Сложный выбор (СИ)

- Нет. Скажи, ты тоже веришь в пророчество?
- Я его даже ни разу не слышал полностью, не ведаю его сути.
- Тогда зачем тебе я?
- Хочу, чтоб женой мне верной стала, и о горечах всех своих позабыла.
Мужчина слегка приподнял подбородок девушки, смахнул пальцем слезинку с ее щеки и наклонился вперед, накрывая ее губы своими. Светомира возмущенно замычала, отпрянула от него.
- Противен? – удерживая ее за руки, шепотом спросил Светозар.
- Ты, ты… - повторяла она, не находя слов в ответ.
- Забудь обо всем.
Он притянул ее к себе, прижал к своей груди, преодолев легкое возмущение. Пальцы запустил в густые волосы, и пока девица не успела опомниться от его наглости, прикоснулся к ее слегка приоткрытым губам, очертил их языком, прикусил слегка, когда уловил едва заметное сопротивление. Осторожно, постепенно мужчина становился более требовательными, напористыми, углубляя поцелуй.
В нем разгоралась страсть, он еле сдерживал сбивчивое дыхание. Ему даже показалось, что Светомира расслабилась, сдалась под напором его губ, но она все же отвернулась от него в сторону. Не растерявшись, он поцеловал ее щеку, опустился вниз к шее.
- Я надеюсь, этот поцелуй будет не последним, - укутывая ее в плащ, с теплотой произнес он. – А сейчас, спи.
  
Глава 22
 
Как Светозар не старался приблизиться к Светомире, она лишь награждала его своим равнодушием. Не доверяла, боялась, думала об обмане. Рассказывать, что с ней случилось, она тоже не хотела, да он и не настаивал. Свои домыслы у него на этот счет были, и ни один из них не представлял из себя ничего хорошего. До гор они не дошли, свернули в другую сторону и направились вверх по реке, что ни говори, а предательства от своих он никак не ожидал, а сбежавшие запросто могли наплести и приукрасить действительность так, что Светомире не поздоровится.
На исходе луны, когда они преодолели большую часть пути, девушка стала настолько сильно зажата в движениях, что он стал уговаривать ее показать ему свои раны от обруча. Мазь словно и не помогала вовсе, хотя девушка старательно смазывала ею свою кожу при любой возможности. Как он и думал, она ответила ему резким отказом. И никакие доводы не помогали. Сказала лишь, что становится лучше, но устала она так, что каждое движение для нее трудным становится. Ему бы проверить, но настолько не хотелось отталкивать девицу от себя своими действиями грубыми, что продолжил просто наблюдать за ней. И как оказалось зря.
Утром она проснулась с жаром, несмотря на прохладный воздух, ее тело горело, а взгляд был рассеянным. Радимир тут же влез, припомнив, что на днях говорил ему, чтоб  Светозар проверил, да не строил из себя мягкотелого паренька, который и под юбку залезть побоится, за что сразу получил кулаком по скуле. Поморщившись проворчал, что предрассудки играют решающую роль и если бы не рассказ Светомиры, что он ведьмам помогал, то давно бы уже девка цела была.
- Заткнись, - осадил его воин. – Не поверил я рассказу твоему, да и родстве вашем нечего говорить, коли доказать  не можешь. Мало ли где поселение какое проживает с редким цветом глаз, что всех в родственники записывать? Да и умения свои ты запросто против меня обернуть можешь. Вот когда слова твои подтвердят, тогда и прислушаюсь.
- А бить то зачем? Я тебе дело говорил.
- Видел я, как ты к силе своей обратиться пытаешься, не смотря на обруч на твоей шее, да только к светлой силе иначе обращаются, гниль где-то в тебе живет, скрываешь ее от меня, а с нечистым советуешься.
- Когда узнаешь правду всю, словами своими подавишься, - сказал Радимир и резко отошел в сторону подальше от гнева Светозара, сплевывая кровь.
Тот уже бережно притягивал к себе Светомиру и лишь проводил его тяжелым взглядом.
- Ты его ударил, потому что в нем гниль живет?
- Нет, много врет и во все лезет. Беспокойно с ним, вот-вот нож в спину вонзит, - прошептал он в ухо девушке.
- Зачем так?
- Я воин, Светомира, я так привык. А сейчас, приподнимай одежду, я сам посмотрю, отчего тебя жар охватил, простыла ты или тому виной раны не заживающие. И перечить не стоит, я твердо решил, давай не будем все усложнять.
 
