(Не) замужем
Пока Светка мне все это говорит, поворачиваюсь к ребятам и вижу, как вытягиваются их лица. Они явно не рады, что коллега поделилась со мной информацией об их скверных характерах. Они на глазах грустнеют, злятся. А ведь еще несколько секунд назад улыбались.
Отчего-то у меня екает сердце и становится очень жалко маленьких ребят.
Подхожу к ним, осторожно спрашиваю:
– Мне тут сказали, вы плохие мальчики? Как же так?
– Плохие, – дует губы один.
– Осень нехолосые… – вторит ему другой.
Замечаю, как они шмыгают носами. Уже чуть не плачут! Им явно не по себе. Похоже, стыдятся звания плохишей.
– Шкодить любите, да? – спрашиваю с хитрой улыбкой.
– Любим, – кивают оба.
И отчего-то делаются еще несчастнее.
Видно, парнишкам изрядно достается за проделки.
– А давайте поиграем, – предлагаю им.
При слове «поиграем» оба детских личика загораются любопытством.
– Как? – тянет один из близнецов, тот, что посмелее.
– В хороших ребят. Хотите сегодня быть хорошими ребятами?
Они удивленно на меня смотрят, будто хотят сказать: «Тетя, ты часом кукушкой не поехала?»
– Мы не умеем, – качают они головами.
– А я вас научу, – не сдаю позиций. – Перво-наперво надо научиться хорошо шкодить в игровой комнате. Как думаете, справитесь?
Там пол покрыт резиновыми ковриками, куча игрушек и наши с подругами дети, которые очень ждут новеньких. Там им точно не будет скучно, а я прослежу, чтобы шкоды и правда были только хорошие.
– Кстати, у меня для вас есть подарочки. И я вам их с удовольствием дам, как хорошим ребятам.
– Плавда? – смотрит на меня мальчик.
– Конечно, – развожу руками.
Лезу в карман комбинезона и достаю маленьких пластмассовых динозавров – из набора, который рассыпали малыши еще утром.
– А вечером вы можете показать их папе и рассказать, какими вы были хорошими, все подтвердят, – продолжаю их напутствовать.
Малышам нравятся и мое предложение, и динозавры.
Они с удовольствием берут игрушки, улыбаются, да так искренне, что теплеет на душе.
Эх, только у деток получается так откровенно радоваться крошечным пластмассовым игрушкам.
А папаша у них, похоже, придурок. Зачем клеймить детей плохишами? Они, может, с этим не согласны.
Глава 14. Папа-паникер
Рафаэль
Я сижу в офисе вот уже пять часов, а беспокойство все не отпускает.
Из садика не звонили, нет.
Но это не добавляет мне уверенности, что с Тиграном и Артуром все в порядке.
Чем больше проходит времени, тем сильнее волнуюсь. А ну как близнецы начудили, за что их поругали? Или еще что… Ведь они могут!
О чем я вообще думал, когда вот так смело оставил пацанов с незнакомыми людьми? Но не сидеть же с ними самому круглые сутки!
Я – не мать в декрете, которой на роду написано безвылазно сидеть с малышней.
Я – бать в декрете… Точнее, без декрета. Одинокий отец, короче говоря. Кормилец, добытчик и единственный нянь, который по итогу с ними справился. Но тут больше от безысходности, а не благодаря таланту сидеть с детьми. Талант к этому у меня скорее отсутствует. Однако я полностью взял за детей ответственность, когда их мать самоустранилась из нашей жизни.
Сам их сделал, сам и ответственность взял.
Кручу телефон в руке, решаю – позвонить ли в садик? Ничего плохого от одного телефонного звонка не будет, так? Я только спрошу, как поживают близнецы, и все.
Но что если мне там наврут?
Скажут – все шикарно, ваши близнецы сплошные ангелы… А на самом деле запрут их в чулане, чтобы не пакостили. Ведь они не могут не пакостить, только тем и занимаются круглые сутки.
К обеду все-таки не выдерживаю, срываюсь из офиса.
Решаю так – вместо обеда наведаюсь в садик. Просто хочу убедиться, что все ок. Посмотрю на них одним глазком, и обратно.
Сказано – сделано.
