Мир жизни и смерти 4 (СИ)

— Замок из-под земли поднимается, — совершил я великое открытие, — он там уже есть, просто сейчас выползает наружу…
  
Глава 11
 
Я поднялся по скрипучим ступеням, еще раз огляделся по сторонам: сад еще выглядел так, будто по нему Мамай прошёл, но дом уже восстановился, включая и почерневшую от старости дверь, в которую я и постучался.
Вчера вечером и все сегодняшнее утро мы следили за тем, как замок неспешно выбирается из раскалённых недр, открывая нам новые защитные сооружения и башни, разбирались с каменоломней, отводя туда вновь набранных рабочих, обеспечивая охрану пролегающего оттуда пути, восстанавливая железку для вагонеток, настраивая рудокопов на добычу ресурсов. Половину отправили добывать гранит, найденный в ответвлениях шахты, половину долбить кимберлит. Оказалось, что там встречаются не только алмазы, но и гранаты, и их, к сожалению, было гораздо больше. Однако образцы и того, и другого уже были у меня в кошеле, так что шахтерские работы не оказались напрасными. Дело близилось уже к вечеру, когда я вспомнил, что откат с заданием Друида-ренегата состоится уже завтра и что там будет полно народу, а мне хотелось бы переговорить с дедушкой с глазу на глаз. 
Потемневшая дверь скрипнула и на меня уставилась пара тех самых недоверчивых глаз.
— Вечер в хату, хозяин! Не пустишь усталого спутника перекантоваться?
Я поднял руки показывая зажатую в них бутылку вина и копченую свиную ляжку.
— Не серьезное пойло, от него одна изжога только, дрянь, одним словом.
— Есть что и покрепче, — совершенно искренне согласился я с ним, — так что, можно войти? 
Друид беззвучно пошамкал губами и отодвинулся в сторону, махнув рукой в темноту, проходи, мол.
Я не стал задерживать пожилого хозяина, проскользнув мимо него внутрь дома. Знакомый холл уже восстановился, но вот хищный плющ еще не вырос, только начав пробиваться сквозь щели пола. Болотные огоньки все так же крутились вокруг здоровенного корня, слегка освещая темное помещение.
— Пойдем на кухню, — махнул мне рукой дед, шаркая в полуоткрытую дверь, за которой обнаружилась такая же темная, но довольно обширная кухня. 
Дед прошаркал в угол, поставив на мерцающие в очаге уголья, большой закопченный чайник. Вернулся, присел за стол, на который я выгружал принесенные припасы: свиной окорок, шмат сала, сыр, помидоры, десяток вареных яиц, бутыль рома, вино, небольшой бочонок темного пива...
— Так зачем пожаловал, странник?
— За ваше здоровье, — вместо ответа произнес я, набулькав две стопочки холодной водочки, напластав толстыми кусками мясо на лист пергамента и подвинув все это на центр стола.
Старик подозрительно принюхался к напитку, а затем, не чокаясь опрокинул рюмку в себя, довольно поморщился, отщипнул кус мяса, счастливо вдохнул его аромат, зажевал огненную воду и вновь уставился на меня. Я ничего не стал объяснять, просто выложил на стол здоровенный, светящийся неземным светом волшебный боб. Пока дед смотрел на него зачарованными глазами, набулькал еще по рюмочке, которую престарелый друид нащупал, не отрывая взгляда от волшебного боба, и проглотил будто воду: не поморщившись и даже не занюхав обтертым рукавом. Я сразу плеснул ему третью и начал сооружать себе здоровенный бутерброд из всего, что было разложено на столе.
Я успел его ополовинить, прежде чем старик очнулся, дрогнувшей рукой потянулся к рюмке, опрокинул ее и уставился на меня.
— Зачем ты мне его показал?
Похоже меня он не узнал. Или это уже не тот друид, которого я сжег пару дней назад?
— Боб-то? Просто услышал, что его у тебя похитили, вот решил вернуть. Он твой, бери.
— Плесни, — друид протянул мне стопарь, даже не дотронувшись до волшебного плода из семейства двудольных растений порядка бобовоцветных, — может древние сказания не врали: ты и есть тот самый Посланник?
— Посылали меня частенько, — признался я, выполняя просьбу старика, — но вряд ли я стал от этого Посланником, но, если нужна помощь, постараюсь сделать все, что от меня зависит.
 
