Сводные: игра в ненависть (СИ)

Только я направился к раздевалке, как боковым зрением заметил прошмыгнувшего в зал мальчишку в чёрном балахоне с капюшоном на голове.
Белые кеды показались знакомыми…
На секунду подвис, а потом круто развернулся и сквозь толпу зрителей ринулся за шкетом. Поймал сорванца за шкирку, словно котёнка, и сдёрнул с головы капюшон.
Каштановые густые волосы, собранные в хвост, упали на спину…
— Отпусти! — Ульяна забилась в моей хватке.
— Да как же ты достала… — процедил, усмехаясь. Наклонился к девчонке, прижав её к себе, и вкрадчиво прошептал в самое ухо. — Вали отсюда, чокнутая.
Зараза наступила мне на ногу, вынуждая зашипеть и дёрнуться. Но руку я не разжал.
— Иди. Домой. Ульяна, — выплюнул по слогам. — Папа волноваться будет. Мама твоя… куда ты всё время лезешь?
Она перестала вырываться, посмотрела на меня своими огромными, невинными, как у телёнка, глазищами.
— А ты куда? Отец волноваться не будет? — парировала бесстрастно. — Если ты уйдёшь, тогда и я уйду отсюда, — протянула с вызовом.
Думает, откажусь? Но я дал обещание, что позабочусь об этой заразе, а для меня нет ничего дороже обещания, данного отцу.
— Идём, — ровно произнёс и, взяв её под руку, потянул к выходу.
Двери хлопнули, впуская Макса.
— О, Мороз! — крикнул я. — Замени меня. Я не могу. Возникло неотложное недоразумение, — усмехнулся, опустив взгляд на злобно-сопевшего ежа.
Макс понимающе усмехнулся.
— Только в этот раз, — он похлопал меня по плечу и с готовностью стянул с себя ветровку, обнажая руки, покрытые татуировками. После чего демонстративно размял шею и направился в раздевалку.
— Ты мне, капец, как должна будешь… — прошептал, крепче сжав локоть Ульяны в своей руке.
— Дома есть боксёрская груша! — скривилась она и сама рванула к дверям, видимо, осознавая, что накрылось её сегодняшнее расследование.
Вот ведь… репортёрша чёртова…
Глава 12. Крутой поворот
Ульяна
«Дорогой дневник, пожелай мне терпения. Сегодня я иду в кино с Ликой и Мишей. Не знаю, как смотреть в глаза своему лучшему другу после того, что между нами было»
P.S. Не думала, что мой первый поцелуй будет именно таким. Рассчитывала на большее…»
В который раз за последние полчаса покрутилась перед зеркалом, придирчиво оглядывая себя со всех сторон. Джинсы бойфренды с высокой посадкой и цветными нашивками на бёдрах, оверсайз худи чёрного цвета и любимые удобные кеды. Волосы собрала в конский хвост на затылке, макияжем увлекаться не стала… а то ещё Миша подумает, что у нас с ним свидание. Этого мне только не хватало.
Ла-ааа-дно, надо взять себя в руки. Что-то я совсем расклеилась.
— Куда-то собралась, гном? — ударил в спину густой голос Чудова-Юдова.
Как так? Почему не услышала, как он вошёл?
— Стучаться не пробовал? — сердито спросила, снимая телефон с зарядки.
— Это мой дом. Я не обязан спрашивать твоего разрешения, если хочу зайти в комнату.
А ведь вчера, грешным делом, подумала, что с Демьяном можно жить в мире и согласии. Да, я так и не смогла толком ничего узнать о боях без правил (зря только в туалете универа пряталась), но под конец вечера сводный даже почти не бесил меня. Мы поужинали, поговорили с родителями по видеосвязи и разошлись каждый по своим делам, будто вовсе не столкнулись с ним в тренажерке нашего ВУЗа, куда я пришла за сенсацией, а он… кому-то набить морду.
«Но это моя комната, чёрт возьми!»
— В следующий раз стучи, Чадов. Я могу быть… эм… не одета.
— Что я там не видел? — лениво отмахнулся этот гад. — Было бы на что смотреть, Егорова.
Порой мне до одури хочется придушить его. Или стукнуть чем-нибудь тяжёлым по голове, чтобы огромная корона слетела нафиг и перестала сдавливать его многострадальные мозги. Хотя… о чём я? Он никогда не изменится.
— Избавь меня от этой информации. Что тебе нужно?
