Утёнок и Лебедь (СИ)

– Почему ты ушла? Я ждал тебя после пар, – спросил обиженно, и мне стало еще больше не по себе, будто пристыдилась того, что его избегаю.
– Мне надо было забрать из школы братьев, – пробормотала невнятно, хотя врала, потому что сделали это сегодня Оля с Лялей вместо меня.
– Ну ладно, – радостно улыбнулся. – Прощаю!
Распрямилась, посмотрев на него непонимающе. А я просила прощения? И в чем именно я виновата?
– Тасечка, не злись, малышка. Это же я. Твой дядька Максик. – Он присел на корточки и протянул к все еще тявкавшей Тасе руку. Та с опаской к нему приблизилась, принюхалась и дала себя погладить.
А я стояла, смотрела на то, как моя собака щурится от ласки, и подсчитывала убытки в стане союзников. Мама, Оля… Теперь он еще и Тасю очаровать пытается? Или уже очаровал, пока я витала в мыслях о поступлении и не присматривалась к Лебедю, который крутился рядом?
Наше уединение с Тасей было нарушено внезапным вторжением, и вот я уже с Максимом выгуливаю собаку. А та важно бежит рядом, не отставая и как бы хвастаясь перед кустами: со мной сегодня гуляет не только Утенок, но и красивый, белоснежный Лебедь.
– О чем задумалась? – спросил Максим, привлекая мое внимание от кустов и Таси к себе.
– Ни о чем, – ответила поспешно.
– Как дела?
– Нормально.
– Нравится в академии?
– Да.
– Профессора, наверно, лютуют?
– Да, очень, – согласилась и заинтересованно посмотрела на него.
– Нас на первом курсе тоже доставали: «Вы ничего не умеете! Вы ничего не знаете! Никогда не узнаете! Ничему не научитесь! Бездари! Лентяи! Все вылетите на первой же сессии!»
Он так забавно передразнил преподавателей, что я невольно улыбнулась, и Максим, словно расценив мою улыбку как одобрение, начал заливаться соловьем и рассказывать о собственном первом курсе.
На этот раз я слушала его с интересом, хоть и не вступала в диалог. Лебедя же полностью устраивал монолог. Он рассказал, как сам с однокурсниками сначала трясся перед грозными преподавателями, затем слушал их со скепсисом, а потом и совсем перестал опасаться.
– Это у них тактика такая: всех запугать. Как будто если студент боится, то учится лучше, – вещал он, а я направляла его в сторону дома, и Лебедь шел следом, как и Тася, хотя оба были без поводков. – Но это не действует. Уже на второй неделе все расслабляются и пропускают все угрозы мимо ушей. К четвертому курсу вообще уже не верится в эти запугивания. Как в анекдоте. Мысли студента первого курса перед сессией: «Хоть бы не выгнали, хоть бы не выгнали!». Второй курс: «Может, не выгонят?» Третий курс: «Наверно, не выгонят». Четвертый: «Не-е, точно не выгонят». Пятый: «Пусть только попробуют!»
Я не сдержала смешок, хоть и не привыкла демонстрировать свои эмоции – и смех, и слезы – перед посторонними и с опаской глянула на Лебедя, будто провинилась. А тот вновь приободрился и начал вещать о преподавателях с еще большей охотой.
– А информатику у вас кто ведет? Макаров? – Дождавшись моего кивка, он печально простонал. – Вот его стоит опасаться. Извращенец жуткий. К первокурсницам пристает и выше четверки у него отметку за экзамен не получить. Даже мне четверку поставил, представляешь?! – возмутился. – И к нашим девчонкам лез.
– Он же старый… – удивилась.
– Это ему не мешает, – отмахнулся как от чего-то несущественного. – У него было шесть жен. Всех подцепил в академии. Со всеми имел по несколько детей, со всеми развелся. Всем платит алименты. И всех люто ненавидит. Как и женский род в целом. Поэтому девчонкам мстит на парах да на экзаменах, то высмеивая, то унижая. Кристине Назаровой, которая сегодня к нам подходила, на первом курсе тройку хотел поставить, заявив, что женщинам нельзя получать высшее образование и годны они только в койке, – замолчал на самом интересном месте, когда я ждала фееричной развязки скандала.
– И? – не удержалась от вопроса. Слишком интересно было.
