Сложный выбор (СИ)

Велина сомкнула руки на груди, выдохнула резко и, вскинув голову, произнесла:
- При твоем рождении было видение, что дар вместе с тобой на свет появится, и такой силы он будет, что погубит тебя, коли крепнуть будет. Ибо, расти он будет быстрее, чем тело твое, заполнит он твой разум и будешь ты у него в подчинении. Одержимый, ослепленный силой своей, и только одна девица, что в душу и в сердце твое войдет, сможет с этой силой совладать.
Повисло молчание. Светомира, помотав головой, прикрыла глаза. Слишком много тайн, слишком много непонятных предсказаний, пророчеств, которые слишком часто ссылаются на нее. Всем вокруг хочется верить в то, что она особенная, в то, что она способна убрать все их проблемы, избавиться от тьмы, сдержать чью-то силу, чтобы она не осушила одаренное тело.
Плотно сжав пересохшие губы, девушка слушала тишину, смотрела как женщина открывает рот, набирает воздух в грудь, но так ничего и не произносит. Смотрела, как Светозар прищуриваться, явно обдумывая, о чем спросить матушку. Она видела, что мужчина недоволен, что он хочет, либо обвинить в том, что на нём печатать, либо как-то выразить свое недовольство.
- Раз предатели пьют вино, их можно опоить, - предположила Светомира.
- Было бы чем, - обреченно произнесла Велина. – Я уже думала об этом.
Девушка красноречиво посмотрела на мужчину, указывая взглядом на небольшую сумку, которая свисала около его бедра. Она знала, что в ней еще остался яд.
Светозар понял все без слов. Его рука опустилась вниз и сжала светлую кожу, нащупав пузырёк. Пусть яд, разведённый в вине, и не сможет убить предателей, но плохое самочувствие обеспечит, осталось придумать, как незаметно подлить его в вино.
Велина, сжав кулаки, ухмыльнулась и протянула ладонь, слегка согнув пальцы, чтобы забрать его себе.
- Завтра к вечеру они уже будут отравлены, - произнесла она. – Как только правитель очнется, все будет как прежде. Пока он находится при смерти, а ты объявлен безумным, вся власть в руках этого гнусного негодяя! Целитель заперт, так же как и я, если мое затворничество объясняется тем, что я хотела наложить на себя руки, то про него говорят будто бы он, пытаясь исцелить правителя иссох, исчерпал весь свои дар настолько сильно, что попросту не может подняться.
Светомира промолчала. Повернулась к ним спиной и притянула к озябшему телу сухую одежду. Ей так хотелось переодеться, омыть себя теплой водой, и позабыть о всех проблемах, но, увы, и здесь было неспокойно.
Светозар сел и задумчиво уставился в стену, иногда он жестикулировал, будто представлял с какой стороны лучше подойти к противнику. Велина же будто опомнилась и метнулась к девушке, одаривая ее своим вниманием. Шикнула на сына, чтоб тот отвернулся, пока девица будет переодеваться, и сама прикрыла ее одеялом.
- Прежде, чем принять вашу заботу, я должна вам в кое-чем признаться, - сжавшись, начала Светомира.
Услышав, эту фразу, мужчина поднялся на ноги, и медленно стал приближаться. Не давая ему возможности остановить ее, девушка на одном дыхании выпалила:
- Я ведьма, мое тело было пристанищем тьмы.
С трудом сдержавшись, она не сдвинулась с места, даже глаза вниз не опустила, а продолжала смотреть в светлые прозрачно-голубые глаза, которые чем-то напоминали тонкий лед на источнике, глубина которого была очень обманчива. Казалось, что воды в нем мало, все дно было видно настолько хорошо, что можно было руку протянуть и поднять камешек, но на самом деле даже у самого берега скрывало по шею. Велина напоминала ей его, возвращала к воспоминаниям, где она, беззаботная девица, с наивными мечтами, думала, что самое ее большое горе – это разлука с Данияром. А он… Пусть лучше она сразу сознается во всем, чем пригреется, надумает себе счастливое будущее, а потом получит огонь под ногами от костра.
Брови Велины приподнялись вверх, она внимательно рассматривала Светомиру, и, казалось, будто бы обдумывает, что произнести.
 
- Матушка, - приобняв ее за плечи, на самое ухо, произнес Светозар, и попытался ее отвести назад, но женщина лишь дернула плечом, сбрасывая с себя его руки.