— Ничего.
Он опёрся правым плечом о стену и взял с журнального столика мой скетчбук, лежавший рядом с рюкзаком.
Ой…
До меня не сразу дошло, что читать последние записи в моём личном дневнике Демьяну ну вообще никак не надо. Да ни то, что не надо – законом запрещено!
 
Умею же я создавать проблемы на ровном месте. Признаю, в одном Чадов был прав на всю тысячу процентов из ста: я точно куда-нибудь вляпаюсь!
Молча подошла к нему и протянула вперёд руку со словами:
— Отдай, Чадов. Я и так из-за тебя сейчас опоздаю.
Старалась оставаться спокойной и хладнокровной. Не показывать того, как сильно на самом деле взволнована.
Демьян хитро прищурился, сжимая в руках мою вещь, способную стать ядерным оружием в нашей с ним затянувшейся войне. Слава богу, что не начал читать… не дай Бог про моё журналистское расследование узнает правду, тогда точно можно будет заказывать гроб и белые тапочки.
— Куда, к парню своему?
— Не твоё дело.
Попробовала забрать скетчбук из его рук, но Демьян в самый последний момент уклонился в сторону, ускользнув от меня, и прошёл дальше в комнату, усевшись на мою кроватку.
Слишком знакомая картинка. Прямо какое-то дежавю.
— Чадов, ты когда повзрослеешь? — подошла к нему и остановилась, уперев руки в бока. — Верни, кому говорят.
Конечно, я понимала, что с этой секунды Демьян примется играть со мной, словно кошка с мышкой. Но и сдать свои бастионы не могла. Если ему так нравится читать чужие дневники, пусть свой заведёт и развлекается на здоровье.
Он только усмехнулся, раскрывая блокнот на последней страничке, где я оставила любимую ручку в виде розового рожка мороженого. Я всегда использую её вместо закладки.
— А ты? — усмехнулся сводный. — Тебе сколько, четыре года?
— Ну уж не шестьдесят девять.
— Не знал, что ты у нас такая испорченная, Улька.
Почувствовала, как мои щёки побагровели от стыда и злости одновременно.
Нарывается…
Но я должна быть умнее и не поддаваться его коварным манипуляциям. И ежу понятно, что Демьян пришёл специально, чтобы выбесить меня и вынудить разругаться с ним в пух и прах.
— Очень смешно, Чадов.
— Анекдоты больше по твоей части, — он расплылся в издевательской улыбке, произнеся вслух последние написанные мною предложения в дневнике. — Не думала, что мой первый поцелуй будет именно таким…
Вот козёл!
Сама не осознала, когда это произошло и что вообще нашло на меня.
Только я налетела на Чадова, повалив его на кровать… в попытках забрать у него мой скетчбук. Разумеется, у меня этого не получилось, и я принялась хаотично колотить сводного кулаками. Будто это могло помочь мне решить сложившуюся проблему.
— Да успокойся ты, бешеная! — он прижал меня к кровати, нависая надо мной и сверкая своими страшными тёмными глазищами. Его лицо было настолько близко, что я вполне могла вцепиться в него ногтями и расцарапать к чёртовой бабушке. На всю жизнь запомнил бы. Как жаль, что перед учёбой я спилила весь маникюр… — Фу, Улька!
Демьян держал мои руки над головой, больно впившись пальцами в запястья. А у меня и без того по его милости уже травма на травме.
— Я тебе не собака!
Попробовала лягнуть Чадова свободной ногой, но просто не дотянулась. Как же он бесит меня! Слов нет, чтобы описать… вернее они есть, но откровенно нецензурные. В любом автосервисе у мужиков бы уши в трубочки свернулись.
Кроме всего прочего, из причёски выбилась прядь и упала прямо на моё лицо, щекоча правую щеку и губы. Сдула её, метая в сводного гневные, испепеляющие взгляды. Ещё и раскраснелась вся. В таком виде только с Мишей и Ликой встречаться, да.
Демьян громко рассмеялся. Наконец, отодвигаясь в сторону.
— Ага. Потому что ты маленький злобный ёжик, Улька.
Меня аж передёрнуло. Ненавижу, кога моё имя начинают склонять и видоизменять до уменьшительно-ласкательных прозвищ.
— Псих, — гневно выплюнула я. Подхватила свой личный дневник и поспешила убраться подальше с кровати, пока Чадову ещё что-нибудь в его «светлую» голову не взбрело.