XVII. Мечом и словом Божьим! (СИ)

— Именно вас хотят скомпрометировать, ваше королевское высочество, потому что считают вас главным претендентом на регентство.
— Что делать, что? — принц заметался по келье. — Это… это неслыханно!
— Сохранять спокойствие и осторожность! Я позабочусь обо всем. И главное, отдалиться от двора.
— Мой друг, я надеюсь на вас! — Гастон схватил меня за руки. — Я уеду сразу после похорон!
Помыть руки после сортира он так и не удосужился. Я с трудом подавил брезгливость и вежливо улыбнулся в ответ.
— Прекрасно, вы самый разумный человек из всей королевской семьи. Верьте и надейтесь на меня.
Как говорится: не было счастья, так несчастье помогла. Чертово покушение помогло мне почти наверняка устранить двух претендентов на регентство. Осталась только Мария Медичи.
С ней я планировал поговорить позже, но способ и случай еще не выбрал, потому что эта свирепая и хитрая старуха могла просто послать меня нахрен. Слишком уж много крови мы попортили ей с де Брасом.
Отпевание шло своим чередом, я от нервного напряжения едва достоял до конца. К счастью, никаких больше неожиданностей не случилось. Никто никого больше отравить не пытался, правда один из пажей случайно поджег гобелен факелом, но сам же его потушил, после чего ему я надавал подзатыльников сам.
Дальше процессия отправлялась в королевскую усыпальницу в Сен-Дени, но уже не пешком, а в каретах.
— Когда все это закончится?.. — тихо всхлипнула Анна Австрийская. — Он при жизни не давал мне покоя, теперь мучает после смерти.
Я кивнул Мадлене, она взяла королеву под руку и повела к карете.
Предчувствие беды немного угомонилось, но не пропало.
Из собора вышла Мария Медичи. Ее взгляд остановился на мне. Ничего хорошего он не предвещал. У меня по спине побежали мурашки.
И тут…
К собору донесся сильный грохот, а над крышами домов со стороны дворца Марии Медичи взмыл огромный огненный гриб…
  
Глава 17
 
Барон
Первым делом мы совершили хитрый маневр, а именно, объехали вместе с Атосом, Люком, Бенезитом и еще тремя бойцами дворец стороной, подождали некоторое время, и встретили очередных гостей во всеоружии. Два всадника ехали, не торопясь, и очень удивились, когда мы окружили их и стащили с лошадей, потом быстро обшарили карманы, тюкнули по головам, связали руки и ноги и оттащили в ближайшие кусты. Убивать я их не стал — морды были незнакомые, так что и провинностей сих господ перед Францией и обществом я не знал. Суть же всего действия заключалась в охранных кулонах-амулетах, кои болтались у каждого из гостей на шее. Заполучив же пропуск, я отправил людей на обговоренные позиции, и вместе с Атосом направился к главным воротам дворца.
Мы не скрывались и вели себя естественно. Атос и обычно был мрачен и молчалив, а под действием препарата тем более смотрел на окружающий мир столь грозно, что солдаты на воротах даже чуть отступили назад, потом сержант все же нашел в себе силы спросить:
— Пароль, господа?
— Медичи и Мадрид! — негромко ответил граф. Сержант кивнул, значит пароль был еще действителен.
— Могу я попросить предъявить ваши знаки?
Тут уже я с уверенностью показал отобранный четвертью часа назад кулон, а Атос продемонстрировал второй.
Сержант облегченно вздохнул. Видно, наши лица ему совершенно не понравились — было с чего, я бы от таких физиономий сам бежал куда подальше, — и общаться с нами далее у него не было совершенно никакого желания.
— Вас ожидают в малом зале, господа! — сержант указал рукой на западный вход во дворец. Конечно, ни о каком личном досмотре и речи идти не могло, нас даже не попросили оставить оружие, а помимо рапиры я прихватил с собой пистолет и дагу. Так мы и прошагали до высоких дверей через весь огромный двор, положив руки на эфесы шпаг. Я для надежности надвинул шляпу на глаза как можно глубже — здесь у меня было множество врагов, некоторые из которых знали меня в лицо так же, как и я их. И встречаться с ними раньше, чем будет сделано главное дело, я не хотел. Я очень надеялся, что уж в этот-то раз маркиз де Сен-Мар окажется среди собравшихся.
 
