Пожиратель (СИ)
— Из-под дома ведут несколько старинных подземных ходов. Демьян говорил, что некоторые выходят в старые катакомбы, по которым можно хоть на другой конец города попасть.
Брови Путилина взметнулись вверх.
— Хм… Заманчиво! А ты сам-то их проверял?
— Да, одним точно пользовался не так давно. Он выходит к реке, где-то через полкилометра от нас. Замаскированная дверь под мостом. Где-то… вот здесь. И Демьян рассказывал ещё про один проверенный выход. Он вон тут, чуть подальше…
Я, поискав нужные места на карте города, висящей рядом со столом, указал на них кончиком карандаша. Путилин, в своей странной манере перекрестив руки за спиной, подошёл к карте и надолго задумался, щурясь и бегая по ней взглядом.
— Сгодится! — наконец, выдал он вердикт. — В катакомбы без разведки лезть не будем. А вот этот финт может сработать. Надо только продумать детали. В идеале — какой-то отвлекающий манёвр придумать…
Он вернулся к столу и захватил китель, висевший на спинке рабочего кресла.
— Ладно, пойдём пока перекусим. Я лучше соображаю после хорошей чашки кофия. Дочка Велесова уже научилась его отлично варить. Кстати, как она? Оправилась уже после вчерашнего?
Увидев, как я нахмурился, он успокаивающе похлопал меня по плечу.
— Ребята рассказали, что у вас тут вчера творилось, пока я был в отъезде. Они мало что поняли, но шуму было много. Слышно было даже из подвала. Похоже на… спонтанный прорыв Дара?
— Что-то вроде того, — неохотно признался я. — Но не беспокойтесь, всё под контролем.
— Ну хорошо, коли так, — пожал он плечами и направился к выходу.
Я не удержался и, переключившись на Морок, прощупал его эмоциональное состояние. Но никакой ясности это не внесло. Путилин был явно чем-то обеспокоен и был в состоянии нервного предвкушения, но это можно было объяснить темой всего нашего разговора. По отношению к себе я не уловил с его стороны ни враждебности, ни раздражения, ни подозрительности. По крайней мере, насколько я смог разобраться.
Чтение чужих эмоций — вообще та ещё задачка. Всё равно, что по запаху духов пытаться распознать все ингредиенты, входящие в состав. Срабатывает этот фокус, только если запахи эти ярко выражены, и их один-два.
Ну, либо надо просто больше тренироваться.
Однако эта проверка была не первой, и не случайной. С тех пор, как я обзавёлся Аспектом Морока, я частенько прощупывал окружающих, считывая их эмоции. И Путилина изучал в первую очередь. Я и рад бы довериться ему полностью — как, например, в случае с Демьяном. И в целом я ему с самого начала симпатизировал. Однако что-то в нём все же мешало мне расслабиться.
Возможно, дело вообще не в Путилине, а во мне самом. Как говорится, чует кошка, чьё мясо съела. Мне, как носителю однозначно запретного Дара, сам бог велел подальше держаться от Священной Дружины. А я вместо этого вожу дружбу с одним из опытнейших Охотников, или как их там их называют… катехонцев.
Впрочем, говорят же, хочешь спрятать что-нибудь — прячь на самом виду… И в этом смысле работа на Дружину — это хорошее прикрытие. Вопрос в другом — сколько у меня ещё получится водить Путилина за нос, скрывая свою истинную природу? И получается ли это у меня вообще? Возможно, он уже давно о чём-то догадывается, но не подаёт виду, просто потихоньку собирая обо мне сведения. И в этом смысле моя работа на Дружину — это уже скорее его хитрый план, а не мой…
Что ж, в любом случае, пока что наши интересы совпадают. А дальше… Будь, что будет.
После нашего разговора Путилин тоже присоединился к общему завтраку, но сидел за столом в самом уголке, ел быстро и молча, не вмешиваясь в общие разговоры и явно погружённый в обдумывание предстоящей операции. Я тоже в основном помалкивал. Про Демьяна и говорить нечего — из него в принципе порой клещами слово не вытянешь. Рада тоже сидела за общим столом. Кожа её была даже бледнее, чем обычно, и казалась прозрачной, под глазами залегли тёмные круги. Но держалась она бодро и одета была в школьную форму — видно, собирается на занятия в гимназию.
