Мне тебя обещали (СИ)

Я протянула руку. Андрей подошел… Дашка, глядя на нас, переступила с ноги на ногу и с удивительной для ребенка тактичностью вернулась в кухню. А я вжалась лбом в бедро Севера, вцепилась пальцами в ткань на брюках. На голову легли его руки… Они дрожали.
- Ты простишь, что меня не было так долго?
- Да, если это тебе помогло.
Пальцы в моих волосах замерли. Андрей склонился надо мной. Прижался губами к макушке, проехался ладонями по рукам, опустился рядом со мной на колени так, чтобы наши глаза и губы были почти на одном уровне. Нас обоих немного потряхивало – сумасшествие чистой воды. Сидеть вот так, когда от эмоций зубы стучат… и сердце рвется… Выпрыгивает изнутри…
- Я не мог быть с тобой… такой разрушенный.
- Я понимаю. Правда… Я бы… я бы ждала. Столько, сколько потребовалось.
 - Ма-а-айя. – Его губы скользнули вверх по моему виску. Поцеловали дрожащие веки, под которыми закипали слезы. От всего происходящего болело в груди. Нужно было как-то разрядить ситуацию. Иначе этого просто было не вынести. Но вместо этого все только усугубилось, когда я почувствовала легонький-легонький толчок внутри. Замерла, прислушиваясь к себе. И Андрей насторожился.
- Что такое?
Я покачала головой. Зачем-то сорвала с шеи легкий шарфик, в котором так и продолжала сидеть. Взяла ладонь Севера и положила на свой живот.
- Чувствуешь?
Он настороженно взглянул в мои глаза. Метнулся взглядом ниже.
- Нет…
- Наверное, еще рано. Но я уже ощущаю… Такое, знаешь, легкое движение внутри, будто бабочка крылышками взмахнула…
- Майя… - повторил он. По моему лицу уже в открытую лились слезы. Я искусала губы, чтобы не зареветь, потому как, несмотря на все мое понимание и терпение, я была все же несказанно рада, что вот такие моменты могу теперь делить с ним.
- Ты уже знаешь, кто это? Мальчик или девочка? – с благоговением обхватив мой живот, поинтересовался Север.
- Нет. Но, думаю, нам нужен мальчик, чтобы сравнять счет. Дочь… у нас уже есть. Правда?
Андрей не раздумывал долго. Кивнул.
- Я думал, что не смогу… Что она будет постоянно напоминать об отце… о том, что он сделал. И что из-за этого я не смогу…
- Что?
- Относиться к ней так, как раньше. Но это такой бред, Майя! Я люблю эту девочку. И тебя люблю во сто крат сильней, хотя, правда, кажется, больше некуда, за то, что ты ее не бросила… не оставила. За то, что поняла про меня даже больше, чем, может, я сам про себя понимал.
- Это было просто, – сквозь слезы шепнула я. – Мы родственные души, помнишь?
- Конечно… Помню. Мне тебя обещали…
- Да!
- Эй, народ… Вы идете есть? Мне кажется, утка в духовке уже горит… - прокричала из кухни Даша. Андрей улыбнулся. Поднялся, опираясь на руку, и потянул меня за собой. И тут я увидела небольшой чемодан, аккуратно прислоненный к стенке.
- Хочешь, чтобы мы жили здесь?
- Временно. Я распродаю свою недвижимость, потому что… - Андрей запнулся, уже у самого входа в кухню.
- В тех стенах слишком много воспоминаний.
- Да…
- Что ж… тогда будем жить у меня. Даш, что скажешь? Приютим бездомного?
Я понимала, как для нее было важно, чтобы с её мнением тоже считались. И делала все, чтобы у Дашки и тени сомнений не возникало в этом.
- Приютим-приютим, - тихонько засмеялась девочка. И неожиданно совсем легонько меня приобняла. Я так расчувствовалась, что еще немного, и опять заплакала бы. Но, к счастью, зазвонил телефон, и я нашла способ переключиться.
- Это отец, - нахмурилась я и уже в трубку бросила: - Да, папа?
- Дай мне Севера.
- И тебе здравствуй!
- Здоровались уже… - буркнул отец в ответ. – Давай уж этого своего… Поговорить надо!
- Знаю я, что ты ему скажешь… - возмутилась я, ничуть не удивленная тем, что отец в курсе возвращения блудного зятя и  приготовившись, если понадобится, защищать его до конца. Но оказалось, что этого от меня и не требовалось. Андрей был из тех мужчин, кто предпочитал решать проблемы, а не бегать от них. Потому он забрал у меня телефон и встал из-за стола.
- Нет, ну ты видела? – обратилась я к Дашке, когда он, подмигнув, и вовсе вышел из комнаты. Та пожала тощими плечами и авторитетно заявила, что мужские разговоры не для женских ушей. Я вскочила, не доев утку. Заметалась по комнате. Может, я и не слышала разговора, но и без этого было понятно, что ничего хорошего Андрею отец не скажет. Как мать, я понимала его стремление меня защитить… А вот он многого не понимал. И мне очень не хотелось бы, чтобы в запале отец испортил отношения с моим будущим мужем. Тем более в этот вечер… Самый счастливый вечер из всех. Но когда Север вернулся, он мало походил на обиженного. Пожалуй, даже напротив. Он выглядел слишком довольным, как для человека, которого только-только пропесочили по всем фронтам.
 