Итальянский мрамор, золотая лепнина, портреты представителей рода Медичи, дорогой бархат на стенах, и серьезная охрана — у каждой двери стояло по два солдата, вооруженных до зубов.
Мы прошли насквозь несколько комнат — Атос, как оказалось, неплохо здесь ориентировался, и, наконец, вошли в малый зал, где толпился народ. Зал был просторный, несмотря на свое название, и расписан по периметру многочисленными сценами батальной живописи. Выглядело все эффектно, я бы с удовольствием потратил пару-тройку часов на осмотр, но, к сожалению, на это времени у меня не имелось.
Навстречу Атосу тут же шагнул незнакомый мне человек, и я предоставил ему вести диалог, сам же отступил в тень, а после вовсе укрылся за портьерой, надеясь, что никто из гостей меня не узнает.
Граф о чем-то коротко переговорил с незнакомцем, и тот удалился, полностью удовлетворенный результатами беседы. Арман меня не выдал, чем я был крайне рад, опасаясь в душе, что средство Лулу все же не настолько сильное, как она говорила. Но, слава богу, пока все обошлось.
Зато я увидел всех своих врагов из черного списка, собранных в одном месте. Вот в одной тесной кучке о чем-то беседуют граф не Монти, и кавалер де Варне, и еще несколько незнакомых мне дворян. В пяти шагах от них в другом круге виконт Лавиз и граф де Гуш громко обсуждают проходящие в этот момент в соборе Парижской богоматери похороны короля, весело смеясь при этом и жестикулируя. Были тут и другие, не всех я помнил по именам, но, к сожалению, не было Медичи — видно, королева-мать присутствовала на похоронах сына, выжидая момент, когда можно будет под видом регентства захватить трон. Зато, в очередном из кругов я увидел маркиза де Сен-Мара! Наконец-то! Он улыбался и выглядел цветущим. Скотина!
Я чуть было не дернулся в его сторону и лишь огромным усилием воли сумел сдержаться и остаться за портьерой. Тем временем, ожидание затянулось. По моим подсчетам похоронная процессия уже прибыла в Нотр-Дам, и все те, кто к ней не присоединился, уже собрались в этом зале. Возможно, ждали еще кого-то? Но все первые лица государства сейчас на похоронах. Зачем же было собирать остальных во дворце именно в этот час? Уж не задумали ли господа нечто нехорошее?..
Наконец, широкой походкой в зал вошел еще один человек, и все сразу оживились, многочисленные кружки распались сами собой, все головы повернулись в сторону вновь прибывшего.
Я узнал его. Это был Клод По, сеньор де Род — один из высших сановников королевского двора, потомственный обер-церемониймейстер, первый барон провинции Руэрг, потомок древнего рода, возвысившегося при Генрихе III. Клод обладал лишь баронским титулом, но о его высоком положении свидетельствовала особая важность его поста, соперничающая с полномочиями главного распорядителя, а также занимаемая им должность первого кравчего короля. Более того, женами барона были знатнейшие дамы, принадлежавшие к лучшим домам Франции — Генриетта де Ла Шатр, вдова Франсуа де Валуа, незаконного внука Карла IХ, и герцога д’Юзеса, членов высшего эшелона французской элиты, и Луиза Лотарингская, незаконная дочь кардинала Луи де Гиза.
Клод выглядел, как человек, который имел полное право распоряжаться, и окружающие это право полностью признавали. И даже те, кто стоял по иерархический лестнице несравненно выше барона, здесь и сейчас склоняли головы перед ним. Логично было предположить, что в структуре ордена Клод По занимал одну из высших, если не самую высшую, ступень.
— Братья, — негромким голосом в полной тишине, установившейся в зале, начал де Род, — я благодарен вам за то, что в этот тяжелый день вы нашли время прибыть по моему зову. Как вы прекрасно знаете, в данную минуту тело монарха Франции доставили в Нотр-Дам для отпевания. Анна Австрийская, принц де Конде, кардинал Ришелье, Гастон Орлеанский и Мария Медичи находятся в соборе на церемонии. После все отправятся в королевскую усыпальницу в Сен-Дени, где попрощаются с Людовиком навсегда.