— Ты знаешь, что это такое? — Кивнул он на боб.
— Боб. Волшебный.
— Это надежда. Надежда загнанных и угнетенных на восстановление справедливости, на возвращение к нормальной жизни.
Я разлил спиртное по емкостям и поставил опустевшую бутыль к ножке стола, махнув рукой:
— Рассказывай...
Зябкий ночной ветер резанул разгоряченное алкоголем тело, заставляя меня поплотнее закутаться в новую мантию и сильнее прижаться к горячему, но слегка пахучему телу своего пета. Судя по ощущениям, мы были уже недалеко от нужного нам места, но стрим с Лапочкой я досмотреть успею, похоже, несмотря на тщательную подготовку ей не удастся отбить свой замок, а жаль. Глядеть, как она сносит головы своим противникам, было завораживающим зрелищем: при каждом резком движении, огонь, составляющий ее одежду спадал, обнажая или круглые ягодицы или сосочки на яростно подпрыгивающий груди, каждый раз притягивая мой слегка окосевший от выпитого взгляд и будоража пропитанный алкогольными парами мозг. А выпили со стариком мы не мало: когда он закончил свой рассказ, у бутылки на полу появилось две соседки и на столе осталась стоять початая четвертая. Рассказ затянулся на несколько часов, наполненных воспоминаниями, горькими сожалениями, и если их изъять из рассказа, повествование получалось коротким и незамысловатым: когда-то миром правили Древние боги и им покланялись предтечи — расы проживающие на этом свете еще до появления здесь всяких пришлых, типа людей — гномов, эльфов, орков и всех остальных, прибывших из другого гибнущего мира. Древние расы с их богами сошлись в схватке с новоприбывшими и проиграли. Их последователи отступили в болота и глухие леса, прозябая там в забвении и погибая, лишившись поддержки своих богов, чьи капища были разрушены и низринуты в прах. На месте главного святилища была построена сначала крепость, затем вокруг нее вырос целый город, а на месте крепости выстроили огромный замок.
Я подрагивающим пальцем куда-то в сторону городской стены и друид подтверждающее махнул головой.
Оказалось, что этот пожилой друид последняя надежда всех, кто был несправедливо выдворен со своих земель. Он пришел сюда и поселился около самой стены день за днем выискивая способы разрушить могучие стены, снести богопротивные каменные жилища, очистить их древнее капище, вознести молитву отвернувшимся богам. И это средство нашлось. Боб, напитанный такой мощной магией, что ему любые преграды не почем. Теперь необходимо собрать армию вторжения, а для этого необходимо отправиться в Изначальный лес, найти там Древеня и согласовать с ним детали наступления.
Почему я согласился помочь друиду, я не знаю, мне и с новыми богами неплохо жилось, одна Богиня жизни, не смотря на причудливое чувство юмора, чего только стоит. Но, то ли старик говорил так проникновенно, то ли сказалось количество выпитого, но я согласился отправиться туда незамедлительно и обо всем договориться. Куда лететь мне не сказали, вместо этого друид плеснул мне своего фирменного чайку, глотнув которого, я практически пробил столешницу своим лбом, так резко я отрубился, уйдя в красочные видения. Вернулся в реальность я так же быстро. Алкогольное отравление никуда не делось, но зато я теперь знал, куда мне надо направляться. После этого меня быстренько выставили за дверь, где я и умер.
Нет, меня не схавала здоровенная мухоловка: стоило мне сесть на своего вороного скакуна, как воздух наполнился гуденьем спущенных тетив и свистом разрезающих воздух стрел. Десяток из них вполне удачно воткнулись в мое бренное тело. Я долгую секунду смотрел на них не вполне трезвым взглядом, пока еще пара из них не воткнулась мне в правую полупопицу.
— Ай, — запоздало удивился я, наконец-то очнувшись и мутным взглядом выискивая обидчиков.
Слава богам, баран оказался умнее меня (кому скажешь, засмеют ведь) и не стал выискивать замаскировавшихся обидчиков, а взмахнув крыльями, понес меня на городскую стену, где я и помер от кровотечения. Нет, я по пути успел швырнуть пару заклинаний и даже спалил одного мелкого лучника, но не уследил за многочисленными дотами и помер на глазах изумленной стражи.