так, будто он здесь хозяин положения. Это… бесило!
— Всего лишь хотел убедиться, что с тобой всё хорошо.
Да ладно?
Он серьёзно ждёт, что я поверю?
— Господин Аксёнов…
— Просто Илья, — перебили меня.
Не стала спорить.
— Илья, — покорно повторила за ним. — Давайте не будем усложнять друг другу жизнь ещё больше. Просто скажите уже, что вам всем в действительности надо от меня? К чему все эти преследования? Или вы серьёзно думали, что я такая дура, неспособная заметить слежку за собой? 
Ответом мне стала очередная милая улыбка. Я устало вздохнула.
— Боюсь, у меня скоро аллергия разовьётся на мужские улыбки, призванные отвлечь меня от важного разговора, — сказала, как есть.
— Егоров, — понимающе усмехнулся мужчина. — Я вас видел у гостиницы, — пояснил на мой вопросительный взгляд. — Это было довольно жестоко — так отшить своего защитника, — добавил как бы между прочим, продолжив изучать обстановку чердака.
Я осталась пребывать на месте.
— А вы значит, не только подсматриваете, но и подслушиваете? Какой интересный послужной список вырисовывается, — поцокала языком.
— Язвишь? — по-доброму хмыкнул мужчина. — А между тем, я — единственный, кто стоит между тобой и остальными акционерами. Они уже чего только не придумали, чтобы заполучить тебя в жёны. В отличие от меня, давать тебе самостоятельного выбора никто не собирался. 
Ну прям само благородство!
— В ножки уже можно падать или разрешено подождать до окончания отбора женихов? — выгнула брови вопросительно.
 
— А что, ты уже начала отбор? — оторвался от созерцания старинной мебели Аксёнов, послав мне лукавый взгляд. — Претендент тоже имеется?
— Конечно. Вы, — поддержала я тему. — Вы же так себя расписывали, что впору восхититься и проникнуться. Защиту обещали, помнится. А в свете происходящих событий, подозреваю, она мне скоро понадобится как никогда. 
Хотела ещё спросить про бумаги и зачем для этого на мне обязательно жениться, но решила не выдавать своих знаний раньше времени. Мало ли. Как говорится, молчание — жизнь.
— Я всегда восхищался твоим умом, — сделали мне своеобразный комплимент, отступая к окну. — И я не лгал тебе, Арина. Я действительно хочу помочь. Конечно, не без личных соображений, но и этого я от тебя тоже не скрывал. Ты помогаешь мне получить нужное влияние в фирме, я обязуюсь заботиться о тебе.
Хм...
— И всё? — приблизилась всё же к нему, уставившись на залитый лунным светом сверкающий снег с тенями деревьев на нём. — Поженимся, вы получите в свои руки власть. И что дальше?
— А что дальше? Нет, я бы предложил тебе родить наследника для всего этого состояния, но ведь ты откажешься.
На этом моменте моя выдержка всё же дала трещину. Уставилась на мужика как на третье пришествие дьявола. 
— Н-наследника? Вам?
А воображение уже вовсю рисовало нашу брачную ночь и последующие, после беременность и ребёнка. И выглядело это… сказочно. В том смысле, что такое и представить себе невозможно. Да я о таком не задумывалась, даже когда он мне предложение ещё в офисе делал! А вот теперь… М-да...
— А что? Считаешь, мне ещё рано обзаводиться семьёй и детьми? — ухмыльнулся Аксёнов.
— Эм… Нет. Просто… 
В итоге, со словами я так и не нашлась. Продолжила смотреть на своего ночного гостя, как в первый раз. А тот вдруг рассмеялся.
— Ариша, ты удивительная девушка. С виду такая сильная, неприступная, а на деле нежный цветочек, такой юный и ранимый, — заметил уже мягким тоном, ласково погладив по щеке.
Я и от предыдущего заявления ещё не отошла, а уж от последнего вообще в шок выпала, потому позволила прикасаться к себе дольше положенного, прежде чем собралась с мыслями и отстранилась.
— Не меня стоит бояться, девочка, — заметил он уже серьёзнее.
— Я помню, — кивнула согласно. — А теперь я хочу знать правду. Настоящую. Зачем всем вдруг так сильно приспичило на мне жениться? И не надо мне говорить о деньгах. Не только в них ведь дело? Что вы от меня скрыли, господин Аксёнов?
— Я же просил, — укорил он меня. — И я отвечу на все твои вопросы, если ты примешь моё предложение. До этого — увы, — развёл руками.
В очередной раз за день меня охватило раздражение.
Как же я ненавижу это их мужское превосходство!
— То есть, если я отвечу вам "да", вы сразу же мне всё расскажете? — не поверила я ему, конечно же.
— Нет, — подтвердил Илья мои опасения. — Сперва мы подпишем договор и подадим заявление в ЗАГС. И вот тогда уже я тебе всё расскажу.
Ну, что сказать… с таким не поиграешь.
— Слишком просто. Что за договор?
— Обычный. Брачный. 
Едва не рассмеялась.
— А что будет, если я соглашусь, а потом передумаю? — склонила голову набок.
— Ты должна будешь мне передать свою часть наследства и ещё некоторые проценты сверху.
Ага, в долговое рабство попросту попадаю. Впрочем, я этому нисколько не удивилась. Скорее, удивилась бы, не будь этого условия.
— Наследство я вам могу передать хоть сейчас. Но вам ведь не оно нужно. Из чего я делаю выводы, что отец что-то оставил для вас всех, а получить это возможно лишь женившись на мне. И мне уже просто безумно интересно, что же это такое…
Илья Витальевич на мои размышления никак не отреагировал — продолжил смотреть на заснеженный лес вокруг дома.
— А если я не выйду ни за одного из вас? — поинтересовалась деланно равнодушно.