Через сорок минут я уже у нужного подъезда.
Прохожу по коридору к садику.
За столом регистратуры меня встречает все та же рыжая мадам по имени Светлана.
– Здравствуйте, что-то вы рано, – она широко мне улыбается.
Я ей явно нравлюсь, вон как приосанилась при моем появлении. Впрочем, мне ее интерес до одного места. Я тему женщин для себя закрыл, пока близнецы не подрастут, мне попросту не до этого.
– Не посчитайте меня параноиком, – говорю, чуть закашлявшись. – Но можно я потихоньку посмотрю, как они?
– Без проблем, – администратор расплывается в еще более широкой улыбке. – Тихонечко пройдите по коридору. Наш воспитатель как раз укладывает детей на дневной сон.
Благодарю ее, шагаю в указанном направлении.
Но еще не дойдя до нужной комнаты, вдруг слышу, как кто-то поет колыбельную.
Те самые слова: «Я ночная фея, королева сна. Я на этом свете каждому нужна…»
Та самая песня, под которую я укладываю своих ребят!
И голос тот же самый…
Боже, да неужели ж мне так повезло, что эта девушка работает здесь?
Или…
Нет, не повезло.
То есть песня та же, как и голос, и девушка, вполне возможно, тоже. Вот только эта девушка на поверку оказывается моей одноклассницей – Кристиной Ежовой!
Кристина, будь ты трижды проклята, Ежова… Или кто она теперь по мужу, неважно.
Сука, которая расколошматила мне сердце в одиннадцатом классе.
Коза, которая со смаком легла под меня после выпускного, а потом моментально выскочила замуж за другого.
Тварь, которой не помешало бы извиниться за то, что использовала меня как таран, чтобы лишиться невинности.
Я понимал, что она, скорей всего, живет неподалеку. Пару раз видел ее в местном супермаркете, один раз даже заговорил с ней по дурости. Но одно дело предполагать, что она живет где-то там со своим придурком-мужем, другое – позволить ей нянчить моих близнецов.
Резко зайдя в комнату, рычу на нее:
– А ну, отошла от моих детей!
Кристина вскакивает со стула, смотрит на меня круглыми от удивления глазами.
Меж тем близнецы поднимаются с кроватей.
– Папа! – оглушающе орут.
И несутся ко мне как есть – в майках и трусах, счастливые, что я пришел.
Удивительное дело, пока жили с женой, они вообще ко мне не бежали. Ну папа и папа, неважно, когда пришел, когда ушел. Они вообще на меня почти не реагировали. Но стоило немного пожить с ними самому, поиграть, позаботиться, как они будто открыли мне свои души.
Люблю их страшно.
И не позволю всяким курицам типа Кристины их обижать.
– Это твои дети? – спрашивает она с обомлевшим видом.
– Мои, – отвечаю с горделивым видом. – Надеюсь, не надо объяснять, почему я их с тобой не оставлю.
Беру на руки сразу обоих и уношу.
Глава 15. Что случилось на выпускном?
Кристина
Я кое-как дожидаюсь, пока мои дочки уснут, проверяю двух новеньких ребят.
На цыпочках выхожу из комнаты, которая на время дневного сна превращается в спальню благодаря раздвигающимся детским кроватям.
Спешу к Светлане. Подруга трудится у нас за администратора, менеджера по работе с клиентами и бог знает кого еще.
Светлана на рабочем месте. Сидит за столом и с хмурым видом гипнотизирует входную дверь.
Стоит ей увидеть меня, как она поднимается с кресла, спешит навстречу.
– Что случилось? – разводит она руками. – Я думала, этому папаше все понравилось, а он… Вылетел отсюда с близнецами под мышками, как натуральный псих! Ты с ним поругалась, что ли?
Игнорирую поток речи подруги, спрашиваю с хмурым видом:
– Как фамилии у близнецов? Ты ведь записывала данные, так?
– Записывала, Давидяны, кажется, – она слегка теряется.
Я упираю руки в боки, строго смотрю на Светлану:
– Почему же ты мне не сказала, что они Давидяны?
Она смотрит на меня непонимающим взглядом и спрашивает:
– Откуда мне было знать, что это имеет значение?