Варвара в присутствии братьев расцвела и была необычно весела и говорлива. Даже превзошла в этом Полиньяка — это он у нас обычно разливался соловьём во время завтрака. Но при братьях Вари француз как-то оробел, и сейчас сидел молча, лишь изредка бросая взгляды на суровых охотников.
Я поначалу не особо следил за разговором, тоже обдумывая нашу с Путилиным затею. Но постепенно начал прислушиваться.
Мне с самого начала показалось, что троица наших гостей ведёт себя как-то странно. Это можно было списать на общую нелюдимость — выглядели все трое так, будто им привычнее шастать по тайге, чем сидеть за накрытым скатертью столом. И судя по рассказам Вари, так и было — все её старшие промышляли охотой, уходя в долгие походы, длящиеся порой несколько недель. Но, осторожно прощупав их ауры с помощью Аспекта Морока, я убедился, что мои подозрения не напрасны. Всех троих что-то тревожило, и они с трудом делали вид, что всё в порядке. Ко всем, кроме Вари, они тоже были настроены настороженно, даже с подозрением, но старались не подавать вида.
— Вы ведь обещали меня ещё до снегов навестить, проверить, как я тут устроилась, — с укоризной сказала Варя, подливая среднему брату, Илье, ещё похлёбки. — Телеграммы мои получали? Я в Тобольск отправляла, до востребования, как договаривались.
— Да, отец забрал две штуки, — кивнул Нестор. — В почтамте на вокзале.
— Две? Я ведь ещё одну посылала, на прошлой неделе!
— Видно, не успела дойти, — пожал плечами Илья. — Когда мы там из Тобольска выдвинулись… дней шесть назад.
Эта фраза заставила меня насторожиться. Шесть дней на дорогу из Тобольска? Если на поезде —многовато выходит. Я из Демидова доехал за неполные три, а до него ещё дальше. Железная дорога в этом мире развита отлично, паровозы с эмберитовыми котлами могут разгонять составы до полутора сотен километров в час, особенно если речь идёт о скорых пассажирских поездах. Может, конечно, братья ехали на грузовом, но всё равно…
— Где-то ещё останавливались? — уточнил я.
Нестор искоса взглянул на меня и неохотно ответил:
— Да так… заезжали кое-куда. По делам отца.
— А сам-то батюшка где? Ты вчера так и не ответил, — напомнила Варвара. — И вообще, как-то странно вы нагрянули. На ночь глядя, налегке…
— Товар весь еще позавчера сгрузили на складе возле железки, на хранение, — пояснил за него Илья. Он вообще был, похоже, куда разговорчивее, чем старший. — А отец… отлучился.
— Куда? — удивилась Варя. — Даже меня не повидал? На него это непохоже.
Судя по тому, как Нестор взглянул на среднего, тот сболтнул лишнего. Я решил снова вмешаться.
— Вы зря секретничаете. Здесь все свои.
— Да просто… Расстраивать Варежку не хочется, — неохотно признался Илья, переглянувшись с братьями. — Мы вообще ненадолго. Гостинцы оставили, деньги и… прочее. Сейчас перекусим и будем за отцом выдвигаться.
— Но к ужину вас хоть ждать? — спросила Варя.
Нестор покачал головой.
— Сегодня — точно нет. И вообще, нас, скорее всего, несколько дней не будет в городе.
— Как? — опешила Варя. — Уже уезжаете? Я думала, погостите хоть несколько дней. Я вон уже у дяди Демьяна разрешения спрашивала, он бы вас у себя в избе разместил. Да и вообще, вы же только приехали! И с товарами что?
— Полежат на складе, ничего с ними не сделается, — отмахнулся Нестор.
— Отцу помочь надо, — добавил Илья. — Там дело какое-то… мутное.
— А я говорил — не надо было его одного отпускать, — проворчал Данила, облизывая деревянную ложку и бросая её в опустевший котелок. — Но ему ж перечить бесполезно…
— Да куда он отправился-то? — уже не в шутку забеспокоилась Варя. — Что за дела такие срочные, что даже со мной повидаться не захотел?
— Дядьку Петра помнишь? Приезжал к нам раньше почти каждый год. Вроде как брат отца, не то двоюродный, не то троюродный. А может, и вовсе седьмая вода на киселе. Пушнину ещё скупал у нас. Отец для него придерживал самые хорошие шкурки.