- Все хорошо? – на всякий случай уточнила я, сжимая его ладонь. Млея от того, что в принципе могу его касаться.
- Угу. Более чем.
- Ты выглядишь страшно довольным. Как будто это не ты только что получил по шапке.
- Получил, - еще шире улыбнулся Север. - Но мне понравилось. Хороший мужик – мой тесть. И вообще… все, наконец, хорошо.
 Эпилог 
 
- Нет! Вы только посмотрите на это! – прошипела Майя, грозно уперев кулаки в бока, отчего полы на ее халатике чуть-чуть разошлись, и моему взгляду открылась глубокая ложбинка между ее налитыми грудями. Мысли окончательно поплыли, а ведь мне и без того было непросто собрать их в кучу… После выпитого.
- Не шуми, женщина… - гаркнул мой тесть, но потом, испортив весь эффект от сказанного, пошатнулся и, едва не упав, в последний момент уцепился за стенку.
- Я тебя зачем за ними отправила? А? Чтобы ты сам назюзюкался?
- Ну, не ругайся, хозяйка. Повод какой!
Майя перевела взгляд на Егорова, пожалуй, самого трезвого из нас всех, и, выходя из образа сварливой жены, улыбнулась.
- Поздравляю, Жора! Правда… Дай я тебя обниму.
Егоров на радостях схватил мою жену, оторвал от пола и, стиснув что есть сил в объятьях, замер на несколько секунд, покачиваясь из стороны в сторону.
- Э-э-эй! Ну-ка поставь, где взял… - возмутился я такому беспределу. Егоров смерил меня язвительным взглядом, хмыкнул, но все-таки выпустил Майю из своих ручищ.
- Двое! – гордо заметил он, ударяя себя в грудь кулаком. – Ма-а-аленькие, как котята. Я их сначала на руки боялся взять. Представляешь?
Эту песню я за сегодняшний вечер слышал уже в который раз и, наверное, не в последний. Я скосил взгляд на тестя, который, усевшись на банкетку, пытался стащить ботинки, и решил, что мне тоже не мешало бы разуться. Но сделать это стоя было непросто. Меня штормило и бросало из стороны в сторону.
- Пьянь!
- Так ведь повод какой, - обиженно повторил я недавние слова Егора.
- Двое! – еще раз качнул головой тот. - Учитесь, пока батька молодой. Два пятьсот и три килограмма.
- Подумаешь… Два пятьсот. У нас Женька пять родился! Вон, у Майи спроси, если мне не веришь.
Егоров нахмурился, видимо, пока не решив, как ему теперь жить с информацией, что кто-то другой побил его рекорды. На его лице отразился не абы какой мыслительный процесс.
- Зато у меня их сразу двое… - нашелся Жорка. – Девочка… и еще девочка. Девочки должны быть хрупкими и маленькими. Скажи, Борисыч?!
Мой тесть, чья девочка уже давно выросла и теперь смотрела на нас, кусая губы, чтобы не рассмеяться, качнул головой, соглашаясь. После встал и, раскачиваясь из стороны в сторону, молча побрел к гостевой комнате, в которой он любил оставаться, когда дела позволяли выбраться за город. Предатель.
 
- Если что, Жор, я тебе уже постелила… А ты, - взгляд жены метнулся ко мне, - в душ шуруй. Я пока кофе сварю покрепче.
- А я б чего-нибудь пожевал, - похлопал себя по животу Егоров.
- Вас, что же, там, где наливали, не кормили?