– Этой мадам лучше дорогу не переходить. Она до ректора дошла. Требовала, чтобы Макарова уволили за непрофессионализм. Пересдала экзамен еще нескольким профессорам. Но уволить заведующего кафедрой, друга декана да еще и со связями в администрации оказалось не так-то просто, но пятерку за экзамен ей все-таки поставили через ректора и в обход Макарова… С тех пор мы с Кристиной друг друга и не любим.
 
– Почему? – удивилась, каким образом Максим относится к скандалу красавицы Кристины и извращенца Макарова, про которого я уже слышала сплетни от однокурсников.
– Потому что ей-то пятерку поставили, а мне нет! Ректор даже слушать не стал! «Разбирайся с Макаровым», – передразнил он. – Да как с ним разберешься, если он му… – глянул на меня и прикусил кончик языка, высунув его изо рта. – Дальше по законам цензуры следует «пи-пи-пи», чтобы детки и милые девочки не услышали плохих слов.
Покачала головой осуждающе, при этом не в силах скрыть улыбку, которая возникла сама собой при этом разговоре.
– Если будет к тебе приставать, Утенок, скажи мне. Мы на него Кристину натравим. Макаров ее с того скандала больше меня не любит.
Послушать их с Верой, так вся академия кишит маньяками, извращенцами и прочими личностями с неуравновешенной психикой, которые грызутся между собой. Но я пока еще ни одной склоки не видела. Даже сейчас при разговоре о Назаровой, которую Максим якобы недолюбливает и желает заблокировать в инстаграме, не слышала злости или ненависти. Наоборот, показалось, будто он отзывается о ней с теплотой и уважением, как о друге. А может, и любимой девушке?
О! А что, если у них любовный треугольник? Денис и Максим любят Кристину, та предпочла первого, но второго держит на коротком поводке? И он пытается вызвать у нее ревность? Только кем? Не мной же!
– Нет! Мы же не пойдем уже домой? Только встретились, – простонал Лебедь, когда мы подошли к крыльцу. – Давай еще погуляем. Расскажу, как пройти самых опасных преподавателей…
– Поздно уже. Нас с Тасей дома потеряют, – заметила, поднимаясь по ступенькам и подзывая к себе жестом подружку, которая застыла около Максима на тротуаре и непонимающе глядела то на него, то на меня, решая, с кем идти.
Предательница! Я твоя хозяйка! Я тебя кормлю! К ветеринару вожу! Руку кусать, можно сказать, даю, когда таблетками кормлю, рискуя своим здоровьем и жизнью! А он что? Он всего лишь Лебедь с красивой мордой и глазами кота из Шрека.
– Позвони тете Насте и скажи, что еще немного погуляешь. Я тебя потом провожу прямо до квартиры!
Благо далеко домой тебе идти не надо, да?
– Так у мамы телефона нет. Он же у меня, – ответила, поджимая губы, чтобы не улыбнуться при виде на его взгляд «Ври, да не завирайся».
– А если я тете Насте сейчас позвоню, телефон все равно будет у тебя?
– Конечно. – Все-таки я улыбнулась, выдавая свою и без того очевидную ложь. Он печально выдохнул. – Тася, иди сюда! – окликнула я подружку, когда поняла, что все мои жесты остались без внимания. Та нехотя вприпрыжку начала подниматься по ступенькам крыльца. Максим грузными шагами последовал за ней, а затем обогнал ее, меня и открыл дверь.
– Ну а завтра сходим куда-нибудь? В кино или кафе?
Я, сначала испуганно застывшая перед неожиданно открывшейся дверью, поспешно вбежала в подъезд, прислушиваясь к цоканью когтей Таси по бетонному полу, означавшему, что она следует за мной. А если учесть и шарканье чужих ботинок, то и Максим от нас не отставал. Говорю же – оба как на поводке.
Створки лифта отворились быстро, но заскочить в него мне в компании одной Таси не удалось. Лебедь был тут как тут.
– Ну и? – спросил, когда мы оказались в тесном помещении маленького лифта.
– Что? – посмотрела на него исподлобья.
– Сходим завтра куда-нибудь?
– Нет.
– Почему?
Закусила губу, не зная, что ответить.
– Что тебе надо от меня? – пробормотала невнятно.
– Что? – Он склонился надо мной, будто прислушивался к моим словам. Пришлось повторить.
– Что тебе надо от меня? – спросила четко, выпустив губу на волю, а затем вновь ее закусила.