Девушка поморщилась и закрыла лицо руками, покачав головой.
- Если хочешь, могу на ноги накинуть плащ.
Молчание послужило согласием, он легко подхватил ее на руки, и отошел с ней в сторону, послав сигнальный огонек следить за Радимиром. Отойдя на приличное расстояние, чтобы не смущать девицу, он уложил ее спиной на мох. Предложенный плащ она сама натянула на свои ноги, обернувшись им вокруг. Ох уж эта девичья стыдливость… Лишь мешает.
- Светозар, на самом деле хуже стало, хоть и смазывала я, - смотря себе на ноги, тихо произнесла девушка.  – Смотреть и не обязательно, все равно не помочь никак.
- Надо… Тем более мысль у меня одна появилась, на обруч бы еще раз взглянуть. Не бойся, дурного ничего не сделаю, коли не поняла еще, что по сердцу ты мне пришлась.
- Ты жестокий.
- Я мужчина, я воин, меня так воспитали. Я жесток с врагами, с женщинами я не воюю.
- И с ведьмами…
- Светомира, - укоризненно произнес Светозар.
Хоть она и обернулась плащом, а все равно, как только он подходить к ней стал, она сразу же попятилась назад, оттолкнуть его попыталась, сопротивлялась немного, хотя и знала, что бесполезно. Кожа, где был обруч была еще более воспаленной, чем ранее, кое где выступали нарывы, про которые целитель говорил, что их необходимо вскрывать и закладывать в них мазь. Только вот все это не поможет надолго, так и будет ее мучать обруч, покуда он на ней, и с каждым разом лишь хуже будет.
Уверенность в том, что это работа Данияра подкрепилась тем, что обручи были не просто соединены между собой, но еще и растянуты, что давало определенные надежды. Значит, одаренный огнем, может его слегка увеличить в размере, чтобы Светомира могла его снять. Только где бы такого найти, чтоб его силы хватило.
Невольно задумавшись о Радимире, Светозар сжал зубы и гневно сощурился. Светомира сразу же одернула одежду, и хотела было отстраниться, но мужчина поймал ее и прижал к себе.
- Умница, все хорошо, девонька. Скажи мне, что знаешь, о даре Радимира?
- Не знаю, стоит ли его словам верить, но я сама видела, как в нем и огонь и тьма уживаются. Немыслимые вещи он делать может. Своих предаст – не пожалеет, жалости не знает, жесток. Среди ведьм жил, все о них ведает. Басни сказывает немыслимые, будто сам в них верит, настолько складны они.
- Он говорил тебе, как метку свести можно?
- Нет, - покачала головой Светомира. – То мне неведомо. У ведьм только узнала, что невозможно это, ибо весь род ведьмовской лечь должен, чтоб тьма развеялась.
- Если речь про род, от которого метка та пошла, то вполне выполнимая задача. То даже по завиткам на теле твоем видно будет. Чем больше завитков, тем род больше, и сила у каждого из них своя, в центре метки, знак есть особенный, который подскажет, что за тьма в тебе сидит, насколько сильна она. Если ты говоришь, что метка исчезнет, то возможно, с каждой смертью ведьмы, она тускнеть будет.
- Она всегда была такой у меня, еле заметной, словно тень, и она такая огромная, - девушка закрыла лицо руками.
- В метке твоей силы нет особой, и хоть она и растягивается от плеча до груди, а все равно не такая и огромная. Может, род тот слаб настолько, что и метка у него серая, неприметная, - предположил Светозар. - Посидишь здесь? Или мне потом снова по лесам за тобой бегать?
- Посижу, - тихо отозвалась она, обхватив колени руками.
С ведьмами было не все так просто, то, что они узнали о рожденных, не давало  никакой ясности. Как и у одаренных, было у них несколько основных направлений. Вода, воздух, земля. Не подчинялся им лишь огонь. И каждый был силен в чем-то одном, но, в отличие от дар носящих, вся их сила ничего из себя не представляла, коли жертв ей не приносить, да кровью не подпитывать. Помимо этого, они могли и другие свои знания использовать, которые были свойственны для всех ведьм, для этого требовалось произносить заклинания, рисовать знаки кровью, напитывая тьму.