- Не знала я, как толковать сон, в котором увидела, что чиста ты, бела как снег первый, а рядом с тобой в лед закованная чернота спит. Да теперь ясно мне все стало. Не даешь ты своей тьме пробудится, отказываешься от нее, хоть и есть в тебе ее часть. Выбрала ты для себя уже путь, по нему и пойдешь, раз не поддалась искушению. Уважение вызывает Светомира твоя честность, сила в тебе есть, раз признаться в подобном смогла. Коли сын мой тебя принимает, то и я слова дурного не скажу, а выбор его поддержу.
- Матушка, - вновь произнес воин, и потянул ее на себя.
- Дай же девочке переодеться! – шикнула она на него, и, улыбнувшись Светомире, вновь подняла одеяло, скрывая ее от глаз мужчины.
Теплая, сухая одежда приятно согревала кожу, покрытую мурашками, но внутреннее напряжение не покидало. Не верилось, что Велина настолько легко приняла ее. Светозару даже не пришлось ее успокаивать, объясняться. Хоть он и не смог промолчать и принялся все, что знал рассказывать, выгораживая девицу, давая понять, что нет ее вины, что обманута была, и тьма в ней не задержалась, а осталась лишь легким шрамом на месте метки, и то, скорее всего, после сойдет, исчезнет без следа.
Женщина терпеливо слушала его, не перебивала, но, казалось, ее это мало волновало. И как только мужчина закончил говорить, тут же подошла к узкому, едва приоткрытому окну и посмотрела на небо.
- Рассвет скоро постучится, наполнит своим светом округу, вам спрятаться надобно, да остолопов тех, что охрану несли, надобно убрать. Их под кроватью спрятать можно, Светомира в ларь поместится, ну а ты, сын мой, можешь вместе с предателями лечь, да тканью тяжелой укрыться, что свисать с ложа будет. Я притворюсь, что нездоровится мне, сама прилягу, коли зайдет кто.
Ларь был до краев набит вещами, откинув тяжелую крышку, Велина вздохнула, и взглянув на кровать, принялась туда переносить ткани и одежду. Светозар помогал ей, вместе они скинули одеяло, и натягивали ткани, раскладывали одежду слой за слоем, тихо переговариваясь при этом. Мешать им не хотелось. Девушка чувствовала себя лишней. Им бы сейчас без нее проще пришлось, а так ее прятать приходится, да о своем не поговорить. Она подошла к окну и принялась всматриваться в небо, стараясь не слушать, о чем говорит мать с сыном. Прохладный воздух с легкой примесью гари растянул ее губы в легкой усмешке. Подумать только, насколько все неустойчиво! Земли осквернены тьмой, она пробралась в разум людей, объяла гнилью их души, и вместо того, чтобы объединить силы и сохранить то, что осталось, не дать ей разрастаться, идет борьба за власть. Ни к чему хорошему это не приведет. Ослабленных, изможденных воинов, которые не знают, за кем идти, легче одолеть, легче ввести их в заблуждение и направить не на тот путь.
Легкий, едва заметный звук, тут же привлек внимание Светомиры. Она обернулась и с замиранием увидела, как Светозар затаскивает тела мужчин. Неестественно бледные, с посиневшими губами и с безжизненно открывшимися ртами, они не вызывали у нее ужаса или отвращения. Хотя прежде она боялась видеть смерть. Отвернувшись обратно, девушка вновь посмотрела на небо и втянула носом воздух. Она так и стояла, смотрела на еле заметные звезды и небольшую полосу розоватого цвета, разрастающуюся все больше и больше. Только когда ее окликнула Велина, Светомира оторвалась и покорно подошла к ларю, чтобы залезть внутрь.
Темнота и духота вернули ей прежние страхи. Что если ничего не получится? Вдруг ее так и вынесут на костер в этом сундуке, оковав его цепями?! Не в силах и дальше сидеть в неведенье, она слегка приоткрыла крышку и выглянула. Велина стояла спиной к ней и взволнованно обхватывала себя руками. Будто почувствовав на себе ее взгляд, она повернулась и тихо, одними губами произнесла:
- Скоро будет смена караула, и они заподозрят неладное, зайдут спросить, в чем дело, и если начнут обыскивать или же сообщат о том, что без надзора я провела всю ночь, кому выше, неприятностей не оберемся. Вся надежда на их глупость, мужики то недальновидные, позарившиеся на набитое брюхо, да вино пьянящее. Благо Арита обычно приходит раньше их, с ней успею объясниться и яд передать.